Криптография *

С чего все началось

Хотел простую вещь: отслеживать цену на пару товаров, которые ждал со скидкой. Чтобы не заходить руками каждый день, а получить уведомление, когда подешевело.

Думал, это вечер работы. requests.get(), выдрать цену, сравнить, отправить в телегу (упрощенно, конечно).

Оказалось, парсинг цен на маркетплейсах — это не про HTTP‑запрос. Это про репутацию IP‑адресов, про то, как браузер выдает себя поведением, и — на финале — про пост‑квантовую криптографию в TLS‑рукопожатии. Три площадки (Ozon, WB, Яндекс.Маркет) дали мне три совершенно разных уровня защиты, и на каждом я застревал по‑своему.

Привет! Задача возникла банальная: нужно передать коллеге пароль, API-ключ или конфиг. Телега — не хочется, почта — тем более. Существующие решения от OneTimeSecret до PasswordPusher и прочих — либо закрытый код и доверяй на слово, либо требуют своего сервера. Одни требуют регистрации, другие — напичканные всем подряд комбайны. Захотелось сделать так: открытый код, шифрование в браузере, сервер физически не может прочитать содержимое и, разумеется, бесплатно.

Так появился BurnAfterRead — self-destructing E2E encrypted drops на Cloudflare Workers.

Представьте, что ваш зашифрованный трафик злоумышленники записывают прямо сейчас. На первый взгляд, это бессмысленно: расшифровать его классическими методами невозможно. Однако существует стратегия «собери сейчас, расшифруй потом» (Harvest Now, Decrypt Later). Суть такого подхода заключается в накоплении зашифрованных данных сегодня, чтобы взломать их завтра, когда появится достаточно мощный квантовый компьютер, называемый в литературе криптографически-значимым квантовым компьютером (Cryptographically Relevant Quantum Computer – CRQC). По нейтральным оценкам крупных международных корпораций, он может появиться через 5–10 лет. С другой стороны, некоторые криптографы считают, что у спецслужб криптографически значимые квантовые компьютеры появятся к 2029 году, а для широкого пользования – примерно к 2032. Для госсектора и крупного бизнеса, где информация требует защиты десятилетиями, это критическая угроза.

Значительная часть такого трафика передается по защищенным каналам на базе набора протоколов IPsec. Его ключевой компонент – протокол IKEv2, отвечающий за согласование ключей и алгоритмов. Изначально он не был рассчитан на использование постквантовых алгоритмов: большие размеры ключей и подписей создавали эксплуатационные сложности. Однако благодаря техническим расширениям IKEv2 теперь поддерживает гибридный режим – одновременное использование классического протокола Диффи–Хеллмана (он позволяет двум сторонам выработать общий секретный ключ по открытому каналу связи) и постквантовых алгоритмов.

TLS 1.3 с прямой секретностью - это правильный выбор. Если завтра скомпрометируют серверный ключ - прошлые сессии не расшифруются. Эфемерные ключи уничтожены. Все продумано.

Проблема в том, что это защита от одного сценария. Не от того, о котором идет речь.

Привет, Хабр! Меня зовут Максим Теплых, эксперт по тестированию на проникновение в ИТ-компании Innostage. В этой статье я хочу рассмотреть тему, которая с годами становится все более актуальной — тестирование систем, использующих ГОСТ TLS. Кратко расскажу о самой технологии, а также покажу подходы и наработки, которые применяем на практике. 

Заранее приношу извинения за объемное и несколько затянутое введение. Хотя изложение начинается не с динозавров и не с истории древней Руси, тему все же необходимо раскрыть с некоторой предыстории.

Это продолжение поста о WardLink — P2P-синхронизации между своими устройствами по LAN без сервера в петле. Здесь про то, куда это может пойти, и про несколько вопросов, на которые у меня пока нет хорошего ответа.

Блетчли-Парк, центр британской разведки во время Второй мировой войны, был хранилищем секретов в то время, когда нацистская угроза продвигалась по Европе. Но для некоторых эти секреты не исчезли и после окончания войны.

В начале XXI века много говорилось о мучительной личной жизни Алана Тьюринга — от его символического помилования британским правительством в 2009 году (после того как в начале 1950-х годов он был привлечён к ответственности и подвергнут химической кастрации за гомосексуальные отношения, которые тогда считались незаконными) до оскароносной биографической картины 2014 года «Игра в имитацию», в которой было показано его величайшее достижение военного времени — расшифровка сообщений, закодированных нацистской машиной «Энигма».

Однако по мере того, как жизнь и наследие Тьюринга становились всё более известными, вскрывались и новые загадки. Недавно обнаруженные документы свидетельствуют о том, что в тот же период, когда Тьюринг прославился как дешифровщик кодов, он также занимался другой, ранее неизвестной линией исследований, которая, возможно, привела к его самой революционной инновации.

Эти документы известны как «Документы Бейли» — по имени их прежнего владельца, Дональда Бейли, который в 1944–1945 годах был помощником Тьюринга в Ханслоуп-Парке и хранил эти документы до самой своей смерти в 2020 году. Как написал Джек Коупленд в статье для журнала «IEEE Spectrum», именно Бейли, недавно окончивший университет по специальности «электротехника», научил Тьюринга «практическим навыкам», необходимым для воплощения идей в области электротехники в реальные схемы. Бейли, который называл Тьюринга «профессором», делал обширные записи о мыслях и экспериментах Тьюринга во время их совместной работы над электротехническими проектами в Ханслоуп-Парке. Проработав там несколько часов, Тьюринг ехал на велосипеде пятнадцать километров до Блетчли-Парка, чтобы заняться своей тогда ещё секретной деятельностью по взлому кодов. Записи Бейли составляют значительную часть вышеупомянутых документов и дают совершенно новое представление о том грандиозном проекте под кодовым названием «Далила», над которым они оба работали.

Сертификат скомпрометирован, а срок действия ещё не вышел — как сказать клиентам «больше ему не верьте»? Разбираем оба механизма отзыва, CRL и OCSP: отзыв, генерация и публикация списков, responder, stapling в nginx/apache. С полным справочником всех параметров.

Выбираете алгоритм хеширования паролей — берёте bcrypt, потому что все берут bcrypt, ставите rounds=10, потому что так в туториале, и идёте дальше. Разбираем, почему это может быть ошибкой, чем отличаются Argon2, scrypt и PBKDF2, и как правильно настроить каждый из них.

Представьте себе площадь: людную, шумную, и на ней стоят двое, назовем их Алиса и Коля. Им нужно договориться о пароле, но шептаться друг с другом нельзя. А еще вокруг толпа, и в толпе стоит Ева, которая записывает каждое слово. Никаких записок, никаких встреч за кулисами, только крик через всю площадь.

Звучит как безнадежная задача. Все, что Алиса крикнет Коле, услышит и Ева. Любая информация, которая дойдет до Коли, дойдет и до нее. Кажется, что общий секрет в таких условиях невозможен в принципе.

А теперь плохая новость для нашей интуиции: именно это сейчас происходит на вашем устройстве.

Приглашаем на вебинар, где разберём, как с помощью Axiom JDK Certified внедрять криптографию по ГОСТ без сложной настройки и лишнего кода. На вебинаре покажем живую демонстрацию: как Java-сервисы внутри Kubernetes устанавливают защищённое mTLS-соединение с использованием Axiom JDK Certified, КриптоПро/JTLS (ГОСТ TLS).

Что будет на вебинаре:

В этой статье мы рассмотрим рюкзачную, или ранцевую, криптосистему Шора-Ривеста (Chor-Rivest knapsack). Это один из немногих алгоритмов классической криптографии, который можно рассматривать как постквантовый кандидат. Несмотря на то что сегодня он не считается современной и надёжной постквантовой криптосистемой, его всё равно интересно разобрать как один из нестандартных вариантов такого рода.

Два месяца назад я опубликовал статью про свой pet-проект — E2EE-мессенджер.

Честно говоря, я не ожидал, что она вызовет такой интерес. Прилетели комментарии, замечания, вопросы и довольно полезная критика. Где-то меня поправили по делу. Где-то заставили пересмотреть решения, которые мне самому на тот момент казались нормальными.

И, что самое приятное, часть вещей, которые тогда были только в roadmap, за это время удалось реализовать.

Первая часть:

https://habr.com/ru/articles/1030854/

Проект:

https://github.com/vaazhen/chaos-e2ee-messenger

Вообще, за эти два месяца я понял одну простую вещь.

Написать чат оказалось не так сложно.

Написать E2EE-мессенджер — уже сложнее.

А вот понять, почему Signal делали столько лет, оказалось совсем другой историей.

Сначала кажется: ну есть же документация, есть X3DH, есть Double Ratchet, есть WebCrypto, есть статьи, есть спецификации. Осталось просто аккуратно всё собрать.

Примерно в этот момент где-то вдалеке начинает смеяться инженер из Signal.

Сразу оговорюсь: chaos messenger — это не замена Signal и не “готовый безопасный мессенджер”, а open-source pet-проект, на котором я разбираюсь, как E2EE-системы устроены изнутри.

Готовый децентрализованный бэкенд без своего сервера — звучит заманчиво. На личном опыте двух приложений разбираю, где Nostr реально экономит месяцы работы, а где упирается в одно базовое ограничение и начинает мешать: заметки, чаты, ленты, communities, организации.

1 декабря 1969 года, Вашингтон, штаб-квартира Selective Service. Восемь вечера. В прямом эфире, на глазах у всей страны, конгрессмен Александр Пирни опускает руку в большую стеклянную банку и достаёт первую из 366 синих пластиковых капсул. Внутри — дата: 14 сентября. Этой дате присваивается призывной номер 1. Все мужчины 1944–1950 годов рождения, родившиеся 14 сентября, идут на войну первыми.

Прозрачнее не бывает: национальный телеэфир, конгрессмен лично тянет капсулы, 366 дней и 366 капсул на виду у миллионов. Если и существует образец честного публичного розыгрыша — вот он. Только он был нечестным. И в этом — вся статья.

ONYX — мой pet-project: self-hosted, анонимный, E2E-шифрованный мессенджер. Клиент — Flutter, есть под Windows/Linux/macOS/Android, аккаунт без телефона и почты.

Вышла v1.7-beta. Список изменений ниже, но текст в основном про одну фичу: WardLink, ради которой стоило катить этот релиз.

В российском вебе за неделю сломалось две вещи. 13 июня GlobalSign начал массовый отзыв сертификатов у российских компаний — до 20 000 доменов второго уровня под ударом. Let’s Encrypt 4 июня формализовал санкционные ограничения в новой редакции пользовательского соглашения. Я держу около десятка сайтов, все на Let’s Encrypt; сел и прошёл их по списку — какой issuer у каждого, кому грозит и в каком порядке, какие альтернативы реально работают в 2026 году. Внутри: пайплайн инвентаризации через openssl и crt.sh, конфиг Caddy с двумя issuer-ами в fallback, разбор Google Trust Services, НУЦ Минцифры и тех, кто уже выбыл (Buypass) или присоединился к ограничениям (ZeroSSL).

Что будет, если взять один HTML-файл, браузер, localStorage и git-хостинг с CRUD API? Получится мессенджер. Без backend, базы данных, регистрации, npm и WebSocket. В статье показываю, как устроен Macaroni Messenger: хранение сообщений в .macaroni/, outbox, git-agnostic adapters, storage branch, plugin API и опциональное шифрование.

Эксперты лаборатории криптографии российской ИТ-компании «Криптонит» предложили принципиально новый способ оценки защищённости постквантовых систем на линейных кодах. Он позволяет математически выявлять в них некоторые «слабые места» ещё на стадии проектирования и до начала дорогостоящих эмпирических тестов. Результаты работы представил на конференции CTCrypt 2026 зам. руководителя лаборатории криптографии по научной работе Иван Чижов. В своём докладе «Свойства кода квадратичных отношений и его применение в задаче декодирования линейных кодов» он предложил новый взгляд на внутреннюю структуру линейных кодов и выявил ранее незамеченные закономерности, влияющие на криптографическую надёжность.

В прошлые разы я разбирал, как мы встроили обход блокировок прямо в iOS-приложение: sing-box внутри бинарника, VLESS + Reality, relay как расходник, конфиг отдельно от сборки. Та статья закрывала ровно одну задачу: довести трафик мессенджера до сервера там, где прямое соединение режется.

Но в самом конце был честный абзац, который мне не давал покоя. Я написал тогда: туннель меняет то, как соединение выглядит для цензора по дороге, и не меняет того, кто стоит на концах. Оператор relay (в нашем случае мы сами) видит ваш трафик ровно так же, как его видел бы провайдер при прямом подключении.

Вот про эту дыру и будет текст. Она называется красиво: метаданные. На практике это означает, что один relay видит больше, чем должен. И мы её закрыли, не трогая боевой парк relay вообще. Без маркетинга, по делу.