Урбанизм

Приветствую, уважаемые читатели.

Ранее я публиковал на Хабре статью «Пещерные астронавты. Предыстория освоения внеземных лавовых трубок». Будет удивительно, если и освоение Марса начнётся с пещерного века, уже пережитого нашими предками на Земле. Впоследствии эта тема натолкнула меня на поиски и находки, подсказывающие, что современные города неплохо приспособлены к подземному расширению, и дело не ограничивается разветвлёнными хорошо проветриваемыми метрополитенами. Примерно с начала XXI века разрабатываются дизайнерские, полуфантастические и вполне утилитарные проекты подземных городов, а первые образцы «человеческих муравейников» известны со времён расцвета Византийской империи. Ниже расскажу о некоторых общих чертах современной подземной урбанистики, основным двигателем развития которой сейчас стали глобальные изменения климата.

С середины 1950-х и вплоть до конца 1970-х годов тысячи молодых людей из западных стран отправлялись по одному и тому же маршруту: из Америки и Западной Европы через Балканы, Турцию, Иран и Афганистан в Индию, Непал и ещё дальше — в Таиланд.

Этот маршрут стал символом целой эпохи: эпохи свободной любви, лёгкого доступа к веществам, дешёвых авиабилетов (нет, это не рекламная интеграция) и духовных поисков целого поколения.Что это были за люди? Куда и зачем они ехали? Где останавливались по пути? С какими опасностями сталкивались? Как маршрут менял людей, и как люди меняли маршрут? Ну и, наконец, что они находили в конце долгого пути?

Поговорим про тропу хиппи.

Привет, Хабр! Меня зовут Дмитрий Смагин, я руководитель продукта информационного моделирования в команде девелопера ПИК. В этой статье хочу рассказать про наш опыт работы над интерфейсами B2B-продукта, про ожидания и обратную связь от внутренних корпоративных пользователей и о том, почему важно далеко не всегда опираться только на метрики.

В команде ПИК я отвечаю за продукт для конструктивного направления. Это одно из трех ключевых направлений проектирования строительства, наряду с архитектурным и инженерным. 

Конструктивное направление отвечает за все, что связано с бетоном и монолитом: фундаменты, опалубка, сваи, арматура. На примере продукта для пользователей-сотрудников данного направления мы и разберем, как менеджеру продукта работать с интерфейсами в сфере B2B.

К 1967 году волгоградцы уже успели подзабыть ужасы войны, но однажды эхо Сталинградской битвы их догнало — над мирным городом разнёсся жуткий грохот. Виновницу загадочной канонады нашли быстро: на Мамаевом кургане как раз достроили, ещё не успев официально открыть, памятник «Родина-мать зовёт!» Неужели жителям теперь придётся вечно слушать этот «хеви-метал»?!

В прохладе лондонской весенней ночи, под пасмурным небом, вокруг меня раскрывается знаменитая Трафальгарская площадь. Адмирал Нельсон возвышается на своём пьедестале, за его спиной — Национальная галерея, а неподалёку — церковь Св. Мартина-ин-зе-Филдс. С XIII века это место служило королевскими конюшнями для соколов, а затем — для лошадей. К 1844 году оно стало общественным пространством в самом сердце одного из крупнейших городов мира. 

Несмотря на то что эта площадь была свидетельницей столь грандиозных исторических событий, я здесь не ради этого. Меня интересует гораздо более конкретный вопрос: я хочу выяснить, что происходит с подобными местами, когда в них проникает искусственное освещение, в частности, от светодиодов (LED). Сегодня вечером моим спутником является Саймон Торп, местный дизайнер по освещению, который, держа в руке экспонометр, притаился в тени у шпиля памятника Нельсону. «Два люкса, — сообщает он, — и здесь очень уютно». Два люкса — это в 10–20 раз больше освещённости, чем при полной луне. Мы хорошо видим друг друга, а расположенная поблизости табличка уверяет нас, что в целях безопасности здесь работает система видеонаблюдения (CCTV). 

Западный Берлин, 1987-й год.

Уже 26 лет город живёт, обнесённый стеной, и ждёт, что её вот-вот проломят советские танки.

Это сформировало в городе уникальную атмосферу и сделало его культурной столицей андеграунда: художники едут, чтобы рисовать на стене граффити, музыканты - чтобы записывать новые альбомы и выступать в местных клубах.

А ещё тысячи людей едут сюда просто чтобы потусить в клубах, которые не закрываются всю ночь, и увидеть на расстоянии вытянутой руки своих кумиров.

Давайте посмотрим, как жил и развлекался город, который знал, что завтра может не наступить.

Привет, Хабр! Меня зовут Зайцев Александр, я — руководитель продукта в ПИК. Сегодня расскажу, для чего мы в Family Manager реализовали функционал «Синхронизация параметров».

В процессе развития продукта Family Manager команда разработки неоднократно сталкивалась с одной и той же болевой точкой пользователей: библиотека семейств живет своей жизнью, а требования к элементам модели меняются быстрее, чем успевают выходить новые версии компонентов. Заказчик уточняет технические характеристики, экспертиза запрашивает дополнительные атрибуты, нормативная база обновляется — и все это требует немедленного отражения в проекте. Традиционный путь — правка файлов семейств, создание новых версий и внесение обновлений — оказывается слишком медленным, особенно когда проект уже на финишной прямой.

Именно для таких ситуаций в Family Manager реализовали функционал «Синхронизация параметров». Его главная задача — дать возможность быстро реагировать на изменение требований, не дожидаясь полноценного обновления библиотеки, и при этом свести к минимуму трудозатраты как BIM-координаторов, так и проектировщиков.

Ещё недавно карта навигатора отвечала на вопрос, где находится ближайшая заправка. Теперь она должна уточнить, есть ли там бензин, сколько машин приехало раньше вас и не устарела ли эта новость, пока вы её читали. Посмотрим, как банки, картографические системы и народные сообщества превратили поиск топлива в целый квест, сделав каждого из нас целым аналитиком

Наверное, каждый горожанин иногда мечтает бросить суету — и уехать куда-нибудь подальше от людей, в лес или на остров. Жизнь вне цивилизации в идеале выглядит примерно так:

1. Дом с независимой энергетической установкой на солнечных панелях или возобновляемом топливе.
2. Компьютер с полным комплектом информации.
3. Набор инструментов, медикаментов и др.
4. Запас еды с длительным сроком хранения (десятилетия).

Девелопмент — это динамичная и меняющаяся среда, несмотря на довольно строгий внешний образ.

Со 2 апреля 2026 года при подаче на согласование архитектурно-градостроительных решений (АГР) объектов капитального строительства в Московскую городскую экспертизу (МГЭ) обязательно предоставление цифровой информационной модели (ЦИМ АГР) в формате IFC, соответствующем машиночитаемым требованиям в формате IDS.

Во многих компаниях строительной отрасли в этом году обсуждают, что BIMы (сотрудники BIM-команд) стали тратить часы на итерации: нужно было выгрузить модель, проверить, исправить и снова выгрузить. В этой статье расскажем, как в ПИК сократили время подготовки и научили систему проверять соответствие требованиям IDS еще на этапе проектирования — без единой выгрузки в IFC. Опытом поделятся Максим Курбатов, руководитель продукта BIM Inspector в ПИК Digital, и Авенир Барышев, координатор по технологиям цифрового моделирования в ПИК.

Представьте: 1978-й год, декабрь. Вы в клубе. Играет песня Stayin’ Alive. Вечеринка в самом разгаре.

Мужчины носят модные брюки клёш и яркие шёлковые рубашки с удлиннёнными воротниками; женщины — короткие цветные платья. Они танцуют, пьют коктейли, знакомятся и флиртуют.

Глядя на это со стороны можно было бы легко подумать, что вы где-нибудь в Лондоне, Париже или Нью-Йорке, но нет — этот клуб находится в столице Ирана...

Месяц назад мы переехали из старого дома с садом в высотку-новостройку. Настолько "ново-", что стройка (отделка квартир застройщиком) еще продолжается. С точки зрения локальной экологии это значит, что местная экосистема только формируется. Обычно термин "сукцессия" применяют к ситуациям восстановления после катастроф, в частности, лесных пожаров. Но его вполне легитимно приложить и к ситуации формирования экосистемы в новосозданном [антропогенном] ландшафте. Вот как в доме в целом и квартире в частности. Интересно это наблюдать в процессе.

История о том, как я стал туалетным сомелье Минска и создал карту всех местных уборных с расписанием, рейтингом и компасом.

Проблема: 20+ проектировщиков наружных сетей связи при оформлении тома рабочей документации НСС (наружных сетей связи) тратили несколько дней на ручное черчение продольных профилей сети с выявлением коллизий с другими наружными сетями и на ручное вычисление всех необходимых позиций спецификации оборудования и материалов по данному разделу.

Решение: внедрение технологии информационного моделирования наружных сетей связи, позволяющее с помощью создания 3D-модели наружных сетей связи генерировать продольные профили сети и спецификацию из нее за несколько часов, устраняя коллизии с другими сетями (водоснабжение, водоотведение, электроснабжение, освещение, тепловая сеть) в автоматизированном режиме. 

Результат: время получения основных графических данных рабочей документации по наружным сетям связи в среднем по рядовому тому рабочей документации сократилось с нескольких дней до нескольких часов, риск допуска ручных ошибок свелся до нуля, адаптация проектировщиков для применения данной технологии  —  3-5 дней. 

Привет, Хабр! Меня зовут Рудольф Караджаян, я — руководитель проекта внедрения и развития технологий информационного моделирования наружных внутриплощадочных сетей в ПИК Digital. Сегодня расскажу, как мы решили одну из непростых задач в BIM-автоматизации — помогли перейти проектировщикам наружных сетей связи на технологию информационного моделирования, при этом сэкономив часы рутинного и монотонного труда и снизив риск ошибки до нуля.

Берлин, 1927-й год.

Улицы сияют неоном, танцевальные залы забиты людьми, а писатели, художники, музыканты и режиссёры создают работы, которым предстоит войти в историю.

Двадцатые вовсю ревут, до Великой Депрессии ещё два года, а НСДАП и Гитлер - маргиналы, далёкие от политического мейнстрима.

Симптомы надвигающейся катастрофы уже видны, но Берлин не хочет их замечать. Он танцует на вулкане, не зная, сколько ещё времени осталось до извержения.

Давайте посмотрим на это своими глазами.

В контексте роботизации городов обычно обсуждают энергоэффективность, полностью беспилотное движение и автономные сады. Но в реальном мире проблемы всплывают совсем в других плоскостях.

Роботы-доставщики уже стали привычной частью городского пейзажа. В Лос-Анджелесе по улицам одновременно ездят сотни автономных курьеров компаний Serve Robotics и Coco Robotics. Они развозят еду, объезжают прохожих, стоят на светофорах и даже просят людей нажать кнопку перехода, поскольку сами этого сделать не могут. И чем больше их становится, тем чаще возникает вопрос: а кто при этом должен иметь приоритет на тротуаре? Неужели все это роботизированное братство двигает человека с его позиции «владельца города»?

Чтобы понять, почему обычный робот-доставщик внезапно стал проблемой для мегаполиса, придется сделать небольшой экскурс в историю городского планирования. 

Посмотрите в окно. Видите три дерева?

Это первый вопрос теста «3-30-300» — стандарта, который стал основным инструментом для решения универсальной городской проблемы: достаточно ли в этом городе деревьев и расположены ли они в нужных местах?

Тест «3-30-300» прост. Из каждого дома, школы и офиса должен открываться вид как минимум на три дерева, здание должно находиться в районе с 30% озеленением и в пределах 300 метров от парка.

Предложенное всего несколько лет назад Сесилом Койненендейком, это правило быстро распространилось. Итальянский город Флоренция взял на себя обязательство посадить 50 000 деревьев к 2030 году в рамках этой концепции. Город Форт-Коллинз в штате Колорадо включил его в качестве официальной цели в свои планы развития. Его примеру последовали города от Харлема в Нидерландах до Саанича в Британской Колумбии.

Его популярность вполне объяснима: «3-30-300» — это запоминающийся и простой критерий, устанавливающий чёткий ориентир для оценки равного доступа к природе.

Запускаем большой проект? Значит, берём SOLID. Мы не раз слышали это от CPO и менеджеров продукта. О нём, кажется, знают все — и все хотят применить. Но он не спасёт масштабные проекты. Например, устойчивый умный город с решениями на основе машинного зрения на одном SOLID не построить. По канонам SOLID можно писать аккуратный код, но это не создаст архитектуру всей системы. Что на самом деле работает — подобранный под бизнес-цели набор инструментов, направленный на защиту ядра приложения.

В статье — кейс Сергея Францишкова, начальника отдела разработки «Фалькон Тех», о рабочих решениях для крупной архитектуры и внедрении GRASP + Clean Architecture.

Привет, Хабр! Я – Александра Быстрова, менеджер продукта Lenta Tech («Группа Лента»). Эта статья — рассказ о том, как внутри крупного продуктового ретейлера зарождался, развивался и трансформировался геомаркетинг. Мы начинали с PowerPoint и полевых выездов, а пришли к собственному геопорталу с ML-моделями прогнозирования. По дороге набили немало шишек, о некоторых из них тоже расскажу.

Маркетинг российских городов и регионов для меня остаётся глубочайшей загадкой. Многие города уже понимают, что нужно активнее включаться в продвижение, использовать современные инструменты, чтобы привлекать туристов и развивать экономику. Но почему-то если и начинают что-то делать, то крайне неактивно и несистемно.

В этой статье я обрисую стратегию продвижения любого российского города на примере Рязани.