Управление медиа *

Привет! Я Александр Жариков, архитектор сервисов анализа информации СКАН, Группа «Интерфакс». Последние 15 лет я занимаюсь алгоритмами, которые читают тексты и извлекают из них смысл. Вопрос, который дал название этой статье, не так давно задал мне студент после моего доклада. И он далеко не такой наивный, как кажется на первый взгляд. Если у вас есть собственное NLP-ядро, которое вы развивали полтора десятка лет, – это актив или уже балласт в эпоху LLM? В этой статье я разбираю, почему специализированные алгоритмы все еще выигрывают на промышленных объемах у универсальных языковых моделей и где LLM действительно усиливают наше ядро, а не заменяют его. Я не буду писать о конкретных алгоритмах и используемых нейросетях – я опишу лишь общие подходы в стиле популяризации компьютерной лингвистики и порассуждаю об алгоритмическом NLP.

Дело было так. Я года полтора-два сижу в профильных телеграм-чатах про всякие эйяй – там разрабы, копирайтеры, редакторы, вайбкодеры и вайбкуколдеры (это кто смотрит, как другие вайбкодят, а у самого руки не доходят). Народ там не на трибуне выступает, скорее говорит, что на сердце, так что читать чистый кайф. Особенно, как они ссорятся с нейронками и потом в чат на них жалуются. И одни и те же жалобы у самых разных людей на разные модели.

Привет, Хабр! Меня зовут Андрей Аврамчук, я редактор блога МТС. Я разбирал наш маленький уютный рынок контента: почему ставка на AI-first — ловушка и как онлайн входит в темную эру. Рассказал про среду, тренды и экономику внимания. Теперь хочу зайти с другой стороны и показать, что вся эта история делает с ролью редактора.

Растущий рынок (а контент был именно таким) многое прощал: линейный рост, узкую специализацию, веру в то, что достаточно делать больше и быстрее. Сжимающийся рынок эти допущения отсекает и болезненно очищает от иллюзий, показывая, что в редакторской роли было наносным, а что остается ядром.

В этом посте делюсь видением ценности редактора для бизнеса: какие качества и навыки на нее влияют и как из них строить карьерный трек. 

Когда искал таск-трекер, решил сравнить лучшие системы управления проектами на российском рынке. Этого показалось мало, собрал их в статью. 

В материале — обзор лучших таск-менеджеров от российских разработчиков. Все соответствуют законодательству и отвечают запросам бизнеса. 

Я постоянно собеседую людей в редакцию. Онлайн, офлайн, ищу по форумам, чатам. Вижу адекватные комментарии просто к рандомным постам и предлагаю авторам работу. На дняъ очередной кандидат на должность жура сдал тестовое. Текст грамотный, структурированный. Три аргумента в каждом блоке. Каждое предложение вытекает из предыдущего, ни одной опечатки. Ну красавчик же, но «спасибо, вы нам не подходите». Расскажу, почему отшиваю таких на раз и как им действовать, чтобы обмануть таких, как я.

В прошлой статье я рассказал про свой творческий путь - от создания ИИ песен до размещения их в Яндекс Музыке. Расскажу, что изменилось с тех пор за 2 месяца, и про настоящую прибыль (уже не убыток)

У рекламы соблазнительная логика: чем больше контактов с аудиторией, тем шанс зацепить конкретного человека выше. Больше показов, касаний, поверхностей, точек входа, в общем чем активнее, тем лучше.

Эта формула долго работала, особенно в цифровой среде, где местá для размещения можно создавать практически без конца. В рекламную кампанию легко объединить парочку баннеров, преролл, спонсорский блок, вставку в выдаче и до кучи — какой-нибудь формат, догоняющий пользователя.

Предел этому есть с другой стороны — у человеческих возможностей. Реклама использует внимание, а оно не так охотно масштабируется, как инвентарь (места для рекламы). Я уже анализировал исследование и показал, что человек подошел к временной границе потребления контента. С рекламой так же. 

Если условный сервис научился продавать больше слотов, у пользователя не появится лишний час в сутках, а у мозга не откроется новый канал восприятия. В какой-то момент количество перестанет усиливать эффект и даже наоборот: размывает.

Так возникает рекламный клаттер — состояние, где множество сообщений сливаются в фон. Рассказываю о проблеме переизбытка, где среда забивается так, что хуже работает и для пользователя, и для брендов.

Каждый раз, когда я хочу опубликовать пост в интернете — будь то статья, короткий анонс или заметка — возникает одна и та же проблема: текст готов, а вот публикация превращается в марафон.

Копировать сюда, вставлять туда, подгонять формат, учитывать ограничения по длине и стилю для каждой платформы… Вроде бы мелочи, но суммарно они съедают кучу времени. Простая задача «опубликовать пост» быстро превращается в рутину, которая раздражает и отнимает энергию.

В новой записи я вам расскажу о своём open source проекте — Postery.

Google отдала Veo 3.1 бесплатно — 10 генераций видео в месяц для любого Google-аккаунта. Без карты, без подписки. Протестировал: 720p, до 8 секунд, с нативным звуком. Физика убедительная, свет и тени — на уровне. OpenAI свернула Sora не просто так. Разбираю, что реально получаешь, где ограничения, и даю советы по промтам, чтобы не тратить генерации впустую.

Привет. Это Оля Ерёмина. Я старший редактор в М2.

В этой статье поделюсь опытом внедрения искусственного интеллекта в работу нашей редакции и расскажу, как мы передали 40% продуктовых и маркетинговых текстов нейронке и при этом не потеряли качество контента. 

Вы узнаете, как наш штат пополнился AI-копирайтером, который помогает побеждать страх чистого листа и выполняет рутинные задачи коллег из маркетинга, продаж и службы поддержки.

Мы/маркетологи — «дети» существующей экономической формации. И, как это обычно и бывает, «дети» не готовы признать необходимость перемен в себе до первого мощного кризиса — развода, потери работы, неудачей в главном проекте.

Я думаю, что сейчас — именно такой момент для маркетинга.

Хотя маркетологи любят рассуждать про рынок и потребности, но мы сами не готовы препарировать нашу специализацию в этих терминах. А кто наш потребитель?

Давай честно, целевая аудитория маркетолога: 1. акционер, генеральный директор (CEO), 2. рынок. И если с CEO — все понятно, то про рынок не так очевидно. Важно понимать, что маркетинг — всегда такой, который нужен текущему состоянию рынка.

Состояние маркетинга прямо коррелирует с состоянием рынка.

Предмет моего размышления — это не критика маркетологов, а анализ причин, приведших к текущему состоянию профессии, а также прогноз ее будущего.

Дисклеймер: Я понимаю, что маркетинг — это объемное направление, по‑разному раскрывающееся в сегментах, отраслях, размерах, и осознанно обобщил информацию.

В сводной Таблице 1 вскрыт системный разрыв между запросами бизнеса и реальными действиями маркетинга: если в 2000-е маркетинг отвечал за продукт и прибыль, то к 2025 году он свёлся к генерации «вайба» для уставшего CEO, утратив связь с финансами, производством и долгосрочной стратегией.

Приветы! Сегодня поговорим про Claude Code о том, как его использовать, если вы не разработчик. Не потому что он «революционный» или «ИИ будущего», а потому что он реально закрывает задачи, которые раньше занимали часы.

Статья будет полезна продакт-менеджерам, маркетологам, фаундерам, дизайнерам – всем, кто работает с продуктами и хочет делать больше за меньшее время. Разработчикам тоже, но для вас и так много кто пишет.

Это не призыв бросить ваш любимый инструмент и бежать покупать новый. Но если вы используете AI каждый день и чувствуете, что чего-то не хватает, хотите более качественный результат в ваших задача, то эта штука может закрыть вам больше задач, качественнее, быстрее и лучше.

Постмодерн - это современный способ мыслить. Я его определяю, как "продуктивная борьба со смыслом". Пусть грубо, но более лаконичной формы я не нашел. Философия постмодерна, не смотря на то что на слуху, весьма сложна. По сути, она сформирована целой плеядой философов второй половины 20 века. Для себя я выделяю следующих важнейших мыслителей: Делез предложил термин шизомышление, где любой глобальный смысл объявляется фашистским и тотальным, Фуко, который показал что власть может быть вне субъектной и Бодийяр, который показал что изначальный смысл можно полностью изъять из знака и создать симулякр - пустой символ.

Современная «корпоративная культура» тоже во многом существует в поле постмодерна. Власть здесь не прямая, непосредственная и иерархическая, а формально плоская, дружелюбная и одновременно безличная. Решения принимает не руководитель, а безликий процесс. Ключевым моментом является то, что сегодня рабочие процессы часто выстраиваются не самой компанией, а предельно унифицированы и принадлежат индустрии в целом. Это нужно для лучшего контроля через общие стандарты, быстрой встраиваемости сотрудника в рабочие процессы и простоты его замены. По сути, лёгкость заменяемости — это укрепление власти над персоналом. Часто именно способность встраиваться в глобальные унифицированные бизнес-процессы становится приоритетом по сравнению с реальной квалификацией, мотивированностью и личными способностями. Талантливый линейный сотрудник часто менее предпочтителен, чем посредственный, если он является «штучным товаром». Корпоративная культура активно использует постмодернистскую игру со знаками и локальное учреждение смысла. Например, лидерами называют сотрудников, которые успешно встраиваются в процесс. Найм и подбор персонала на позицию, не обязательно требующую таланта или уникальных качеств, но редкую на рынке — например, из-за редко востребованного навыка, — называют «вызовом» или «соревнованием»: работник должен гордиться тем, что смог закрыть кадровую дыру. Введение в курс дел называют «обучением» — своего рода бонусом. Выполнение установленных рабочих планов — «амбициями». Корпоративные процессы предельно обезличены и тотальны: они учреждаются даже не отдельной корпорацией, а индустрией целиком, и сама корпорация включена в неё лишь как сочленение общей машины. При этом используется предельно личная и эмоциональная терминология: «токсичность», «вовлечённость», «софт-скилы». Непосредственного руководителя при этом невозможно уличить в двуличии, потому что властью здесь обладает тотальная и безликая «индустрия». Корпорация внутри может выглядеть как инженерное устройство с процессами, бизнес-машиной, но через систему перекодирования символов работник должен видеть её как что-то предельно личное, жизнеобразующее, с глубокой эмоциональной связью.  

Перевод статьи The New York Times.

По мере того как генеративный ИИ становится все более совершенным, компании и стартапы предлагают решения для верификации контента. Журналисты NY Times протестировали ведущие инструменты детекции — от программ для профессионалов до встроенных функций в смартфоны — и выяснили, насколько им можно доверять.

Устали, что команда срывает сроки? Вы не одни.

Собрала простой план, который помогает моей команде не скатываться в авралы.

Подходит для любой сферы, а внедрить его можно буквально за несколько дней.

Собрал данные с двух докладов на маркетинговой конференции. Первый — про экономику SMM для МСБ (Ульяна Кузнецова, Good Day Marketing). Второй — про A/B-тест UGC vs студийного контента с цифрами за год (Евгения Дмитриева, "Медиадоктор"). Ниже — выжимка без мотивационной части.

Мы строим систему автоматического рерайта новостей для региональных СМИ, чтобы журналисты наконец занялись журналистикой. Месяц назад я писала про архитектуру стилевых профилей. Потом про то, как мы перестали обманывать себя и собрали мультиагентный пайплайн. Сейчас расскажу, что стало понятно после более глубокого разбора. И почему часть проблем мы, похоже, не решим вообще.

Привет, это снова история про то, как желание хайпануть пошло не по плану. Краснодарская кофейня решила сделать спешл-меню по мотивам громкого уголовного дела и — сюрприз! — нарвалась на жесткую обратку. Давайте просто, без менторства, разберем, что здесь пошло не так и почему защищать свою идею перед разгневанными комментаторами — идея так себе.

Короче, история такая: одна краснодарская кофейня запустила рекламный ролик. В нем создатель заведения с огоньком в глазах рассказывает про новое спешл-меню. Фишка в том, что рецепты напитков они якобы нашли в обнародованных файлах по делу Джеффри Эпштейна. Да, того самого. Остров, вечеринки, жертвы, весь этот ужас. Один из напитков даже назвали «Запретный плод сладок» .

Вроде бы задумывалось как смело, дерзко, на грани. Но на деле получилось как всегда — аудитория не оценила.

Почему народ взбесился?

Ну смотрите сами. Тема Эпштейна — это не просто "громкое имя". За этим стоит реальная трагедия реальных людей, насилие над детьми и женщинами. И тут появляется реклама лимонада. Логично, что люди спросили: «Вы серьезно? Вместо того чтобы посочувствовать жертвам, вы делаете из этого повод продать нам попить?».

Какая-то часть аудитории, возможно, и оценила бы "нестандартный подход", но большинство сказало твердое "фу". И это нормально.

А вот дальше случилось самое интересное.

Вместо того чтобы тихо уйти в закат, удалить посты и сделать вид, что ничего не было, кофейня решила пойти в отказ. Они начали отвечать комментаторам. Спорить. Доказывать, что это ирония и вообще все просто не поняли глубокий замысел.

Мы привыкли мерять успех текущей зарплатой и стеком технологий. Но если вы разработчик, тимлид или любой другой носитель знаний, ваш главный актив — не количество звёзд на GitHub и не оклад в этом месяце. Это ваша способность приносить доход в будущем. Давайте посчитаем, сколько вы стоите как бизнес-юнит, и почему это знание меняет всё.

Когда я проводил код-ревью или собеседования, я замечал одну странную вещь. Кандидаты отлично знают, сколько стоит их труд в час (RPS — rate per hour), но понятия не имеют, сколько стоит весь их карьерный цикл. Мы оцениваем компании по мультипликаторам (P/E, EV/EBITDA), но себя оцениваем только по остатку на карте «Тинькофф».

В финансах есть понятие DCF (Discounted Cash Flow) — метод оценки актива через сумму всех его будущих доходов, приведённых к сегодняшнему дню. Вы — это и есть такой актив. Ваш код, ваши решения, ваша экспертиза — это завод по производству денег. И у этого завода есть справедливая цена.

Каждый день я вижу, как собственники тратят миллионы на трекеров, коучей по «эджайлу» и стратегические сессии в тропических лесах, чтобы их сотрудники просто начали работать. 

А ведь секрет успеха звучит так банально, что от него сводит челюсть: «Хорошо делай — хорошо будет».

На этой одноклеточной формуле Королев и Гагарин нас в космос отправили! 

Без скрам-мастеров, без дыхания маткой на успех и без соевого молока в кофемашине. 

Было просто: «Сделай ракету хорошо, Юра в нее сядет, и мы полетим. Ху*во сделаешь — Юра взорвется, а ты поедешь валить лес в Магадан». Отличный был KPI, жаль, отменили.

Сейчас эту мантру — «хорошо делай, хорошо будет» — нужно вдалбливать каждому сотруднику. Каждые пять минут. Подходить к столу, брать за плечи, смотреть в стеклянные глаза и повторять, пока не моргнет.

Расскажу вам одну свежую историю (от 13 марта 2026 г.) про то, как эта формула + ИИ работает у меня. Ведь ИИ — это просто инструмент, чтобы делать «хорошо» чуть быстрее. Причем мой воркфлоу - это сонная улитка, просто потому что мне пока нравится ручками возиться.

Смотрите на хронометраж.

ЭТАП 1. РОЖДЕНИЕ “ШЕДЕВРА” (заметили кавычка, да?)

1. 28 февраля. Я сажусь и за 10 минут пишу черновик поста с кликбейтным заголовком «Забудьте на фиг про ИИ…». Посыл прост, как мычание: хватит дрочить на технологии, делайте базу.

2. Вставляю свой кривой текст в шаблон промпта и кидаю в ИИ — 1 минута.

3. Любимая железяка выдает сочный, структурированный текст — 15 секунд.

4. Я внимательно вычитываю, редактирую и публикую в свой ТГ канал — 5 минут.