Системное администрирование *

ИИ уже умеет генерировать Ansible-плейбуки, собирать роли, искать ошибки и помогать с рефакторингом. Но между «модель написала YAML» и «это можно пускать в прод» всё ещё лежит несколько обязательных проверок.

Разбираемся, как использовать Claude, ChatGPT, Copilot и другие ИИ-инструменты для работы с Ansible: как составлять промпты, проверять синтаксис и идемпотентность, работать с секретами и не превращать ускорение разработки в новый источник инцидентов.

Всем привет! С вами снова я, тимлид команды разработки «Графини» Павел Мирошин. Надеюсь, вы успели отдохнуть и не слишком грустите по ушедшему лету. Я вот не успел — трудился над новым релизом. Но оно того стоило.

Этот маленький промежуточный релиз с летним вайбом — 2026H1.1 «Салон» — скрывает в себе очень важную и долгожданную фичу: «Алертинг» или, по-нашему, «Оповещения». Мы не стали копировать решение у наших зарубежных коллег, а разработали своё видение этого сервиса.

Под катом обзор этого функционала, а также рассказ о других обновлениях релиза.

Не так давно мы решили запустить свой собственный MCP-сервер для GoCD. Ну а что, у всех есть MCP, а у нас не было. И у GoCD не было такого, который бы подошел нам. Мы уже больше месяца им активно пользуемся. Сам проект тоже живет и развивается — его версия за это время выросла до 1.2.0: https://github.com/Ivinco/gocd-mcp

После того как прошел первый восторг от осознания важности собственного вклада в мир open source, перед нами встал еще один вопрос. Да, у нас есть MCP. Но зачем нам MCP. И на этот вопрос, если хорошо подумать, не так уж и просто ответить.

Всем привет! Это Катя Тьюринг. Вашему вниманию предлагается стресс‑тест для ИБ‑специалистов. Попробуйте ответить на вопросы прежде, чем перейдете к объяснениям, чтобы узнать, как хорошо вы разбираетесь в законности кибербеза в России.

Первый тег проекта датирован 22 июля, шестого сентября вышла 1.0. Разница между 0.37 и 1.0 не в коде: 1.0 - это список того, что автор больше не имеет права менять. Что именно попало в замороженный контракт, что осталось снаружи и почему об этом тоже надо говорить вслух, во что обошлась заморозка - 31 переменная окружения переименована за три дня до неё - и что нашла репетиция обновления и отката на копии продовых данных, включая откат, который уходил в краш-луп вместо понятной ошибки.

Документация Microsoft говорит, что ассистент работает в границах прав самого пользователя, и порог там - право просмотра. Обещание выполняется буквально, и вся тяжесть переезжает на исходные настройки: общий доступ в SharePoint по умолчанию стоит в положении “the most permissive option”. Предотвращение accidental oversharing вынесено в руководстве “Get ready for Microsoft Copilot with SharePoint Advanced Management” отдельным шагом. Инструменты оттуда в статье разобраны по одному: сто сайтов и окно в 28 дней у отчёта EEEU, выбор между “закрыть доступ” и “убрать из выдачи, права не трогая”. И отдельно - предел того, что подтверждено про метки чувствительности. Цитаты сняты с четырёх страниц learn.microsoft.com живыми запросами 4 сентября 2026 года.

Процент доступности – это только первая строка SLA, а понять, как читать SLA хостинг-провайдера, можно лишь вместе с окном измерения, источником данных и исключениями. SLA хостинга и аптайм связывают метрику с конкретным сервисом, окном измерения, источником данных, исключениями и процедурой обращения. Термины и формулы у провайдеров разные, поэтому любой разбор привязан к конкретной датированной редакции договора.

Сводил хронологию инцидента из четырёх источников: веб-сервер, балансировщик, приложение и почтовый шлюз. Собрал события, отсортировал, посмотрел, что за чем шло, - работа механическая.

Так продолжается, пока не выясняется, что порядок событий физически невозможен: ответ приходит раньше запроса, сессия закрывается до того, как открылась, а письмо оказывается доставлено на два часа раньше отправки. Ошибки в логах при этом нет. Каждый источник записал своё время правильно - по своим часам и в своих обозначениях.

Большинство статей про Kubernetes на границе (edge) описывают более-менее стабильную топологию: несколько узлов в одном или нескольких дата-центрах, предсказуемая сеть между ними, редкие сетевые партиции как исключение, а не норма. У нас всё наоборот: control plane живёт в офисе/датацентре, а agent-узлы физически стоят в транспортных средствах автопарка — едут по городу, паркуются в подземных гаражах без связи, теряют VPN на десятки минут за смену. Разрыв связи с control plane — это не инцидент, это штатный режим работы системы, который нужно было спроектировать с самого начала, а не «подкрутить» постфактум.

В этой статье — то, как устроен наш K3s-кластер для автопарка: HA control plane на kube-vip, транспорт через WireGuard поверх MikroTik, разнородный флот из amd64- и ARM-агентов (включая Jetson), и отдельно — самая интересная часть: как мы подступаемся к вопросу «может ли под на границе продолжать работать, когда control plane временно недостижим».

Если у вас ноутбук с Intel iGPU и дискретной видеокартой, а в мессенджерах, редакторах кода и браузерах по краям интерфейса тянутся странные полосы и блочный мусор, который исчезает под курсором мыши — эта статья про вашу проблему.

Спойлер: дело не в видеокарте, не в мониторе и не в драйверах. И чинится это одним ключом реестра, до которого я дошёл через день перебора всех «народных» советов, ни один из которых не сработал.

Как получить бесплатный HTTPS сертификат от Минцифры для своего сайта на 365 дней. Смотрим, с какими сложностями предстоит столкнуться.

Инфраструктура была покрыта кодом почти на сто процентов. Мониторингом покрыты все компоненты. В момент аварии все метрики базы данных были идеальными, соседние сервисы на том же сервере СУБД работали без единой ошибки, провайдер облака показывал зелёный статус.

При этом продакшн лежал двадцать минут, и первые пятнадцать никто не понимал, что происходит.

Причина лежала в истории изменений инфраструктуры, и за первые пятнадцать минут туда не посмотрел никто.

Практический разбор шести лет работы с автоматизированным трафиком: от первых поведенческих ботов и ручных правил Cloudflare до собственной многоуровневой системы фильтрации и кластерной аналитики.

Есть проверенный закон вселенной: если у чего-то есть экран и хоть немного памяти, рано или поздно на этом запустят DOOM. Запускали на осциллографах, на тесте на беременность, на кофемашине и на тракторе. Мы в Sheet-Native Computing Foundation тоже решили побыть в этом уже достаточно запылившемся тренде и запустить DOOM в контейнере, упакованном в ячейки электронной таблицы. То есть образ контейнера с игрой физически лежит в ячейках, оттуда собирается обратно в Docker-образ, проверяется по sha256 и запускается.

В первой статье я рассказывал про Sheeternetes — оркестратор контейнеров, у которого весь control plane (Deployments, Nodes, Pods, Events) живёт внутри Google Таблицы или Excel, а на другом конце крутятся настоящие Docker-контейнеры. Там же мельком был упомянут наш формат образов — SICF (Sheet-Native Image Container Format). Эта статья как раз про него: как он устроен, как всё это воспроизвести у себя, как оно работает на bare metal (то есть в эксельке, а не гугл-таблице) без интернета и какие неожиданно интересные находки вылезли, когда мы начали пихать всё это дело в ячейки Google Sheets.

Спойлер: DOOM — настоящий (Chocolate Doom плюс свободный Freedoom, всё в Linux-контейнере, играется в браузере с клавиатуры).

В этом дайджесте делимся подборкой бесплатных уроков сентября для инженеров инфраструктуры, DevOps и специалистов смежных направлений. В подборке — практические разборы Linux-серверов, PostgreSQL 18, отказоустойчивых кластеров, CI/CD, eBPF, безопасности и применения ИИ в инженерных задачах.

Занятия проводят наши преподаватели — практикующие специалисты, которые разбирают технологии на реальных примерах и опираются на свой опыт. Это возможность обсудить рабочие подходы с экспертами, разобраться в новых инструментах и оценить формат обучения.

«Ennyn Durin Aran Moria: pedo mellon a minno» — «Врата Дурина, Владыки Мории. Скажи „друг“ и войди».

Самый известный пароль в литературе — эльфийское mellon, «друг» — открывал Западные врата Мории любому, кто удосужился прочитать надпись прямо над ними. Удобно для своих. И, к сожалению, для чужих тоже.

В корпоративных доменах часто встречаются пароли из словарей — в некоторых случаях это равносильно паролю, написанному на воротах. Смотрите сами.

Администратор правильно настроил политику паролей в домене: минимум 12 символов, три класса символов, история, блокировки. Но проверка показывает, что пароли учётных записей сотрудников есть в публичных дампах и словарях. «Сложные» пароли вроде Zima2025!, P@ssw0rd и Qwerty123! формально соответствуют политике, но злоумышленнику понадобится не так много попыток, чтобы подобрать такие пароли.

Проблема в том, что доменная политика проверяет пароль на соответствие правилам, но ничего не знает про его значение. Она не в курсе, что P@ssw0rd — самый заезженный «сложный» пароль на планете, а пароль из названия компании и года подбирается с трёх попыток.

Почему пароли — всё ещё слабое звено №1

Мы в InfoWatch защищаем данные компаний от утечек, и во многих инцидентах видна закономерность: чаще всего всё начинается не с хитрой уязвимости нулевого дня, а с учётной записи, к которой подобрали пароль или чей пароль утёк из-за переиспользования на публичном сервисе.

А что стоит между учётной записью и злоумышленником? В большинстве инфраструктур — всё ещё только пароль: не аппаратный ключ, не биометрия и не второй фактор на каждом сервисе, а строка, которую сотрудник придумал сам и, будем честны, придумал так себе. Можно сколько угодно внедрять MFA, PAM и Zero Trust — пароль в AD остаётся фундаментом, на который всё это опирается. Скомпрометированная доменная учётная запись открывает вход злоумышленнику. В итоге — компрометация всего домена и громкая история: простой производства, отмены рейсов, утечки персональных данных…

Всем привет, это команда Ринго! Уже не первый год Apple публикует Deployment Guide — руководство для системных администраторов, охватывающее развертывание, настройку и управление техникой Apple. После каждой WWDC в нём появляется раздел «Что нового?», и в этом году основная повестка не про новые возможности, а про потери. В  macOS 27 перестанут работать привычные MDM-команды управления обновлениями.

Разбираем ключевые изменения из What’s New for IT at WWDC26: что приходит на смену старым командам, какие декларации появились для сетевых настроек и статусов устройств и что следует проверить в инфраструктуре до массового обновления парка. Сервисы, официально недоступные для организаций, зарегистрированных в России (Apple Business Manager, Volume Purchase Program и другие), мы намеренно оставляем за скобками — говорим только про управление macOS 27.

Представьте, разработчики добавили прозрачное шифрование в файловую систему, собрали ядро и прогнали Fio — пропускная способность не изменилась. Однако после раскатки на продакшен производительность резко упала. Дело не в том, что бенчмарк ошибся: он честно измерил предел быстродействия жесткого диска, а накладные расходы на шифрование остались скрыты за дисковыми задержками. Так и возникает одна из самых типичных ошибок storage-бенчмаркинга.

Хранение до сих пор кажется многим инженерам простой подсистемой: файловая система, блочное устройство, метрика throughput. На практике это одна из самых коварных частей стека — с иерархией памяти в 4–8 порядков разницы между самой быстрой и самой медленной операцией, слоями виртуализации (LVM, программные RAID, NFS) и переключениями контекста между ядром и user-space.

Чтобы разобраться, как корректно измерять производительность систем хранения, обратимся к докладу Эреза Цадока, профессора Университета Стони-Брук, возглавляющего Лабораторию файловых систем и хранения данных.

Все подробности — под катом.

Когда мы запускали IDM, задача казалась понятной: избавиться от хаоса в компании. Не было единого места, где можно узнать, у кого какие права, кто их выдал и почему. 

IDM стал таким местом — и почти сразу мы уперлись в проблему. Очередь на подключение к IDM начала превышать количество уже подключённых систем, а фич-реквесты от команд копились быстрее, чем мы успевали их разобрать. Инструмент против хаоса сам стал источником хаоса.

В одном чате по куберу меня спросили единственное, что реально важно, когда ты собрал оркестратор контейнеров внутри таблицы: а сколько оно вообще тянет? Сколько подов, пока не ляжет. Какой образ влезает в ячейки. Сколько кластеров держит одна машина. И — раз уж мы фонд с серьёзным лицом — как это смотрится рядом с настоящими: Kubernetes, Docker Swarm, Nomad.

Поэтому мы провели честное нагрузочное тестирование. Четыре измерения, два бэкенда (.xlsx на диске и живая Google-таблица), синтетика на ноутбуке и реальные Docker-образы на облачной виртуалке. А потом поставили цифры рядом со взрослыми оркестраторами.

Короткая версия: по каждой оси, которая имеет значение, мы проигрываем на 3–5 порядков. По осям, которые значения не имеют, — выигрываем вчистую. И один наш давний «факт» оказался неверным — бенчмарк нас поправил. Поехали.