Ну это просто так исторически сложилось в отношении миллиарда (биллиона), дальше-то всё по короткой шкале. А вообще, вроде бы, в мире, кроме нескольких стран, как раз в основном используется длинная шкала.
На MVIC два фильтра из четырех вполне в видимом диапазоне (красный и синий). Зеленого нет, да, но, во-первых, на Плутоне и так нет ничего зеленого, во-вторых, в одном из AMA я встречал слова о том, что немного данных о зеленой компоненте можно вытащить из красного и синего каналов (не знаю, правда, каким образом). LORRI, хоть и черно-белая, снимает в видимом диапазоне.
За пару месяцев до прибытия к Плутону NASA стали активно форсить т.н. «Pluto time»: «Выйдите на улицу вечером, и ровно на закате освещенность на Земле совпадает с освещенностью в полдень на Плутоне». Но вообще яркость — понятие относительное, зависит от выдержки (для фотографии), ширины зрачка (для животных) и т.д. Одна и та же темная квартира ночью может вам показаться кромешной тьмой, если вы зашли в нее из освещенного подъезда, и вполне нормально освещенным помещением, если вы среди ночи встали прогуляться до туалета.
Там не так темно, как может показаться. Как правило, яркость у обработанных снимков этой миссии не трогают, картинки только шарпят / деконволютят / применяют прочий «CSI».
На самом деле главная проблема — не столько ширина канала передачи информации, а физические ограничения. Вот тут команда NH подробно расписала, почему такое разрешение картинки (1 угловая секунда на пиксель) близко к максимально возможному с учетом особенностей конструкции.
Я только сейчас понял, что ошибся с часовыми поясами. Ближайшая пресс-конференция состоится в 22 по Москве (чуть меньше, чем через 2 часа), а не в 19. Исправил в статье, вдруг кто-то еще успеет / захочет посмотреть.
Прежде чем физически поймать зонд (остановить и притащить домой), нужно понаблюдать за его траекторией и экстраполировать ее в прошлое. С точностью до планеты явно не выйдет, но район поисков получится уже вполне конкретный. Собственно, с точностью до планеты и не нужно, пока не найдем способ добраться в тот район не за тысячелетия, а хотя бы за несколько лет.
Другая ситуация, конечно, если мы нашли этот зонд не в свободном полете, а лежащим на поверхности Марса после очевидного крушения. Но, думаю, Вояджер как раз от (маловероятного) столкновения с чем-нибудь превратится в пыль, а не останется целехоньким.
Если оно крякает как разумное существо, плавает как разумное существо и отвечает как разумное существо, то это и есть разумное существо.
Да много что попадает под это определение. Даже если взять современного продвинутого чат-бота и всунуть его в человекоподобного японского робота, будет штука, которая выглядит и говорит как разумное существо (хоть мы и будем знать, что на самом деле этот бот тупой).
Я говорю как раз о том, что эта грань может быть размазана — как раз по той причине, что ответить на вопрос «ведет ли оно себя как разумное существо?» затруднительно. Скажем, когда вы спите, персонажи в ваших снах ведут себя в точности так же, как настоящие люди, и выглядят так же, как настоящие люди. Единственное их отличие — они управляются нейронами не в их собственных головах, а в вашей. С другой стороны, что, если человеческий мозг «виртуализует» свои куски для симуляции работы мысли персонажей снов? Или просто просчитывает (незаметно для спящего, в фоне) то, как поведет себя мозг того или иного персонажа? А, следовательно, можем ли мы с уверенностью утверждать, что персонажи наших снов, какими бы ненастоящими они ни были, не являются self-aware?
Зря вы так, это как раз очень правильный вопрос о той грани, после которой что-то, что мы считаем «неживым», становится тем, что мы можем считать «живым» (и о том, где именно эта грань). Вполне легитимная тема для дискуссии.
Потому что те 60 м, которые я насчитал — это ровно в точке максимального сближения с LORRI, смотрящей четко вниз, в центр диска Плутона. Но ведь так на самом деле не выйдет. Мы не знаем, конечно, списка всех фотографий, когда их планируется сделать и под какими углами, но они явно не все будут в оптимальных условиях (нужно ведь сделать огромное количество измерений за очень короткое время).
С Плутоном он, конечно, не столкнется. Но кто знает, что там еще может быть? Крошечные (или очень темные) спутники, незаметные (до сих пор не обнаруженные, кстати) кольца на неожиданной высоте. По мере приближения к Плутону периодически производились так называемые «hazard search» — поиск на последовательностях снимков неожиданных объектов, в которые можно случайно влететь. В результате сейчас вероятность столкновения с чем-то оценивается как менее чем 1 к 5000.
А так-то вообще, конечно, да, траектория заранее просчитана и известна с огромной точностью — как же еще планировать снимки и фокусировку приборов.
вопрос собсно в том, будет ли человек пытающий робота применять свои знания на людях. Если да — тоже нельзя
Вы умеете пользоваться кухонным ножом? Умеете, и когда-то в детстве научились. Если вы в будущем зарежете ножом человека (примените умение обращаться с ножом к этому человеку), означает ли это, что вам нельзя было в детстве учиться орудовать кухонным ножом?
Не стоит забывать, что наказания (вообще любые) в человеческом обществе появились не просто на пустом месте, а с целью устрашения. Скажем, методично и последовательно сажая воров, убийц и т.д., мы тем самым говорим другим людям: «будете поступать так же — вас тоже посадим».
Человека перспектива заточения за решетку пугает сама по себе. «Бездушной железке» от самого заточения ничего не будет — он не сойдет с ума от одиночества, он не будет тосковать по лугам и просторам — но такое времяпрепровождение мешает реализовывать принимаемые решения и выполнять задачи. С рациональной точки зрения — уж в чем, а в рациональности машинной логике не откажешь — сознательно делать что-то, за чем последует наказание в виде заточения под стражу или выключения — невыгодно, это препятствует выполнению намеченной задачи.
Конечно, если робот оценит, что его шансы быть пойманным и наказанным в какой-то конкретной ситуации пренебрежимо малы, то он вполне совершит наказуемое деяние. Но ведь и люди поступают абсолютно так же.
Само собой, что экстраполировать траекторию в прошлое надо с учетом этого, а не просто провести прямую линию.
Другая ситуация, конечно, если мы нашли этот зонд не в свободном полете, а лежащим на поверхности Марса после очевидного крушения. Но, думаю, Вояджер как раз от (маловероятного) столкновения с чем-нибудь превратится в пыль, а не останется целехоньким.
Я говорю как раз о том, что эта грань может быть размазана — как раз по той причине, что ответить на вопрос «ведет ли оно себя как разумное существо?» затруднительно. Скажем, когда вы спите, персонажи в ваших снах ведут себя в точности так же, как настоящие люди, и выглядят так же, как настоящие люди. Единственное их отличие — они управляются нейронами не в их собственных головах, а в вашей. С другой стороны, что, если человеческий мозг «виртуализует» свои куски для симуляции работы мысли персонажей снов? Или просто просчитывает (незаметно для спящего, в фоне) то, как поведет себя мозг того или иного персонажа? А, следовательно, можем ли мы с уверенностью утверждать, что персонажи наших снов, какими бы ненастоящими они ни были, не являются self-aware?
А так-то вообще, конечно, да, траектория заранее просчитана и известна с огромной точностью — как же еще планировать снимки и фокусировку приборов.
Человека перспектива заточения за решетку пугает сама по себе. «Бездушной железке» от самого заточения ничего не будет — он не сойдет с ума от одиночества, он не будет тосковать по лугам и просторам — но такое времяпрепровождение мешает реализовывать принимаемые решения и выполнять задачи. С рациональной точки зрения — уж в чем, а в рациональности машинной логике не откажешь — сознательно делать что-то, за чем последует наказание в виде заточения под стражу или выключения — невыгодно, это препятствует выполнению намеченной задачи.
Конечно, если робот оценит, что его шансы быть пойманным и наказанным в какой-то конкретной ситуации пренебрежимо малы, то он вполне совершит наказуемое деяние. Но ведь и люди поступают абсолютно так же.