Напомню, что проблема заключалась в глобальной пылевой буре, из-за которой солнечные панели марсохода оказались загрязнены настолько, что уже не смогли вырабатывать ток.
В итоге аппарат отключился и не подавал признаков жизни
Эх, а как же:
За четыре месяца работы «Луноход-2» прошёл 42 километра (это расстояние оставалось рекордным до 2015 года, когда его превзошёл марсоход «Оппортьюнити»[4]), передал на Землю 86 панорам и около 80 000 кадров телесъёмки[1], но его дальнейшей работе помешал перегрев аппаратуры внутри корпуса.
После въезда внутрь свежего лунного кратера, где грунт оказался очень рыхлым, луноход долго буксовал, пока задним ходом не выбрался на поверхность. При этом откинутая назад крышка с солнечной батареей, видимо, зачерпнула немного грунта, окружающего кратер. Впоследствии, при закрытии крышки на ночь для сохранения тепла, этот грунт попал на верхнюю поверхность лунохода и стал теплоизолятором, что во время лунного дня привело к перегреву аппаратуры и выходу её из строя
интересно, почему метро до сих пор не на автопилоте
Гуглить «автоведение» для наших метрополитенов. Обратите внимание на красной ветке на деревянные панели с канавками по ту сторону рельсов, например.
Машинист в Питере на многих станциях чисто физически не может знать, застрял ли кто в дверях или нет — невидно, даже с камерами не видно.
Есть система контроля дверей — поезд не поедет. И в метро, и на электричках есть. Многие из перерывов в движении, когда состав приходится утаскивать — из-за ложного срабатывания индикации незакрытых дверей, когда поезд сам не может уехать. Про лампочки уже писали — их там три на вагоне — контроль дверей, пневмотормоз и еще что-то.
Они поставили себе цель остановить реформы, отменить дарованные Перестройкой свободы и вернуть привычный советским людям порядок вещей, при котором желание создавать частные предприятия и зарабатывать сотни тысяч долларов считалось преступлением.
Ребят, ну нельзя ж так жирно и топорно. Такое послесловие смазывает всю статью.
Ну вот мне такое (аналогичное) попалось. Всего-то недуачно резко повернул голову, там атлант с подвывихом теперь и все такие радости. Уж 2 года никто помочь не может.
Сказали, что диски ослабли, плюс шея постоянно перенапряжена из-за работы с компьютером сутками — отсюда все началось. А там и головокружения спонтанные до сих пор, шум в ушах, зрения сразу село и так далее. А самое печальное — почти год никто диагностировать даже и не пытался, все на стресс списывали.
Боль — да, но проблемы с шеей могут выражаться гораздо более затейливо из-за сдавливания сосудов и т.п. — всякие вертеброгенные (или как там — ?) проявления. Сам встретился с этой напастью, врагу не пожелаешь.
Когда иностранные ракетоносители падают, то распилы и откаты «почему-то» стоят на последнем месте в списке возможных причин там, в отличие от здесь.
Может быть потому что в этой части света априори меньше известно о распилах и откатах там?
Сюда же все разговоры о доверии к спецслужбам.
Просто повод к рассуждению, ни на что не намекаю.
On April 28, 1967, Ali appeared in Houston for his scheduled induction into the U.S. Armed Forces, but he refused three times to step forward when his name was called. An officer warned him that he was committing a felony punishable by five years in prison and a fine of $10,000. Once more, Ali refused to budge when his name was called, and he was arrested. Later that same day, the New York State Athletic Commission suspended his boxing license and stripped him of his title. Other boxing commissions followed suit. Ali remained unable to obtain a license to box in any state for over three years.[157][page needed]
At the trial on June 20, 1967, the jury found Ali guilty after only 21 minutes of deliberation of the criminal offence of violating the Selective Service laws by refusing to be drafted.[22] After a Court of Appeals upheld the conviction, the case was reviewed by the U.S. Supreme Court in 1971.[158]
In a secret operation code-named «Minaret», the National Security Agency (NSA) intercepted the communications of leading Americans, including Ali, Senators Frank Church and Howard Baker, Dr. Martin Luther King Jr., prominent U.S. journalists, and others who criticized the U.S. war in Vietnam.[169][170] A review by the NSA of the Minaret program concluded that it was «disreputable if not outright illegal.»[170]
In 1971, his Fight of the Century with Frazier provided cover for an activist group, the Citizens' Commission to Investigate the FBI, to successfully pull off a burglary at an FBI office in Pennsylvania, which exposed the COINTELPRO operations that included illegal spying on activists involved with the civil rights and anti-war movements.
Все так и осталось, у меня в дипломе как раз значится «инженер-программист». При этой специализации есть чуть большее ориентирование на бизнес/производственные процессы, их анализ с целью автоматизации.
Ну вот и получаем, что либо сервис относится ко мне как к потенциальному вору (и не доверяет, и никаких возвратов, но и я у него не покупаю, ожидания же надо оправдывать), или не относится (и все счастливы).
Все правильно — вы развидеть не можете, даже если вам не понравилось. Товар употреблен, финита ля комедия. Если вы йогурт съели, но он вам не понравился — это ваша проблема; другое дело, если он был испорчен и непригоден к употреблению. Как это перенести на, скажем, кино?
Так система построена. Не знаю как было на Руси, и как при царе, но при Совке отправить Королёва в тюрьму — было нормой:
…
и ведь кто-то за его посадку не только не понёс наказания, но и получил звёздочки в петлицы.
А что не так?
Посадили его ЕМНИП за растрату и тут никакого значения то, что он впоследствии стал Тем Самым Королёвым, не имеет. Мухи отдельно, котлеты отдельно.
Вопрос/предложение немного не по теме: нельзя ли прикрутить к всплывающей плашке «не разрешается комментировать чаще чем раз в N» отметку, сколько осталось до конца N минут или сколько прошло времени с момента последнего комментирования?
Журнал изменений ведется в исходнике в виде комментариев о внесенных изменениях и причинах их внесения в заголовке исходника — и сюрприз — так было принято, когда никаких СКВ не было!
Именно — так было принято когда-то. Так же как — сюрприз! — было принято когда-то жить при свечах.
СКВ — это централизованный журнал. Индексированный, с возможностью поиска и наглядного сравнения. Комментарии по функциональности не стоят и близко — в СКВ я могу наглядно сравнить две версии side-by-side.
Не должны! Люди имеющие узкие знания в области сложных процессов не должны разбираться не с чьим кодом — это основной лозунг ВП.
А никто и не говорит про узко-специальные знания. Код не только из них состоит, значительная часть универсальна и перекрывается работниками. Пример — упомянутые выше библиотечные функции. Или обвязка какая-нибудь.
Инженеры пишут код только от безысходности, и это не есть нормально.
Программирование — это инженерная дисциплина. Так что программисты — тоже инженеры *глядит в свой диплом программиста — квалификация «инженер»*.
Когда я говорил выше про «инженеров, которые не могут понять код друг друга» я имел в виду инженеров-программистов, разумеется. Если кто-то иной пишет код, то он, кем бы он ни был, в это время выполняет работу инженера-программиста. А вот имеет ли он навыки для этого — вопрос.
От генерируемых сообщений в ваших модулях может зависеть сотни модулей, сотни других людей — вы не можете в одиночку сломать работающую систему, в двоем тоже, без очень веской на то причины…
ПО не вторично — методы его разработки зачастую вторичны и деструктивны…
Вот об этом я и говорю — вы относитесь к разработке ПО (методология сюда входит) как чему-то вторичному. Программирование — это отдельная сфера, отдельная дисциплина, требующая подготовки и актуальных профессиональных навыков. Но для инженеров-схемотехников это какая-то мелочь, которую можно делать на коленке, как-нибудь, устаревшими методами, которым можно придать надежность только жестко забюрократизировав и растянув тем самым разработку на более долгий срок. Методика разработки ПО совершенствуется, так же как и методы разработки электроники. Вряд ли кто-то возьмется сейчас проектировать крупный блок чисто на логической рассыпухе, руками на ватмане — методы поменялись, есть системы CAD, есть системы моделирования для виртуального тестирования работы устройства.
С программированием — то же самое. Методы изменились.
Вы говорите выше о «сломе модуля» — это решается сейчас элементарно. Каждый блок, имеющий спецификацию по входным-выходным данным, ожидаемой работе, покрывается тестами, проверяющими, работает ли программный блок в соответствии со спецификацией. Применяется Continous integration, что предполагает постоянное тестирование.
Скажем, у меня есть некоторый библиотечный модуль, в который я на работе вношу изменения. Каждые, скажем, 15 минут специальный демон берет актуальную копию кодовой базы, собирает ее и прогоняет тесты. Каждые 15 минут. Как только я «сломал» блок (он уже не отвечает заданной спецификации) максимум через 15 минут всем, втч мне придет e-mail, говорящий о том, что я — редиска — и сломал тесты.
При этом я могу либо поправиться, чтобы блок по-прежнему подходил под спецификацию, либо откатить изменения нажатием одной кнопки. Даже если это было изменение 100 разных файлов. И это все сохранится в истории. И человек, которому достанется мой код (когда, скажем, я уйду на пенсию) сможет легко разбираться в узких местах, опираясь на историю изменений и связанные с ней задачи в электронной системе отслеживания задач. Там же будут зафиксированы переговоры с коллегами по теме этой задачи, что даст контекст и так далее.
Никому не нужно, падающее глючное, жрущее 100мегабайт ОЗУ «тяп-ляп» из сотни версий, когда вы управляете ядерным реактором
Это софистика, даже комментировать не особо хочется. Вы зачем-то смешиваете современную методологию и некий конкретный плохой результат чьей-то работы. Пишите софт для управления ядерным реактором не жрущий 100 Мбт памяти просто так — кто ж за руки держит? Это не имеет никакого отношения к методологии. И так, на всякий случай, «версия» — это чисто внутреннее понятие, оно не соответствует релизной версии. Вы может разработать и выпустить одну-единственную версию своего встроенного ПО, на которую придется десять тысяч внутренних версий.
Эх, а как же:
Гуглить «автоведение» для наших метрополитенов. Обратите внимание на красной ветке на деревянные панели с канавками по ту сторону рельсов, например.
Есть система контроля дверей — поезд не поедет. И в метро, и на электричках есть. Многие из перерывов в движении, когда состав приходится утаскивать — из-за ложного срабатывания индикации незакрытых дверей, когда поезд сам не может уехать. Про лампочки уже писали — их там три на вагоне — контроль дверей, пневмотормоз и еще что-то.
Во-вторых, это уже будет другой шифр с другими характеристиками.
Интересно — если при повороте головы отчетливо ощущается (слышится) трение, этакий сухой скрежет и щелчки — это психологический эффект или проблема?
Ребят, ну нельзя ж так жирно и топорно. Такое послесловие смазывает всю статью.
Сказали, что диски ослабли, плюс шея постоянно перенапряжена из-за работы с компьютером сутками — отсюда все началось. А там и головокружения спонтанные до сих пор, шум в ушах, зрения сразу село и так далее. А самое печальное — почти год никто диагностировать даже и не пытался, все на стресс списывали.
может быть, у этих людей лучше, чем у вас, когнитивные способности? Или вы пытаетесь объять необъятное?
Может быть потому что в этой части света априори меньше известно о распилах и откатах там?
Сюда же все разговоры о доверии к спецслужбам.
Просто повод к рассуждению, ни на что не намекаю.
Все правильно — вы развидеть не можете, даже если вам не понравилось. Товар употреблен, финита ля комедия. Если вы йогурт съели, но он вам не понравился — это ваша проблема; другое дело, если он был испорчен и непригоден к употреблению. Как это перенести на, скажем, кино?
А что не так?
Посадили его ЕМНИП за растрату и тут никакого значения то, что он впоследствии стал Тем Самым Королёвым, не имеет. Мухи отдельно, котлеты отдельно.
Именно — так было принято когда-то. Так же как — сюрприз! — было принято когда-то жить при свечах.
СКВ — это централизованный журнал. Индексированный, с возможностью поиска и наглядного сравнения. Комментарии по функциональности не стоят и близко — в СКВ я могу наглядно сравнить две версии side-by-side.
А никто и не говорит про узко-специальные знания. Код не только из них состоит, значительная часть универсальна и перекрывается работниками. Пример — упомянутые выше библиотечные функции. Или обвязка какая-нибудь.
Программирование — это инженерная дисциплина. Так что программисты — тоже инженеры *глядит в свой диплом программиста — квалификация «инженер»*.
Когда я говорил выше про «инженеров, которые не могут понять код друг друга» я имел в виду инженеров-программистов, разумеется. Если кто-то иной пишет код, то он, кем бы он ни был, в это время выполняет работу инженера-программиста. А вот имеет ли он навыки для этого — вопрос.
Вот об этом я и говорю — вы относитесь к разработке ПО (методология сюда входит) как чему-то вторичному. Программирование — это отдельная сфера, отдельная дисциплина, требующая подготовки и актуальных профессиональных навыков. Но для инженеров-схемотехников это какая-то мелочь, которую можно делать на коленке, как-нибудь, устаревшими методами, которым можно придать надежность только жестко забюрократизировав и растянув тем самым разработку на более долгий срок. Методика разработки ПО совершенствуется, так же как и методы разработки электроники. Вряд ли кто-то возьмется сейчас проектировать крупный блок чисто на логической рассыпухе, руками на ватмане — методы поменялись, есть системы CAD, есть системы моделирования для виртуального тестирования работы устройства.
С программированием — то же самое. Методы изменились.
Вы говорите выше о «сломе модуля» — это решается сейчас элементарно. Каждый блок, имеющий спецификацию по входным-выходным данным, ожидаемой работе, покрывается тестами, проверяющими, работает ли программный блок в соответствии со спецификацией. Применяется Continous integration, что предполагает постоянное тестирование.
Скажем, у меня есть некоторый библиотечный модуль, в который я на работе вношу изменения. Каждые, скажем, 15 минут специальный демон берет актуальную копию кодовой базы, собирает ее и прогоняет тесты. Каждые 15 минут. Как только я «сломал» блок (он уже не отвечает заданной спецификации) максимум через 15 минут всем, втч мне придет e-mail, говорящий о том, что я — редиска — и сломал тесты.
При этом я могу либо поправиться, чтобы блок по-прежнему подходил под спецификацию, либо откатить изменения нажатием одной кнопки. Даже если это было изменение 100 разных файлов. И это все сохранится в истории. И человек, которому достанется мой код (когда, скажем, я уйду на пенсию) сможет легко разбираться в узких местах, опираясь на историю изменений и связанные с ней задачи в электронной системе отслеживания задач. Там же будут зафиксированы переговоры с коллегами по теме этой задачи, что даст контекст и так далее.
Это софистика, даже комментировать не особо хочется. Вы зачем-то смешиваете современную методологию и некий конкретный плохой результат чьей-то работы. Пишите софт для управления ядерным реактором не жрущий 100 Мбт памяти просто так — кто ж за руки держит? Это не имеет никакого отношения к методологии. И так, на всякий случай, «версия» — это чисто внутреннее понятие, оно не соответствует релизной версии. Вы может разработать и выпустить одну-единственную версию своего встроенного ПО, на которую придется десять тысяч внутренних версий.