Наша команда боролась с летней жарой, чтобы отполировать ваш любимый браузер и подготовить его к праздникам. Благодаря большому количеству исправлений Vivaldi на мобильных устройствах стал лучше, чем когда-либо. Но это ещё не всё!
Большие языковые модели давно вышли за пределы «помоги дописать функцию». Они доступны всем — и злоумышленник тут не исключение. Отсюда практический вопрос, который нас и интересовал: может ли LLM самостоятельно, без человека, атаковать мобильное приложение, и если да — во сколько это обойдётся.
Из всего списка рисков мы взяли один конкретный сценарий: внедрить в приложение вредоносный код так, чтобы после пересборки оно осталось рабочим и его можно было раздавать живым пользователям. Проверяли на Android.
Смотреть любимые тайтлы со смартфона или залпом по телевизору — для многих уже привычная рутина. Устроиться поудобнее, открыть приложение, нажать «Play». Но как бы легко это ни выглядело, за твоим досугом стоит огромная команда, которая делает невидимую, но колоссальную работу.
В этом интервью Катя Супрун, технический менеджер Android-платформы, рассказала о том, как вместе с ребятами из core-команды она отвечает за производительность, оптимизацию и стабильность — за то, чтобы твой просмотр был максимально комфортным. Но кроме рабочих будней у них есть киновечера, шашлыки, настолки и традиция радоваться даже маленьким победам.
Наконец-то неплохо продвинувшись в написании своего мультиплатформенного приложения Modern Money мне понадобилась аутентификация для Kotlin Multiplatform.
Хотелось иметь один API для PIN-кода и биометрии, а под капотом использовать Android Biometric Prompt, Windows Hello, Touch ID.
Так появился Koncierge — набор KMP-модулей biometric, auth и auth-compose
Казалось бы, задача довольно стандартная: объявить expect-класс и написать несколько actual-реализаций. На Android это примерно так и получилось. А вот Windows Hello, JVM-модуль и публикация всех артефактов заставили немного разобраться в том,
Аннотации в Kotlin — это не только @Deprecated и @Suppress. Разбираемся, где живут SOURCE, BINARY и RUNTIME, чем KSP отличается от kapt, как compiler plugins меняют код и какие практические задачи можно закрыть генерацией: debug menu, удаление экспериментов и каталог performance-метрик.
В первой части мы разобрали философию KMP, обсудили лестницу развития проектов и выяснили, почему не стоит шарить ViewModel. Теперь давайте заглянем в код и поговорим про то, с чем столкнутся разработчики при выполнении ежедневных задач.
Это вторая, практическая, часть из двух. Здесь про то, как организованы слои, какие контракты уходят в Swift, как готовить SKIE, как устроены обработка ошибок и DI, что с модульностью, скоростью сборки и тестами.
Привет, Хабр. На связи Илья Новиков, технический директор команды разработчиков «Исходный код».
Сегодня я хочу разобрать инструмент, который мы все используем десятки раз в день, но часто по-прежнему воспринимаем как «черный ящик».
Без этого мы бы до сих пор собирали проекты вручную, писали бы скрипты Bash для каждой команды и каждой машины, и боролись бы со старой проблемой, когда проект собирается у одного разработчика, но не собирается у другого.
Gradle предоставляет нам единый источник достоверной информации, возможность воспроизводимых сборок и способ масштабирования одного и того же подхода к сборке от небольшого проекта до крупного многомодульного монорепозитория.
Давайте заглянем под капот, чтобы настройка сборки перестала быть проблемой.
Есть большая и сложная система сборки Gradle и андроид-плагин AGP для установки большей части компонентов Android SDK, необходимых для вашего приложения. Но что, если вам не хочется руками устанавливать Android Studio, Android SDK, cmake, scrcpy и прочие нужные вещи? Здесь на помощь приходит mise — при кажущейся простоте он умеет все, что нам нужно.
В новом выпуске UISlider изнутри и топ-10 вопросов по Kotlin в 2026 году, Swift 6.2 против вашего оптимизатора и переписывание Flutter на C#, всего несколько недель на вайб-кодинг, новый формат электронных книг для изучающих язык, многомерные векторы в конкурентном анализе мобильных приложений, обучение LLM 0.5B с нуля на статьях Хабра и многое другое. Подключайтесь!
Привет, Хабр. Я уже не тот беззаботный парнишка, что собирал 486-й компьютер. Время бежит, я скуф успел поработать с C++, C#, Java и Kotlin, последние 10 лет занимаюсь мобильной разработкой. Программирование я до сих пор люблю потому что больше ничего не умею. Но чем дольше работаешь, тем чаще ловишь себя на мысли, что от некоторых вещей начинает подгорать. Сегодня я расскажу, как я попытался избавиться хотя бы от части таких вещей.
Когда проект растёт, дольше всего начинают тянуться самые «тяжёлые» проверки – UI-тесты. Один-два модуля поменял, а CI всё равно гоняет сотни тестов на эмуляторах и ждёт их десятки, а то и сотни минут. Знакомо?
Это третья, финальная статья цикла о том, как мы в Циане перешли от полного прогона всех проверок к выборочному с помощью Impact-анализа. В первой части я показывал, как мы ускорили статические анализаторы, во второй — как в два раза сократили unit-тесты, научившись обходить граф Gradle-модулей. В заключительной части я расскажу, как у нас на проде реализован выборочный запуск UI-тестов.
В архитектуре KMP+CMP-приложений главный вопрос не в том, сколько кода можно пошарить. Он в том, где нужно остановиться.
Я покажу два рабочих подхода. Первый — архитектура для большого мобильного продукта: общий Kotlin-слой для бизнес-логики и нативный UI на каждой платформе. Второй — стартаповый путь, где Compose Multiplatform помогает быстро запустить мобильные продукты, web- и desktop-приложения. И даже backend на общих моделях данных.
Поговорим о том, когда нужно и не нужно применять «лучшую» архитектуру.
Доброго времени суток!
меня зовут Кирилл, хочу рассказать вам о своем проекте Aisha – ИИ репетиторе английского языка для разговорной практики. Об идее, отличиях, технических аспектах.
Небольшая история о том, как я искал для себя читалку, как в итоге придумал новый формат для электронных книг — и, главное, как я месяцами воевал с дешёвыми LLM, чтобы они генерировали этот формат без ошибок. Будет и про устройство формата, и про то, как он «затюнен» под копеечные модели, и про основные проблемы.
В первой части мы загрузили своё ядро на настоящий телефон, вывели «Hello world» в UART и нарисовали квадратик на экране. Во второй — научили ядро управлять памятью и завели кучу.
С тех пор прошло более 4 месяцев, и проект тихо перешагнул важную черту: из bare-metal эксперимента получилось микроядро. В привилегированном режиме остались только процессы, память и передача сообщений, а всё остальное — драйверы, сервисы, будущая графика — обычные программы снаружи. Само ядро при этом выросло с неполной тысячи строк до сорока пяти тысяч.
В этой статье разберёмся, что такое capability и handle и при чём здесь seL4 и Zircon, запустим свой процесс-"калькулятор" на телефоне и поговорим с ним по IPC, а под конец напишем userspace-драйвер часов для устройства, про которое в ядре нет ни строчки.
В новом дайджесте UISlider изнутри и навигация в Jetpack Compose без магии, миграция приложения на Navigation 3 и сборщик мусора в Dart, мобильное тестирование в 2026, как меняется разработка в эпоху ИИ, новые модели Anthropic и Google и многое другое. Заходите!
Добавлял в свою читалку офлайн-словари и упёрся в MDX, формат словарей MDict. Проприетарный, официальной спеки от создателей нет. Готовые Java-парсеры под GPL, а у меня закрытое приложение, тащить нельзя. Значит, пишу свой, с нуля и без зависимостей. Рассказываю, как формат устроен внутри, где я споткнулся, и почему пришлось руками писать RIPEMD-128, чтобы прочитать даже оглавление словаря.
Какова ситуация в мобильном тестировании в 2026-м году?
На связи Ильнур – ведущий тестировщик: начал свой путь в ИТ 10 лет назад как специалист технической поддержки. Со временем понял, что хочу не просто «чинить», а понимать, как всё устроено. Так я пришёл в тестирование и уже через год стал тимлидом команды.
На протяжении следующих 5 лет участвовал в запуске более 10 приложений – от MVP до многомиллионных. Я учился на ошибках, пропускал через себя сотни релизов, «съел собаку» в ручном тестировании, понял, как работают платформы, сети, железо. Хочу поделиться своими мыслями о мобильном тестировании как человек, который знает сферу изнутри.
Всем привет! Я Никита, тимлид команды Android в Банки.ру.
Недавно, внедряя в приложение фичу авторизации без SMS-кода (seamless), мы столкнулись с тем, что она в упор отказывалась работать – но только на Android. Мы дебажили ее полторы недели, перепробовали все возможные варианты и закошмарили всех доступных операторов связи, прежде чем узнали, что все дело было… в энергосбережении.
В статье рассказал про наш путь борьбы с энергосбережением и, возможно, это сэкономит вам десятки часов дебага.
Я врач с более чем 30-летним стажем, последнее время работал доцентом медицинского вуза. Недавно вышел на пенсию и получил то, о чем мечтал всю трудовую жизнь — много свободного времени, и часть его желательно тратить с пользой (а не только играть на ПК, что я, конечно, тоже люблю).
Я давно, со студенчества, интересовался проблемами старения организма. Поработав с десятками тысяч пациентов, я уже не удивлялся, что паспортный (хронологический) возраст и реальное состояние организма — это две разные вещи. Один пациент в 60 бегает марафоны, другой в 45 еле ходит по дому. Но причины этого медицине, честно говоря, до ситх пор непонятны. Мне хотелось как‑то объективизировать, оцифровать, что ли, эту разницу без сложных анализов и дорогостоящих исследований. И чтобы каждый человек мог легко и просто оценить свой биологический возраст — не просто для того, чтобы его узнать — а сделать определенные выводы и, возможно, изменить свои привычки и даже обратиться к специалистам. Теперь для этого есть общедоступные инструменты — смартфоны с фотокамерой, искусственный интеллект и модели, способные анализировать, состояние кожи и другие показатели по фотографии. Надо попробовать, решил я. Но для этого нужно создать мобильное приложение. Раньше я бы на такое не замахнулся, ну а сейчас — время есть, инструменты есть, желание есть — why not?
