Физика

Реальность — это конечная сеть графа и почему С. Вольфрам не прав.
Дискуссии о дискретности пространства-времени обычно крутятся вокруг петлевой квантовой гравитации или цифровой физики Стивена Вольфрама. Однако в тени этих гигантов развивается программа Quantumograph (Testable Quantum Graph Theory of Spacetime, TQGT). В последних препринтах (включая дополнения к v14) автор предлагает радикальную, жестко детерминированную модель, которая не просто заменяет гладкий континуум дискретной решеткой, но и математически закрывает вопросы онтологического хаоса, информационного парадокса и вычислительной неприводимости.

Давайте разберем, как устроен этот квантовый автомат, почему в нем нет места Большому взрыву, началу мира и почему Стивен Вольфрам, с точки зрения этой теории, оказался неправ.

Петлевая квантовая гравитация (ПКГ), теория струн и большинство современных программ квантовой гравитации работают сверху вниз: берётся известная физика (общая теория относительности, Стандартная модель) и квантуется, дробится, переформулируется. Исходная точка -непрерывный континуум, который затем дискретизируется как приближение или регуляризация.

Quantumograph изначально и оригинально работает наоборот «снизу вверх»:

• Исходная точка -конечный граф на решётке Z⁴. Никакого континуума нет и никогда не было и он не квантуется, он возникает как эффективное описание на больших масштабах.

• Метрика, поля, геометрия Эйнштейна это всё эмерджентные явления, выводимые из спектральных свойств лапласиана графа. Они не постулируются, а доказываются как предельные случаи.

• Квантовая механика не надстраивается над классической физикой — она встроена в архитектуру с самого начала: степени свободы узлов суть кубиты. Эволюция это унитарный оператор.

Это означает, что Quantumograph не является очередной попыткой квантовать гравитацию. Это попытка показать, что и гравитация, и квантовая механика, и пространство-время это разные грани одного и того же объекта: конечного квантового графа.

2. Онтология графа: Забудьте про Большой взрыв

В классической общей теории относительности (ОТО) Вселенная начинается из сингулярности — абстрактной точки с бесконечной плотностью, где ломаются все законы физики. Quantumograph решает эту проблему радикально: никаких непрерывных пространств и бесконечностей не существует в принципе.

Фундаментом мира провозглашается конечный квантовый граф на решётке Z⁴ с кубитными степенями свободы. Т. е. четырёхмерный гиперкубический тор с периодическими граничными условиями. Узлы (кубиты) суть элементарные кванты пространства-времени, рёбра это связи квантовой запутанности. Все привычные нам континуальные понятия — метрика, физические поля, геометрия Эйнштейна — являются строго эмерджентными, то есть возникают лишь как приближение на макроскопических масштабах.

Эмерджентность здесь не метафора, а теорема: автор доказывает через Γ-конвергенцию (метод функционального анализа), что дискретное действие на графе в непрерывном пределе точно переходит в действие Янга-Миллса, а затем в действие Эйнштейна-Гильберта. Континуальная физика получается как предельный случай, а не постулируется.

Отсюда следует принципиально иной взгляд на космогенез:

Время как спектр: В теории действует жесткий постулат: время и спектр это эквивалентные понятия, описываемые на разных языках. Нет внешней «временной шкалы», на которой можно отметить точку «ноль» и спросить, что было до нее.

Большой взрыв без взрыва: То, что мы макроскопически воспринимаем как Большой взрыв — это не появление материи из ничего в пустом пространстве. Это специфическая фаза системы: область графа с экстремально высокой плотностью топологических связей. С точки зрения наблюдателя внутри системы эволюция разворачивается из сингулярности, но на онтологическом уровне это просто структурный пик в глобальном спектре графа.

В следующем посте разберем доказанную Теорему о вычислительной сводимости и почему С. Вольфрам не прав со своей "несводимостью".

Теологическая модель законов физики

Краткое изложение идеи из статьи физика Пола Дэвиса 'Вселенная из битов'.

В хорошо известной метафоре башни черепах поиск фундаментальной реальности ведет к бесконечному регрессу. Обрыв башни на уровне левитирующей сверхчерепахи требует либо скачок, основанный на вере - приняв нижний уровень как необъяснимый факт - или определенную ментальную гимнастику, такую как введение необходимой сущности, отрицание бытия которой логически невозможно. Классическая христианская теология выбирает второй вариант, где Бог выражен в качестве необходимой сущности, от которой начинается вселенная. К сожалению, концепция необходимого бытия Бога приводит к серьезным философским и теологическим проблемам и в настоящей момент большинство теологов отвергают идею необходимого существования Бога.

Наука приняла как основу реальности физическую вселенную саму по себе. В дебатах с Фредериком Коплестоном британский философ Бертран Расселл прямиком заявил 'Я должен сказать, что вселенная находится всего лишь там и это все.' Правда, по ходу двадцатого века в науке произошли серьезные изменения. Теория относительности отменила абсолютное пространство и абсолютное время, разделяемое всей вселенной. Квантовая механика разрушила концепцию внешней реальности, когда всем физическим величинам можно было приписать хорошо определенные значения в любой момент времени. Таким образом реальность, по крайней мере среди физиков-теоретиков, перешла вначале в сами законы физики, а затем в их математические суррогаты, такие как Лагранжианы, пространства Гильберта и т.д. Сегодня математические законы физики рассматриваются большинством ученых как левитирующая сверхчерепаха, описанная выше.

Ортодоксальная позиция, по-видимому, заключается в том, что наличие существующих законов природы должно быть принято как грубый факт, без дальнейшего объяснения. Шон Кэрролл выразил эту позицию в ответ на вопрос, почему существуют данные законы физики, таким образом 'Это так, как обстоят дела.'

Ортодоксальный взгляд на законы физики содержит длинный список свойств, принимаемых по умолчанию. Законы рассматриваются как вечные, неизменные, действующие с бесконечной математической точностью. Физические законы выходят за пределы вселенной и были напечатаны на вселенной снаружи в момент ее создания. Физический мир подвержен влиянию законов, но сами законы не зависят от того, что происходит во вселенной. Нетрудно увидеть, что данная картина произошла от монотеизма, где рациональное создание создало вселенную согласно набору идеальных законов. Асимметрия между неизменными законами и зависящими состояниями вселенной соответствует асимметрии между Богом и природой. Вселенная в ее существовании зависит от Бога, в то же время как Бог не зависит от вселенной.

Без всякого сомнения ортодоксальная концепция законов физики произошла напрямую из теологии. Самое удивительное, что данная точка зрения осталась без изменения даже после трехсотлетнего развития светской науки. 'Теологическая модель' законов физики так укоренилась в сознании ученых, что она рассматривается просто как сама собой разумеющаяся.

Другое сильное влияние на ортодоксальную концепцию законов физики оказал Платонизм. Многие математики являются платонистами и уверены в том, что математические объекты реально существуют, хотя они не находятся в физической вселенной. Физики-теоретики также погрузились в Платонизм и они согласны поместить математические законы физики в Платонию. Слияние Платонизма и монотеизма создало мощную ортодоксальную научную концепцию законов физики как идеальных, совершенных, бесконечно точных, неизменных, вечных математических форм и отношений, которые выходят за рамки физической вселенной и находятся в абстрактных небесах Платонии вне пространства и времени.

Paul Davies, Universe from Bit, in Information and the Nature of Reality: From Physics to Metaphysics.

Пуанкаре vs. Эйнштейн

В книге Питера Галисона 'Часы Эйнштейна, карты Пуанкаре: империи времени' есть интересное сопоставление позиций Эйнштейна и Пуанкаре. Несмотря на то что оба исходили из преобразований Лоренца, их взгляды на теорию физики существенно отличались. Можно даже сказать, что Пуанкаре не принял теорию относительности Эйнштейна. Ниже несколько цитат из книги по этому поводу.

Интересно отметить, что Эйнштейн не ссылался на работы Пуанкаре, хотя он был знаком с ними. Пуанкаре со своей стороны также оставил работы Эйнштейна без внимания. Галисон охарактеризовал их отношения таким образом:

'Эйнштейну Пуанкаре, вероятно, казался старомодным: очередной физик старшего поколения, который в 1905 г. не смог понять отказа Эйнштейна от эфира или от различения истинного и кажущегося времени. Пуанкаре, должно быть, воспринимал Эйнштейна в качестве второстепенной фигуры, возможно, как автора эвристических аргументов для выведения преобразований Лоренца, но все же как того, кто не смог даже подступиться к фундаментальным вопросам физики: эфиру и структуре электрона.'

Основная разница между Пуанкаре и Эйнштейном связана с отношением к эфиру. Пуанкаре признавал, что в рамках преобразований Лоренца невозможно из проводимых экспериментов установить, находится ли инерциальная система в движении или нет. Тем не менее, он не мог отказаться от идеи эфира, хотя его идеал эфира был уже далек от эфира 19-ого века. Галисон приводит по этому поводу цитату Пуанкаре:

'Можно сказать, <...> что эфир не менее реален, чем любое внешнее тело; сказать, что это тело существует, означает сказать, что между цветом этого тела, его вкусом и запахом существует глубинная связь, стабильная и устойчивая; сказать, что эфир существует, — значит сказать, что существует естественное родство между всеми оптическими явлениями, таким образом, ни одно из двух утверждений не менее осмысленно, чем другое.'

Галисон описывает позицию Пуанкаре таким образом:

'Пуанкаре сохранил эфир в качестве интуитивной основы, на которой можно было бы представить дифференциальные уравнения'

'Пуанкаре никогда не терял убежденности в чрезвычайной ценности эфира как инструмента для мышления, условия для применения плодотворной интуиции.'

'движение относительно эфира никогда не может быть обнаружено. В этом состоял последний элемент десятилетних попыток Пуанкаре улучшить машинерию физической науки, сохраняя при этом «эластичную рамку» старого: проект «новой механики», который оберегал идею эфира, бросая при этом вызов старым представлениям о пространстве, времени, одновременности.'

В 1912 году, незадолго до смерти, Пуанкаре по-прежнему верил, что возможно достичь успеха в рамках его позиции:

'Сегодня некоторые физики [имеется в виду относительность в духе Эйнштейна] хотят принять новую конвенцию. Дело не в том, что они вынуждены это делать; они считают эту новую конвенцию более удобной; вот и все. И те, кто придерживается иного мнения, с полным правом могут и дальше придерживаться старой концепции, не изменяя своим привычкам. Я считаю, — только между нами, — что они будут поступать так еще в течение долгого времени.'

П. Галисон, Часы Эйнштейна, карты Пуанкаре: империи времени, 2022.

Неравномерность развития науки

Название книги Дж. Роулинсона ‘Сцепление. История изучения межмолекулярных сил’ хорошо передает ее содержание. Дж. Роулинсон — химик по образованию и его научная деятельность была во многом связана с изучением межмолекулярных сил. Его книга содержит интересный фактический материал, который изложен на хорошем профессиональном уровне.

Книга состоит из четырех частей. Для названия первых трех частей Роулинсон использовал имена трех ученых — Ньютон, Лаплас, Ван‑дер‑Ваальс. Их исследования сыграли ключевую роль в исследовании межмолекулярных сил, поэтому их имена были использованы для разделения этапов исследования. Последняя часть под названием «Решения» посвящена работам после появления квантовой механики — в ней рассматриваются ответы на вопросы предыдущих поколений ученых.

Роулинсон отмечает тернистый путь развития идей о когезии и дает интересную характеристику развития науки:

«Делать обобщения о том, как делается наука, на примере одной довольно узкой области опасно. Многие могут оспорить приведенное рассмотрение с использованием представленных свидетельств, но оно представлено как попытка рассмотрения развития этой области за триста лет. Я бы не хотел быть догматичным; другие должны попытаться сделать свои собственные выводы из рассмотрения этой области, а история других областей науки может привести к иным выводам. При чтении Поппера, Куна, Лакатоса и других философов науки можно распознать у них немало правильного, что соответствует ряду реальных примеров, но трудно вписать в эти рамки хотя бы одну теорию в физике (one physical science). На практике наука, похоже, движется менее логичными путями, чем хотелось бы философам. Фейерабенд, несомненно, нашел бы в моей книге примеры, подтверждающие его утверждение о том, что „Наука — это, по сути, анархическое предприятие“.»

J. S. Rowlinson, Cohesion. Scientific History of Intermolecular Forces, 2002.

Японский инженер поймал радиосигнал с Международной космической станции с помощью жидкостной антенны.

«Из‑за расписания пуска ракеты‑носителя прием был только до 18:30, когда высота была низкой, но на 51 дБ уверенно удалось демодулировать. Уровень воды в стакане был около 14 см, что меньше λ/4 для 2 м, но, думаю, эффект укорочения длины волны обеспечил приемлемое согласование. Пояснение. На этот раз только приём, без передачи, поэтому уровень воды выставлен наобум. (При передаче нужно было бы подстраивать с помощью VNA и так далее) На этот раз использовал водопроводную воду, но думаю, что с солёной водой характеристики антенны сильно не изменятся. Ионная подвижность в жидкости гораздо ниже, чем у электронов. Приём работает даже с грубой настройкой, можно повеселиться, и результат отличный», — пояснил радиолюбитель.

Энтузиаст собрал дома самодельную тритиевую батарейку (нановаттную ядерную электростанцию) из старых калькуляторов, тритиевых колб и фольги.

Схема работы у конструкции довольно простая. Тритиевые колбы светятся, потому что бета‑распад возбуждает люминофорное покрытие. Свет попадает на солнечные элементы и создаёт небольшой ток, хотя по эффективности такой способ сильно уступает обычному освещению. Небольшие колбы с тритием можно недорого купить в интернете, в том числе в виде брелоков, которые обычно нетрудно разобрать и достать содержимое.

Для сборки блогер снял солнечные элементы с дешёвых калькуляторов, поместил между ними тритиевые колбы, изолировал конструкцию и обернул ее фольгой, чтобы отсечь внешний свет. В результате получилась очень маленькая и очень неэффективная ядерная батарейка, которая теоретически может проработать около 12 лет, то есть примерно столько, сколько составляет период полураспада трития. Практической пользы от такого устройства почти не оказалось. До соединения двух солнечных элементов установка выдавала около половины вольта без измеримого тока. После соединения ток поднялся до диапазона наноампер, но даже такой результат не позволял говорить о заметной выработке энергии.

Небольшой эффект удалось увидеть только после подключения батарейки к конденсатору. За сутки конденсатор зарядился до 2,8 вольта. При этом измерение напряжения мультиметром быстро просаживало заряд, что хорошо показало, насколько крошечным оставался запас энергии.

Рособрнадзор назвал предметы, которые школьники могут взять на единый госэкзамен 2026.

Допускаются в том числе:

• на биологии, химии, физике и географии — непрограммируемый калькулятор;

• линейка без справочной информации — на математике;

• на литературу можно взять орфографический словарь, выданный в пункте проведения экзамена;

• на экзамены по всем предметам разрешается принести перекус, воду и лекарства;

• во время ЕГЭ на столе должны лежать чёрная гелевая или капиллярная ручка и паспорт.

Остальные личные вещи должны быть оставлены в специально отведённом месте до рамки металлоискателя.

Астронавт НАСА Рабеа Рогге показала рабочий способ бросать кубики для игр в невесомости.

Интересная библиотека символьной регрессии PhySO. Оптимизатор берет на вход набор данных из многомерных аргументов X и одномерных значений функции Y в предположении, что это некие физические измерения. Пользователь добавляет информацию о единицах измерения компонент аргумента и целевого значения функции в виде наборов степеней [L, T, M] для каждой. Например, [ 1, -2, 0 ] соответствует ускорению, м/с^2. Также можно добавить свободных констант с указанием их физических размерностей в том же виде.

Еще можно ограничить набор базовых функций, используемых в поиске функции регрессии - арифметические, тригонометрию, показательную и логарифм, гиперболические итд.

После запуска оптимизатора с pytorch под капотом он пытается за указанное число подходов-эпох по данным подобрать символьную функцию регрессии, используя всю предоставленную информацию. После каждой эпохи показывает текущую подобранную символьную функцию и лучшую за все пройденные эпохи. Лучшую - в смысле наибольшего коэффициента регрессии R.

Пример в доках - здесь.

Это просто красиво. Разработчики хвалятся наилучшими показателями в бенчмарке подобных библиотек - особенно на высоких уровнях специально добавленного шума, до 10% от значений. Тренировали модель на большом количестве физических функций с экспериментальными данными, в том числе и на т.н. коллекции Фейнмана.

Следующий шаг в будущем для таких инструментов, наверное, будет добавление многомерности и в функцию. То есть сейчас , а будет еще

Насколько я понимаю, самодельный свинцовый аккумулятор можно сделать так.

1. Берётся свинцовая фольга, легированная кальцием (откуда?)

2. Берётся обычная «строительная» свинцовая фольга (Озон).

3. Складывается в сэндвич, кальциевая — внутри, чистая — снаружи.

4. Берётся нетканый «лутрасил» из какого-нибудь устойчивого к серной кислоте пластика (какого?)

5. Кладётся слой «сэндвича», слой нетканки, опять наш тройной электрод, опять нетканка.

6. Сворачивается в рулет, не забыв вложить выводы из легированных кальцием стержней так, чтобы они прижимались к легированному же. Ну, или электроды вырезаются буквой «Г» так, чтобы хорошо торчали.

7. Ставится в банку, заливается готовым электролитом.

8. Подключаем небольшой ток, начинаем формовку. Кислород идёт на образование диоксида, а водород понемногу удирает через «лутрасил» (поэтому и ток небольшой, чтобы не распе́дрило). Подливаем дистиллированную воду день за днём.

9. Когда свинец становится диоксидом и дело доходит до легированной «внутрянки», напряжение подскакивает и система отключается — мол, хозяин, готово! Внутрянка особо в реакциях не участвует и обеспечивает механическую прочность (и подвод тока к сульфату и диоксиду, которыми покрыта тонким слоем). Это самый тонкий момент, где моих знаний не хватает.

Всё верно? Должно сработать? Имеет смысл пытаться и пробовать?

Выдвигаю номинанта на сегодняшний пятничный бред.

Знакомьтесь, кто не знает — батарея Карпена. Чудо-юдо, старший брат холодного ядерного синтеза — но на объяснение её работы никто пока с такой же энергией не кидался.

Мистификация ли это? Или добросовестное заблуждение?

Она действительно всё это время работала на чистом золоте, понемногу его растворяя?

Важна ли там именно индуктивная нагрузка? Что происходит с электродами в тот момент, когда переключатель переключает банки и по ним бьёт напряжение самоиндукции?

И, в конце концов, так уж ли постоянна температура воздуха вокруг? О всевозможных самозаводящихся часах, работающих на суточном перепаде температур, мы все с детства знаем хотя бы из Перельмана. Может ли быть такое, что золото и платина любые перепады температур «трактуют в свою пользу» и осаждаются обратно (а-ля самородок) по очереди из-за того, что колебания температур смещают равновесие между ними?

Ну, конечно, астрал, эфир и нарушение второго начала могут подождать за дверью. Версии из мультяшной физики к рассмотрению не принимаются, с этим — к рептилоидам, а они дальше по коридору.

Всепомнят захватывающий монолог Вигго Тарасова из фильма «Джон Уик», когда он рассказывал легендарную историю про «Бабу ягу» и уби**тво им трех человек... карандашом? Я думаю, 9 из 10 человек ответят утвердительно. А слышал ли кто‑нибудь из вас не менее захватывающую историю про открытие металлического сейфа... деревянной палочкой для суши? Я думаю тут таких не будет, поэтому исправляем ситуацию.

В рамках аппаратных исследований к нам на реверс‑инжиниринг в этот раз попал сейф EASY SAFE от китайской компании JIANGSU SHUAIMA SECURITY TECHNOLOGY с электронным замком. В соответствии с инструкцией на сейф можно установить 2 кода: пользовательский и дополнительный, каждый длиной от 3 до 8 символов. Для этого необходимо открыть сейф и нажать красную кнопку на внутренней части двери.

Кажется, безопасно, если не несколько НО!

Во‑первых, вышеназванная красная кнопка просто огроменная, что делает ее достаточно легкой целью.

Во‑вторых, наличие технического отверстия aka дырки аккурат напротив кнопки.

Следовательно, если владелец сейфа не прикрутил его к бетонной стене или иному недвижимому объекту, он подвергает себя большому риску.

И это только начало и, по сути, вершина айсберга «безопасности». В общем, не буду больше спойлерить. Остальные файндинги и полный разбор‑исследование данного аппарата можно будет почитать у меня на Хабре в скором будущем ;) Stay tuned!

🧠 Обязательно поделись с теми, кому это может быть полезно: 💬 Телеграм | 💬 Max | 📝 Хабр | 💙 ВКонтакте

Поставлю на автопубликацию, на начало вечера пятницы, ибо.

Давайте подумаем, можно ли на основе электрета создать SSD для архивного хранения? Допустим, при записи бита затвор сильно нагревается и электрет плавится, а заодно поляризуется. Можно, скажем, после этого урезать осетра и дать транзистору остыть, не теряя заряд. Или, если у нас какой‑нибудь преднамеренно заложенный тиристорный эффект — превратить все транзисторы в печки, сохраняющие свой заряд одновременно, а охладить превозмоганием — в кипящий фреон окунуть и всё, прошили (только‑только от него в дихлофосах избавились, и тут я, лол). Или для плавления нужен суровый внешний подогрев от отдельного питания +12, который потом отключается или вовсе сменяется охлаждением (это уже какой‑то прямо твердотельный CD‑RW). Или зарядить общей пластиной сверху, расплавив и дав на неё пару киловольт (а транзисторы при этом защищены от пробоя при помощи временного закидывания всех «органов» на ноль), а потом разряжать выборочно, загоняя транзисторы «в режим печки». Нашёл только какой‑то патент 2002 года, номер Ru2297051c2, но там как‑то уныло всё. В кучу кони, люди, «скруглённые углы»…

Ну или с другой стороны — мой любимый кварцевый диск. Допустим, какой‑нибудь шибко дипольный оксид не разлагается до 1500, но хорошо плавится уже при 900. Размешиваем в расплавленном кварце эмульсию нанокапель этого оксида, остужаем до 1000, поляризуем и остужаем дальше. Теперь, если лазером расплавить, поляризация уйдёт. Вопросов только два — как прочитать и что мешает использовать обычный редкоземельный чугуний, который точно так же можно туда вплавить и потом намагнитить остывший диск могучим полем примерно как у ЯМР‑томографа (он же — МРТ), а размагнитить — выборочно, нагревая лазером. Там хотя бы примерно понятно, как читать потом — мы же получили магнитооптический диск, только очень большой, толстый, многослойный и стирается исключительно на заводе.

Квантовая механика(КМ) — это самая база КФ(Квантовая Механика), но и самая странная и захватывающая дух тема. Если классическая физика объясняет, как движутся футбольные мячи и планеты, то квантовая механика описывает мир который обычным глазом не заметить — там, где живут атомы и субатомные частицы. И вот в чем фокус на этом уровне привычная логика просто перестает работать.

1. Атомы это не анальные шарики:

В школе нам часто рисуют атом как маленькую солнечную систему: ядро в центре, а вокруг по орбитам летают электроны-шарики. Это НЕ ТАК, пока не менее в квантовой физике.

В квантовом мире частица — это не твердый объект, а скорее облако вероятности. Она не находится в конкретном месте, пока мы на нее не посмотрим. Это называется корпускулярно-волновым дуализмом, объект ведет себя и как частица, и как волна одновременно.

2. Отец за хлебом, вроде есть — вроде нет: суперпозиция.

Представьте монетку. В обычном мире она лежит либо орлом, либо решкой. В квантовом мире, пока монетка крутится на столе, она и орел, и решка одновременно. Это состояние называется суперпозицией.

Кот Шрёдингера — это как раз шуточный пример суперпозиции. Кот в закрытом ящике и жив, и мертв одновременно, пока мы не откроем крышку и не проверим. Всё что мы не видим, находиться в суперпозиции, а если мы наблюдаем за ним, то оно выбирает конкретное состояние.

3. Квантовая запутанность

Две частицы могут стать запутанными — они связываются невидимой нитью, даже если их разнести по разным концам Вселенной. Если вы измените состояние одной частицы, вторая изменится мгновенно. Скорость этой связи выше скорости света, что кажется невозможным, но это факт, подтвержденный экспериментами.

##Итог:

Может показаться, что это просто философские бредни физиков, но без квантовой механики у нас бы не было:

1. Смартфонов и компьютеров, а они у нас на транзисторах работают, которые на квантовых принципах. 2. Лазеров, от сканеров штрих-кода до хирургии. 3. МРТ в больницах и многое другое.

Добро пожаловать в субатомный мир, где даже сама вселенная «вахуе»! Это только начало...

Для страйкбольного оружия сделали прицел, который сам показывает, куда прилетит шарик. HUD SIGHT учитывает эффект Магнуса, гравитацию и ориентацию оружия в пространстве, после чего прямо в интерфейсе рисует точку попадания. По сути, это aimbot, но легальный и в железе.

Напряжения в ΛCDM: инвентаризация без алармизма

На arXiv вышла обзорная работа arXiv:2501.00609 Элеоноры Ди Валентино под названием «Трещины в стандартной космологической модели: аномалии, противоречия и намеки на новую физику» (Cracks in the Standard Cosmological Model: Anomalies, Tensions, and Hints of New Physics), посвящённая согласованности наблюдательных данных в рамках стандартной космологической модели . Несмотря на громкое название, на деле это литературный обзор (11 страниц текста с обилием ссылок на источники, ещё 21 страница – библиография), который методично разбирает, насколько различные астрофизические и космологические наборы данных вообще совместимы при их одновременной подгонке.

Эта работа Элеоноры Ди Валентино – не самый захватывающий материал, но полезный для тех, кто хочет понимать, в каком состоянии сегодня находится стандартная космология. Она не предлагает новых результатов или теоретических моделей, сосредотачиваясь на инвентаризации текущего состояния наблюдений и их интерпретаций.

В центре внимания – уже известные, но всё ещё не закрытые напряжения: расхождения по постоянной Хаббла между локальными измерениями и экстраполяцией по данным , параметр кластеризации и слабое линзирование, аномалия линзирования , космологические ограничения на массу нейтрино в сравнении с лабораторными данными, а также параметрические расширения стандартной модели (в частности, связанные с ослаблением допущений о тёмной энергии) и возникающие при этом вырождения параметров

Ключевое наблюдение состоит в том, что многие «решения» одной проблемы ухудшают согласие с другими данными. Это не просто статистические флуктуации – речь идёт о структурной несовместимости подпространств параметров в рамках единой подгонки. Автор оригинальной работы не утверждают, что «сломалась». Вместо этого он акцентирует внутреннюю несогласованность: разные наблюдательные каналы предпочитают разные значения одних и тех же параметров.

Ди Валентино подчёркивает роль систематики, априорных предположений и модельных допущений. Особое внимание уделено оптической глубине , которая измерена только одним экспериментом (Planck low-ℓ EE) на уровне, близком к шуму, но входит как мультипликативный фактор подавления амплитуд во всём высоко-ℓ участке спектра мощности , включая область силковского (диффузионного) затухания.

Из заключения статьи:

Модель продолжает демонстрировать впечатляюще хорошее соответствие отдельным космологическим наборам данных. Она остается прагматичной структурой, основные компоненты которой (темная материя, темная энергия и инфляция) используются потому, что они работают феноменологически, а не потому, что они основаны на полном фундаментальном понимании. Однако при одновременном рассмотрении всех доступных наборов данных возникают устойчивые и все более значительные проблемы. <...>

Главный вывод заключается в том, что прецизионная космология имеет смысл только в том случае, если лежащие в ее основе данные внутренне согласованы и надежны. В противном случае существует риск ошибочного принятия артефактов за открытия, что превратит точность в ложное чувство уверенности. По мере совершенствования космологических измерений крайне важно, чтобы данные говорили сами за себя, даже если это потребует пересмотра давних предположений и методологий, прежде чем утверждать, что мы можем измерять Вселенную на процентном уровне.

Похоже, что сегодня космология сталкивается не столько с нехваткой данных, сколько с вопросом, насколько согласованно мы умеем их читать.

Ссылка: https://arxiv.org/abs/2501.00609

Как прийти в физику? Нестандартная модель #5

«Росатом» и издание N+1 выпустили пятый выпуск подкаста «Нестандартная модель»

Ведущий Андрей Коняев поговорил с учёным Национального центра физики и математики, аспирантом МГУ Саров Виталией Кулешовой о лабораторных экспериментах с пульсарами, пути молодого физика-ядерщика и о том, как объяснить школьнику отрицательные числа.

В беседе затронули не только вопросы из области физики, но и тему выбора профессии, поговорили также о наставничестве, популяризации науки и притоке специалистов в ИТ.

Смотрите видео, чтобы узнать, почему наука по-прежнему требует долгой и системной работы. Выпуск доступен на платформе ВКонтакте.

Предыдущие выпуски подкаста: 

• первый

• второй 

• третий

• четвёртый

Следить за новостями в сфере информационных технологий атомной отрасли можно в телеграм-канале Атомный IT.

Минобрнауки РФ утвердило минимальное количество баллов ЕГЭ для поступления в вузы в 2026 году.

По сравнению с 2025/2026 учебным годом баллы по некоторым предметам изменились. Например, по химии и биологии повышены с 39 до 40 баллов, по физике — с 39 до 41 балла, по информатике — с 44 до 46 баллов, по истории — с 36 до 40 баллов, по иностранному языку — с 30 до 40 баллов. Требования к результатам экзаменов по русскому языку, математике профильного уровня, географии, обществознанию, литературе остались без изменений.

Пользователь рассказал, что когда щёлкает зажигалкой перед своим монитором, что экран отключается. В деле оказалась замешана физика. Дело оказалось в плохом или слабом заземление HDMI‑кабеля. Пьезоэлектрический кристалл зажигалки создаёт мощный скачок напряжения, который создаёт дугу для зажигания пламени. Магнитное поле от дуги индуцирует небольшие токи в HDMI‑кабеле, прерывая сигнал.

Новая статья на arXiv: Переписка Эйнштейна 1935 года и границы ψ-эпистемических моделей

На arXiv появилась работа, которая неожиданно возвращает нас к переписке Эйнштейна с Шрёдингером и Поппером летом и осенью 1935 года. Обычно этот период сводят к статье EPR и к тому, что Шрёдингер ввёл слово «запутанность», но личная переписка между тремя учёными оказывается гораздо глубже опубликованных текстов: в письмах Эйнштейн формулировал свои сомнения относительно квантовой механики точнее, чем в каноническом варианте EPR, Шрёдингер обсуждал формальные основания, а Поппер пытался прояснить философские последствия. Многие из этих размышлений почти исчезли из учебников.

Новая статья показывает, что традиционное представление Эйнштейна как сторонника «скрытых параметров» слишком упрощено. Его критика была направлена не на отсутствие неких дополнительных переменных, а на то, что квантовая теория не предоставляет локального описания составных систем, разложимого на описания частей. В письмах 1935 года он вновь и вновь подчёркивал: если две подсистемы находятся далеко друг от друга, их полное состояние должно строиться из независимых описаний каждой части. Именно нарушение этой разложимости он считал указанием на неполноту теории.

Этот акцент плохо согласуется с современной классификацией -онтологических и -эпистемических моделей, сформированной после теоремы Pusey–Barrett–Rudolph (PBR). Эта рамка делит интерпретации по вопросу о том, является ли волновая функция физическим объектом или лишь информацией об объекте. Однако такая дихотомия просто не охватывает позицию Эйнштейна. Его интересовала не природа сама по себе, а структура теории – её способность давать независимые описания удалённых частей мира.

Теорема PBR накладывает строгие ограничения на -эпистемические модели внутри современных формальных представлений, но эти представления не совпадают с теми требованиями, которые Эйнштейн предъявлял к физической теории. Его аргумент относился к локальной разложимости описаний, а не к онтологическому статусу волновой функции. Поэтому пространство моделей, удовлетворяющих его критериям, оказывается шире, чем это следует из стандартного понимания PBR-теоремы.

Таким образом, новая работа выполняет важную методологическую работу: она отделяет оригинальные идеи Эйнштейна от того, как позднейшая литература встроила их в современные классификации, и показывает, что его критика квантовой механики касалась другого аспекта теории, чем это принято считать.

arXiv: 2511.23125