![](https://habrastorage.org/getpro/geektimes/post_images/86f/0f1/49c/86f0f149c9960c049e68c3a19a83f79a.jpg)
Периодически на Хабре вспыхивают дискуссии о чистоте русского языка. Глупо полагать, что эта проблема стала актуальна только сейчас. Я хотел бы познакомить вас со взглядами Корнея Чуковского на эту тему, которыми он поделился в своей книге «Живой как жизнь: о русском языке».
По словам самого автора, книга написана для разрушения «иллюзии, будто язык строится на основе прямолинейного, элементарного здравого смысла». Язык «всегда подчиняется законам своей внутренней логики, — изощренный, изменчивый, прихотливый язык, вечно обновляющийся и бессмертный как жизнь». И главное, чистота языка — не только языковая проблема.
Книга посвящена анализу мнимых и подлинных болезней русского языка. Во времена Чуковского она была актуальна и не потеряла ни толику даже спустя 40 лет.
Корней Чуковский видит семь основных проблем русского языка, волнующих его читателей: иностранщина, вульгаризмы, засоренность диалектами и наоборот изгнание их из своей речи, ханжеские вкусы, канцелярит и сложносоставные слова.
Некоторые из этих проблем сегодня исчерпали себя. Думаю, сложносоставные слова, которыми увлекались в советскую эпоху, например уродство Облупрпромпродтовары, умерли сами по себе. Остались только жизнеспособные, человеческие конструкции: ТЮЗ, ЗАГС, ВУЗ, а всякие шкрабы (школьный работник) давно позабыты.
Ему удалось примирить меня со словом менеджер: «не тот язык по-настоящему силен, самобытен, богат, который боязливо шарахается от каждого чужеродного слова, а тот, который, взяв это чужеродное слово, творчески преображает его, самовластно подчиняя своей собственной воле, своим собственным эстетическим вкусам и требованиям благодаря чему слово приобретает новую экспрессивную форму, какой не имело в своем языке».
Чуковский помог мне понять, почему я прохладно отношусь к языку падонкофф: «это борьба не против слова, а против того, что за ним: против душевной пустоты, против попытки заткнуть словом прорехи мысли и совести».
Меня позабавила глава, где автор говорит о языке молодежи. Меня удивило, что слову чувак в нашем понимании уже более 40 лет, или раньше наше жжот звучало как дает копоти. Еще мне показалась привлекательной фраза: «Встретимся на Твербуле у Пампушкина», что значит Тверской бульвар у Памятника Пушкину. Однако Чуковский считает, что эта лексика определяется «низменным уровнем духовной культуры», хотя сразу же приводит несколько разумных аргументов против.
И, одна из главных проблем, канцелярит, который сейчас цветет и пышет. Меня огорчило, что читая некоторые примеры, я не находил в них ничего ужасного, до того в к нему привык. Прискорбно, что он пользуется популярностью за пределами чиновничей среды: в бизнесе, учебе, науке и т.д. Постоянно попадаются учебники, на 90% состоящие из громоздких общих фраз. Сам в деловой, тем более в личной переписке, стараюсь избегать дурацких ненужных конструкций вроде учитывая вышеизложенное, что касается, нельзя не указать и других. По словам Чуковского, за канцеляритом скрывается «наплевательское отношение к судьбам людей и вещей». Этот шаблонный язык убивает и не позволяет донести даже «самое искренне, непритворное чувство». Победить его получиться только «изгнав бюрократизм из человеческих отношений и быта».
Наверное, уже ясно, что книга «Живой как жизнь» мне понравилась. Это прекрасная, страшно интересная, комплексная и актуальная работа, которую я могу с чистой совестью порекомендовать всем, кто любит русский язык. Она заставила меня больше внимания уделять тому что и как я говорю и пишу, и тому какие чувства и отношение скрывается за этим.
«В нем [русском языке] все тоны и оттенки, все переходы звуков от самых твердых до самых нежных и мягких, он беспределен и может, живой как жизнь, обогащаться ежеминутно». Гоголь