Не подходите ко мне со своими стереотипами — поломаю нафиг.

Если я пишу что-то курсивом, то это означает выделение интонацией голоса.

Если ваши действия никого не раздражают — то это, вероятно, означает, что вы не делаете ничего существенного.

Кое-, -либо, -то, -нибудь — чёрточку не позабудь!

Все программисты в мире делятся на две категории:

Те, кто считает, что ChatGPT кодит на порядок лучше их;
Те, кто считает, что ChatGPT кодит на порядок хуже их.

И те, и другие абсолютно правы.

ruomserg: ChatGPT и связанный с ним функционал — это, по сути, костыли. Если у вас ноги не ходят, то это, конечно, благо: лучше ковылять, пусть и небыстро, чем весь день лежать на кровати и грустно смотреть в потолок. Но если вы уже и так ногами ходите, а тем более бегаете — то сколько бы вас не убеждали, что ходить на костылях это удобно, даст вам сотню малых и больших выгод и вообще все так делают — вряд ли вы на них перейдёте…

milkyway044: LLM не делает вас тупым. Она просто убирает иллюзию, что вы были умным.

ooko: Попробуйте генерировать картинки. Угадайте как скоро вы начнёте достойно рисовать.

MaxKitsch: Собственно, нейросеть — это идеальный гуманитарий. Читала много, понимания прочитанного ноль, но всегда готова налить воды на любую тему.

DarkV:
Ожидания прогресса ИИ:
дурак → разумный → гений → супер-гений
Реальный прогресс ИИ:
дурак → быстрый дурак → супер-быстрый дурак → 10 супер-быстрых дураков, спорящих друг с другом о задаче

jegornet:
Нейросеть за час справляется с тем, на что у команды синьоров уходят годы – превратить новый проект в неподдерживаемое легаси-говно.

Oceanshiver:
По моим наблюдениям про то, что ИИ скоро заменят программистов пишут те, кто ничего не понимает ни в ИИ, ни в программировании.

Мы видим прорву статей вида «я не кодер, но ChatGPT позволяет писать мне код». Интересно, где же все статьи вида «я не водитель, но „Тесла“ позволяет мне ездить»?

Асимптота — воображаемая прямая, к которой график функции бесконечно приближается по мере удалении параметра в бесконечность, но никогда её не достигает.

Первое правило ведения дискуссий в интернете: целью дискуссии никогда не является переубедить оппонента — это возможно чуть менее, чем никогда. Целью дискуссии является выложить настолько убедительные аргументы, чтобы у наблюдающей за этой дискуссией публики не возникло ни малейших сомнений в том, кто из вас двоих — д'Артаньян.

Краткое изложение закона Даннинга-Крюгера: «Мало знающий не знает, чего он ещё не знает. Много знающий не знает, чего ещё он не знает.»

Первое правило чтения громких заголовков: если в заголовке имеется слово «… может...», в конце следует мысленно подставить: «… а может и не...»

Alter2:
Причина, из-за которой цены памяти учетверились — огромное количество еще не произведенной памяти было куплено за деньги, которых не было у покупателей, чтобы установить в GPU, которые еще не произведены, чтобы инсталлировать их в дата центрах, которые еще не построены, и запитать от электростанций, которые возможно никогда не будут запущены, чтобы удовлетворить спрос, которого еще нет, и получить прибыли, которые математически невозможны.

Некоторые ученики считают, что домашние задания им дают не для того, чтобы у них в мозгу нейронные связи образовывались, а потому, что учителя — это такая злая секта, которая каждый вечер приносит своему особому, злому богу в жертву тетрадки, исписанные ~~кровью~~ почерком учеников, и поэтому обмануть их — святой долг каждого.

Hemml:
Да, всё, в чем ты не разбираешься, нейронка делает хорошо. Но вот то, в чем ты что-нибудь понимаешь, она всегда делает плохо

LLM — это эмулятор валящегося студента на экзамене: он «выдумывает» всегда — просто иногда «выдуманное» им совпадает с правильным ответом — и мы «ставим ему пятёрку»; а иногда является чушью различных степеней полноты — и тогда мы говорим: «это он галлюцинирует».

Все «настройки» и «тренировки» LLM сводятся к тому, чтобы тем или иным способом увеличить количество первых случаев и уменьшить — последних.

Разумение человека не есть чистый свет, ибо подвергается влиянию воли и чувств. Отсюда происходят науки, кои можно бы именовать «науки по нашему желанию». Ибо человек с готовностью верит в то, во что хочет верить, и отвергает трудные понятия, в кои не имеет терпения вникать, и трезвенные понятия, ибо они лишают его упований, и глубинное знание о природе во имя суеверия, а свет опыта — ради своей гордыни и высокомерия, а то, во что мало кто верит, не желает принимать, склоняясь перед мнением толпы. Словом, бесчисленны, а порой и непостижимы способы, коими чувства окрашивает и искажает разумение. — Фрэнсис Бэкон. «Новый Органон» (1620)