можно просто продаться зарубежному издателю, а производство и дистрибуцию они возьмут на себя
Ну так тот же вопрос, вид сбоку: они просто напечатают и развезут в розничные сети? С точки зрения продаж на «Амазоне», скажем, издательство только бренд обеспечивает?
Кстати, такой вопрос. Я периодически задумываюсь снова чего-нибудь сочинить, и опять на поверхность выходит эта тема: заморачиваться ли с издателем или просто выложить «куда-нибудь». Раньше, понятное дело, вопрос так не стоял. Сейчас уже ситуация мене однозначная. Грубо говоря, что конкретно делает для меня издатель за тот конский процент, который ему в итоге отходит?
Я понимаю, что на поверхности лежит «сбыт» в виде отгрузки книжек в оффлайновые магазины. Насколько это актуально для компьютерной литературы — вопрос открытый. Далее, понятно, что каталоги известных издательств читают в других странах, например, и это шорт-лист на перевод. Насколько это существенный момент — тоже неясно. Также понятно, что известный бренд — это имя, на него читатель ориентируется.
А что ещё? Как издательство, собственно, осуществляет маркетинг книги? Почему моя книга не окажется на дне рейтинга «Амазона», если её выложит на Амазон издатель, а не я сам? Какой вклад ещё можно ожидать на сегодняшний день?
Для меня TeX — это мука. Приходится периодически иметь дело. Листинг набрать — морока, постоянно что-то куда-то вылезает и т.п. Ну то есть я признаю, что для читателя итоговый вариант выглядит очень хорошо, но для автора всё это даётся большой кровью: фактически я вынужден работать верстальщиком и думать, вылезет ли очередной URL за правый край листа или всё-таки влезет, ну или нормально будет смотреться такая-то строка, или в ней сплошь длинные слова и пробелы начинают бросаться в глаза.
Ладно, когда пишем научные статьи — тут как бы каждый сам за себя. Но если я работаю с коммерческим издательством, то хочу набирать в WYSIWYG интерфейсе, а издатель уже сам пусть мурыжится, чтобы в итоговой вёрстке формулы смотрелись красиво и абзацы расставлялись правильно.
Автору привет — сам в первой половине 2000-х имел дело и с «Питером», и с «БХВ», да и в разговорах периодически имя всплывало, хотя лично как-то пересечься не довелось. Пока только имею круг общих знакомых :)
По теме — мне показалось, что что-то пошло совсем не так, когда переводные книги стали в России стоить дороже оригиналов. Наверно, году в 2006 или около того. Ну то есть действительно стало проще и дешевле заказать с Амазона оригинал, а не мыкаться по магазинам, тем более, что уже тогда вменяемый ценник был только в фирменных точках вроде «Новой технической книги» на Измайловском, ну или на «Крупе», если хватало энергии туда добраться.
Какое-то время слабый интерес к нашему книгоиздательству у меня вызывали отдельные отечественные авторы — понятно, что РФ не центр мира и не законодатель мод, но всё-таки попадались люди со свежим взглядом или интересной подачей. Ну и отдельные издатели типа УРСС или МИФ могли чего-нибудь нестандартное напечатать.
А сейчас даже не только с точки зрения автора, но и читателя стало как-то совсем грустно. В технических издательствах либо начальный/пользовательский уровень, либо учебники для студентов. А мне это уже просто не очень интересно; если же брать профессиональную литературу — там почти сплошь переводы, т.е., видимо, логика такая: «заплати, если английского не знаешь». Может, я выпал из повестки и уже не в курсе, но почему-то в прошлом гораздо чаще, чем теперь, попадались на глаза новые русскоязычные книги.
Собственно, никто и никогда не отрицал того очевидного факта, что обучение, построенное на той или иной форме игры, работает лучше. Ну тоже мне открытие Америки: это понимание существовало на протяжении сотен, если не тысяч лет, наверно. Проблема в том, что реализовать эту программу для заданного списка конкретных учебных целей крайне сложно, ну и люди разные — что заводит одного, оставляет равнодушным другого. Короче говоря, дьявол в деталях, а так всё понятно.
Интегрировать игровые возможности и школьный контент — это задача ближайшего будущего. Такими вещами интересуются гиганты индустрии.
Почитайте публикации тридцатилетней давности — там ровно те же слова. К сожалению, геймификация обучения — крайне сложная штука, и в ней имеются очень трудноразрешимые проблемы. Например, вы можете геймифицировать отдельную тему предмета, например, решение линейных уравнений, но попробуйте геймифицировать весь курс школьной математики. Поэтому-то все примеры — это островки успеха в море традиционного образования, где существует масса объективно неинтересных целей (вроде зазубривания таблицы умножения). Есть ещё, например, проблема обратного переноса: когда в игре вроде бы всё выучили и поняли, а на экзамене всё равно ответить не могут. Я не очень глубоко эту тему копал, но достаточно, чтобы понять, какие сады подводных камней там открываются.
Журналы, как правило, берут деньги либо с тех, либо с других в зависимости от способа монетизации (но не с тех и других одновременно). Концентрация в руках небольшого количества издателей на мой взгляд не особо связана с конкуренцией: издатель — это просто владелец, который занимается маркетингом, таргетированием и всякого рода делопроизводством. У каждого журнала отдельная независимая редакция, которая в конечном итоге и создаёт его успешность. А успешность, она же репутация, и есть прибавочная стоимость.
При этом ваши пожелания никак не противоречат сложившейся практике. В любом российском университете есть, например, какой-нибудь журнал вида «Вестник университета такого-то», и никто не мешает этот журнал развивать, пиарить и т.п. Ну и создавать объединённые межуниверситетские журналы, если угодно. Проблема в том, что почему-то у таких журналов не получается добиться того престижа, который есть у топовых изданий. Если ваше предложение состоит в том, что «надо лучше стараться» — ну так кто ж против, чем больше хороших журналов, тем лучше. Правда, я как сотрудник университета лично не готов заниматься такой работой, мне это не очень интересно. Но люди разные, конечно.
Если вкратце, то хорошие журналы — это при всех перекосах и издержках частный бизнес, который умеет привлекать людей и зарабатывать деньги. А сделать «хорошую научную википедию» — это как «государственный поисковик 'спутник'». Оно только кажется простой задачей, а на практике там дьявол в деталях. Обычный нормальный журнал, коих тысячи — это бизнес, который так или иначе ухитряется выживать в высококонкурентной среде (не будем брать в расчёт сливки типа Nature и откровенный мусор), а это совсем непросто.
Я думаю, что задача «сторожить стерегущего» не самая актуальная. Всегда будут те, кто шлёпает формы по любви и те, кто делает это за деньги — это нормально. Проблема исключительно в пропорции первых и вторых.
В соседних темах обсуждали мировые проблемы науки — ну там вся эта культура publish or perish, недостатки текущих научных журналов и т.п. Но в рамках нынешней дискуссии очевидно, что всё-таки проблемы Индии, ЮАР или России несравнимы с ситуацией в Европе или США. Но ведь и в Европе/США есть свои карьеристы, просто их в процентах меньше, и наша задача — понять, почему так.
Выскажу очевидное соображение, что в целом работа учёного в Индии и т.п. странах недостаточно привлекательна, вот и попадают в систему не лучшие кадры. Кроме того, рабочий процесс организован не слишком удачно, и у людей нет объективной возможности заниматься наукой. Ну, например, от них требуют преподавания по полной программе, а потом (ночью, видимо) делать исследования и статьи писать.
Собственно, главный вывод заметки приведён в самом конце — занятие наукой должно идти от души, причём это касается как самих учёных, так и окружающего общества и руководства. Основной объём текста тут посвящён проблеме градусника: как одни пытаются заставить его показывать что хочется, другие — ликвидировать дыры в инструкции, а третьи продают за деньги «патченные» градусники, на которых всегда всё прекрасно.
Я не вижу проблем в том, что есть учёные-карьеристы, которых заботит в первую очередь свой послужной список. И даже не особенно меня раздражают мусорные журналы. Основной вопрос в том, какие люди попадают в систему, и в чём их мотивация. Ну вот сколько раз на хабре встречается одна и та же фраза в стиле «ушёл из этой фирмы; платили неплохо, но проект был неинтересный». То есть имеется некое общее понимание, что не деньгами и не карьерой единой жив человек.
Здесь то же самое: если изначально должность в университете хорошо оплачивается, на неё конкурс, а руководство не грузит излишним преподаванием и всякого рода бюрократией, то любой нормальный человек, попавший в систему, при прочих равных условиях будет выбирать темы поинтереснее и журналы попрестижнее. Ну потому что может. В США не потому меньше процент «мусорных» публикаций, что их за это как-то накажут, а потому что у американского профессора примерно ноль причин (как внутренних, так и навязынных сверху) посылать свои труды в такие места.
Соответственно, бить по рукам за плагиат или мусор смысл есть, но куда важнее понять причину, почему так вообще происходит. То ли люди попадают в систему не те, то ли занимаются они не тем, чем нужно, то ли спрашивают с них не то, что надо было бы.
Да для обоих продуктов верно. QuickBasic же по умолчанию работал аналогично QBasic, а компилятор надо было отдельно вызывать из меню, и там ещё какие-то настройки были, насколько помню. То есть по факту он использовался только когда надо было готовую программу упаковать и кому-то передать.
Вот о том, и речь, что все разговоры о «васях», «петях» и тому подобных вещах — это всё анекдоты из частной жизни. Человек идёт в вуз, потому что хочет по той или иной причине получить высшее образование, а если вас интересует устройство людей в жизни «en masse», то надо оперировать статистикой, а не отдельными эпизодами.
А по поводу мысленного эксперимента — вы выдираете фразу из контекста. Я ратую за то, чтобы курсы в вузе были по выбору, но общее минимальное количество часов/кредитов/как-угодно-назовите должно выдерживаться, конечно. Вуз не может предлагать 30 курсов «разработка игр на Юнити». Но он может предложить 30 разных курсов, из которых студент должен выбрать, скажем, 15 для себя. То есть это некий ограниченный выбор, при котором образование в целом получается, но не приходится брать то, что заведомо не нужно или не удаётся.
Оперативная память ограничена по определению, потому что в мозге ограниченное количество нейронов, это как бы очевидно. Проблема в том, что «волшебное число» Миллера на практике часто используется как некое эвристическое правило (типа «достигли семи объектов — делаем с этим что-нибудь»), а это неверно. Иными словами, тут даётся некий посыл «пляшем от семи», а это не очень хороший совет, на мой взгляд.
Я не совсем понимаю, почему слово chiptune должно означать «малый размер». Это как чипсы картофельные или тому подобные «щепки» что ли? Chip = микросхема — это я понимаю.
Закон Миллера, я думаю, тут напрасно прицеплен — сами же пишете, что шахматист может играть вслепую, как же это в соседних абзацах сочетается? Мало того, что он помнит расположение десятков фигур, так ещё и продумывает тактику.
У Миллера, если не ошибаюсь, речь идёт о случайной выборке несвязанных объектов, но в реальной жизни мы не оперируем ими. Мы всё же размышляем в рамках одной темы, где линии как-то связаны.
Всё сказанное, конечно, не отменяет верности общего посыла — записывать полезно.
Мне кажется, это крайне зыбкая идея, построенная на идиосинкразиях конкретного интерпретатора/компилятора. Например, доброй памяти QuickBasic моей юности проверял каждую строку прямо при вводе, хотя представлял собой классическую интерпретируемую среду. Более того, существовали рядом компиляторы бейсика.
Короче говоря, наверно, разумно обсуждать не язык, а конкретный пакет (интерпретатор/компилятор), и уже вдаваться в детали его работы — что именно он делает и как. Особенно с тех пор как появилась jit-компиляция и тому подобные вещи.
Да, не в РФ. Но ключевое слово — «курс по выбору», потому что с обязательными везде одна и та же морока: «мне оно не надо, но администрация требует». Поэтому я всегда и везде за повышение количества предметов по выбору.
Да, классические алгоритмы — это головная боль. Мало того, что они единообразны, так ещё и куча реализаций в открытом доступе. К счастью, я этот предмет не преподаю, иначе пришлось бы придумывать какие-нибудь дополнительные условия, усложнения и т.п. Не обдумывал детали, сложная тема.
Ну так тот же вопрос, вид сбоку: они просто напечатают и развезут в розничные сети? С точки зрения продаж на «Амазоне», скажем, издательство только бренд обеспечивает?
Я понимаю, что на поверхности лежит «сбыт» в виде отгрузки книжек в оффлайновые магазины. Насколько это актуально для компьютерной литературы — вопрос открытый. Далее, понятно, что каталоги известных издательств читают в других странах, например, и это шорт-лист на перевод. Насколько это существенный момент — тоже неясно. Также понятно, что известный бренд — это имя, на него читатель ориентируется.
А что ещё? Как издательство, собственно, осуществляет маркетинг книги? Почему моя книга не окажется на дне рейтинга «Амазона», если её выложит на Амазон издатель, а не я сам? Какой вклад ещё можно ожидать на сегодняшний день?
Ладно, когда пишем научные статьи — тут как бы каждый сам за себя. Но если я работаю с коммерческим издательством, то хочу набирать в WYSIWYG интерфейсе, а издатель уже сам пусть мурыжится, чтобы в итоговой вёрстке формулы смотрелись красиво и абзацы расставлялись правильно.
По теме — мне показалось, что что-то пошло совсем не так, когда переводные книги стали в России стоить дороже оригиналов. Наверно, году в 2006 или около того. Ну то есть действительно стало проще и дешевле заказать с Амазона оригинал, а не мыкаться по магазинам, тем более, что уже тогда вменяемый ценник был только в фирменных точках вроде «Новой технической книги» на Измайловском, ну или на «Крупе», если хватало энергии туда добраться.
Какое-то время слабый интерес к нашему книгоиздательству у меня вызывали отдельные отечественные авторы — понятно, что РФ не центр мира и не законодатель мод, но всё-таки попадались люди со свежим взглядом или интересной подачей. Ну и отдельные издатели типа УРСС или МИФ могли чего-нибудь нестандартное напечатать.
А сейчас даже не только с точки зрения автора, но и читателя стало как-то совсем грустно. В технических издательствах либо начальный/пользовательский уровень, либо учебники для студентов. А мне это уже просто не очень интересно; если же брать профессиональную литературу — там почти сплошь переводы, т.е., видимо, логика такая: «заплати, если английского не знаешь». Может, я выпал из повестки и уже не в курсе, но почему-то в прошлом гораздо чаще, чем теперь, попадались на глаза новые русскоязычные книги.
Почитайте публикации тридцатилетней давности — там ровно те же слова. К сожалению, геймификация обучения — крайне сложная штука, и в ней имеются очень трудноразрешимые проблемы. Например, вы можете геймифицировать отдельную тему предмета, например, решение линейных уравнений, но попробуйте геймифицировать весь курс школьной математики. Поэтому-то все примеры — это островки успеха в море традиционного образования, где существует масса объективно неинтересных целей (вроде зазубривания таблицы умножения). Есть ещё, например, проблема обратного переноса: когда в игре вроде бы всё выучили и поняли, а на экзамене всё равно ответить не могут. Я не очень глубоко эту тему копал, но достаточно, чтобы понять, какие сады подводных камней там открываются.
При этом ваши пожелания никак не противоречат сложившейся практике. В любом российском университете есть, например, какой-нибудь журнал вида «Вестник университета такого-то», и никто не мешает этот журнал развивать, пиарить и т.п. Ну и создавать объединённые межуниверситетские журналы, если угодно. Проблема в том, что почему-то у таких журналов не получается добиться того престижа, который есть у топовых изданий. Если ваше предложение состоит в том, что «надо лучше стараться» — ну так кто ж против, чем больше хороших журналов, тем лучше. Правда, я как сотрудник университета лично не готов заниматься такой работой, мне это не очень интересно. Но люди разные, конечно.
В соседних темах обсуждали мировые проблемы науки — ну там вся эта культура publish or perish, недостатки текущих научных журналов и т.п. Но в рамках нынешней дискуссии очевидно, что всё-таки проблемы Индии, ЮАР или России несравнимы с ситуацией в Европе или США. Но ведь и в Европе/США есть свои карьеристы, просто их в процентах меньше, и наша задача — понять, почему так.
Выскажу очевидное соображение, что в целом работа учёного в Индии и т.п. странах недостаточно привлекательна, вот и попадают в систему не лучшие кадры. Кроме того, рабочий процесс организован не слишком удачно, и у людей нет объективной возможности заниматься наукой. Ну, например, от них требуют преподавания по полной программе, а потом (ночью, видимо) делать исследования и статьи писать.
Я не вижу проблем в том, что есть учёные-карьеристы, которых заботит в первую очередь свой послужной список. И даже не особенно меня раздражают мусорные журналы. Основной вопрос в том, какие люди попадают в систему, и в чём их мотивация. Ну вот сколько раз на хабре встречается одна и та же фраза в стиле «ушёл из этой фирмы; платили неплохо, но проект был неинтересный». То есть имеется некое общее понимание, что не деньгами и не карьерой единой жив человек.
Здесь то же самое: если изначально должность в университете хорошо оплачивается, на неё конкурс, а руководство не грузит излишним преподаванием и всякого рода бюрократией, то любой нормальный человек, попавший в систему, при прочих равных условиях будет выбирать темы поинтереснее и журналы попрестижнее. Ну потому что может. В США не потому меньше процент «мусорных» публикаций, что их за это как-то накажут, а потому что у американского профессора примерно ноль причин (как внутренних, так и навязынных сверху) посылать свои труды в такие места.
Соответственно, бить по рукам за плагиат или мусор смысл есть, но куда важнее понять причину, почему так вообще происходит. То ли люди попадают в систему не те, то ли занимаются они не тем, чем нужно, то ли спрашивают с них не то, что надо было бы.
А по поводу мысленного эксперимента — вы выдираете фразу из контекста. Я ратую за то, чтобы курсы в вузе были по выбору, но общее минимальное количество часов/кредитов/как-угодно-назовите должно выдерживаться, конечно. Вуз не может предлагать 30 курсов «разработка игр на Юнити». Но он может предложить 30 разных курсов, из которых студент должен выбрать, скажем, 15 для себя. То есть это некий ограниченный выбор, при котором образование в целом получается, но не приходится брать то, что заведомо не нужно или не удаётся.
Так что с вашей фразой «малый размер в самом названии не подразумевается» я согласен, и в этом как раз претензия к исходному тексту.
Чиптюн называется так потому что в нем звук генерирует в реальном времени аудиочип, причём тут малый размер — совершенно неясно.
Закон Миллера, я думаю, тут напрасно прицеплен — сами же пишете, что шахматист может играть вслепую, как же это в соседних абзацах сочетается? Мало того, что он помнит расположение десятков фигур, так ещё и продумывает тактику.
У Миллера, если не ошибаюсь, речь идёт о случайной выборке несвязанных объектов, но в реальной жизни мы не оперируем ими. Мы всё же размышляем в рамках одной темы, где линии как-то связаны.
Всё сказанное, конечно, не отменяет верности общего посыла — записывать полезно.
Короче говоря, наверно, разумно обсуждать не язык, а конкретный пакет (интерпретатор/компилятор), и уже вдаваться в детали его работы — что именно он делает и как. Особенно с тех пор как появилась jit-компиляция и тому подобные вещи.
— Джава?
— Интерпретатор, потому что байт-код!
— А если процессор выполняет этот байт-код нативно?
Да, классические алгоритмы — это головная боль. Мало того, что они единообразны, так ещё и куча реализаций в открытом доступе. К счастью, я этот предмет не преподаю, иначе пришлось бы придумывать какие-нибудь дополнительные условия, усложнения и т.п. Не обдумывал детали, сложная тема.