Децентрализованные сети *

Это продолжение поста о WardLink — P2P-синхронизации между своими устройствами по LAN без сервера в петле. Здесь про то, куда это может пойти, и про несколько вопросов, на которые у меня пока нет хорошего ответа.

Привет, Хабр! Бытует мнение, что блокчейн и криптовалюты — чуть ли не самый защищённый способ хранить активы, до которого хакеры если и доберутся, то только в формате физического завладения флешкой или социнженерии. А вот именно взломать такие протоколы очень и очень сложно.

Наш экспертно-аналитический центр InfoWatch (ЭАЦ) выпустил большой отчёт о киберпреступности в области децентрализованных финансов. В этой статье мы поделимся некоторыми данными из него. Для затравки — лишь за неполные пять месяцев 2026 финансовые потери DeFi-протоколов превысили 770 миллионов долларов. Худший месяц для индустрии в этом плане — апрель, на который пришлось 606 похищенных миллионов.

Впрочем, обо всём по порядку.

Готовый децентрализованный бэкенд без своего сервера — звучит заманчиво. На личном опыте двух приложений разбираю, где Nostr реально экономит месяцы работы, а где упирается в одно базовое ограничение и начинает мешать: заметки, чаты, ленты, communities, организации.

ONYX — мой pet-project: self-hosted, анонимный, E2E-шифрованный мессенджер. Клиент — Flutter, есть под Windows/Linux/macOS/Android, аккаунт без телефона и почты.

Вышла v1.7-beta. Список изменений ниже, но текст в основном про одну фичу: WardLink, ради которой стоило катить этот релиз.

Если вы хоть раз обсуждали «правильную» архитектуру мессенджера, вы знаете, что разговор всегда скатывается в два полюса, и оба плохие.

Полюс первый: чистый P2P. Никаких серверов, клиенты говорят напрямую. Звучит красиво ровно до первого практического вопроса. Собеседник офлайн, а вы хотите написать ему сейчас. Куда уйдёт сообщение? В никуда, ждите, пока он включит телефон одновременно с вами. NAT, симметричные файрволы, спящий Android, который убивает фоновые сокеты. P2P горит на неудобстве.

Полюс второй: сервер. Удобно, офлайн-доставка есть, пуши есть. И ровно одна коробка, в которой лежат личности всех, граф контактов всех, очереди всех. Эту коробку можно заблокировать по сети, можно изъять физически, можно прийти к оператору с предписанием. Серверные мессенджеры горят на сервере.

Один из наших пользователей в бете сформулировал это лучше, чем мы в любой презентации: обсуждение альтернатив всегда имело два полюса. Либо ищем инфраструктуру как в Matrix, где все сидят по своим загонам и не пишут друг другу. Либо сидим без офлайн-сообщений как в P2P. Либо вообще не можем подключиться, потому что мосты для обхода блокировок съела моль.

Мы делаем RCQ, мессенджер в духе старой аськи, но на современной крипте. И последние месяцы мы потратили на то, чтобы найти выход из этого треугольника. Ниже модель, к которой мы пришли, и, что важнее, места, где она пока спотыкается. Это не готовый протокол, это дизайн и первые слои. Но он внутренне непротиворечив, и спор о двух полюсах он закрывает.

Мы пройдем по самым интересным техническим граблям создателей сети: от концепции «Галактической сети» Ликлайдера до первого в истории упавшего сервера и того дня, когда интернет чуть не стерла уборщица с пылесосом в CERN. Разбираемся, как зоопарк несовместимых машин превратился в нервную систему планеты.

Несколько месяцев пилю embedded P2P-мессенджер на Matrix-протоколе как личный pet-проект в свободное от основной работы время. Стек: форк Dendrite (Matrix homeserver на Go), Pinecone overlay routing от matrix.org research, gomobile bind для упаковки в .aar и .xcframework, modernc.org/sqlite вместо CGO-варианта (иначе gomobile капризничает). Не туториал и не “hello world на gomobile”, а серьёзная архитектурная амбиция в свободное время. Делюсь reasoning’ами почему такие архитектурные выборы и где они начинают течь.

Без обещаний неубиваемости. Проект в активной разработке, на этапе интеграции в клиентское приложение поверх Rust SDK matrix.org. Цифры приведу с явной маркировкой “где замерено на моём стенде, где плановая оценка, что ещё не проверено”. Production-NAT-кейсы (CGNAT, реальные мобильные сети) - впереди в следующем рывке. Если что-то принципиально новое всплывёт - напишу продолжение.

В предыдущих своих работах я писал, что анонимную сеть Hidden Lake можно внедрить в любую систему, где существует возможность отправления и получения сообщений. За счёт такой имплементации появляется возможность использовать выбранную систему для генерации анонимного трафика и скрывать свои действия в ней же. В этой статье мы попробуем внедрить Hidden Lake в радиомодуль Meshtastic/LoRa.

Календарь, задачи, заметки, почта. Мы используем десятки инструментов, но они не умеют жить вместе. Данные размазаны по сервисам. Команда в Битрикс24, семья в WhatsApp, клуб в Google Calendar. Везде свой интерфейс, свои правила, своя изоляция.

Yggdrasil - это экспериментальная оверлейная IPv6 mesh-сеть, уже неоднократно обсуждавшаяся на хабре. Под катом рассматриваем ее использование в качестве встраиваемой библиотеки в вашем go приложении.

EIP-7702 делает EOA похожим на смарт-контракт со всеми вытекающими.

Что меняется в транзакциях, почему ломаются проверки msg.sender == tx.origin и address.code.length > 0, как возникают коллизии хранилища при смене делегата, и что делать с приёмом ERC-721 и ETH. С примерами на Foundry и связкой с ERC-4337.

В прошлой статье я разобрал, как устроена сеть Yggdrasil. Теперь - про Yggdrasil-ng: рерайт с Go на Rust за 3,5 дня, неделя на один баг в пяти строках, новые фитчи (включая CKR - VPN через mesh), и мобильный клиент, в котором перенос работы с TUN внутрь Rust дал прирост скорости почти в десять раз. В статье бонус - новое приложение, которое вам понравится ;)

Перевод эссе о доверии и репутации Джордана Холла (Jordan Hall) — видного современного мыслителя, футуролога и предпринимателя, ставшего одним из ключевых голосов в дискурсе о Sensemaking (смыслообразовании/осмыслении) и Метакризисе

Любое оборудование подвержено Первому закону девайсдинамики: Электроника рано или поздно должна зависнуть!

Как определить, что ваш объект мертв? – Ну, наверное, надо поставить внешнее устройство для его постоянной проверки. А если внешнее устройство зависло?

Хотя, какое это имеет значение, если завис Интернет-роутер или любой хаб в сети? Ну, определили вы, что он висит, не пингуется офис, пропала связь с охранной системой дачи, не отвечает антарктическая станция. Что вы сделаете? - доступа то все равно нет!

Вместо растрат бензина и времени, чтобы добраться до далекого объекта, ставим Розетку надежности...

Пока все обсуждают очередные сливы баз и особенности модерации в популярных «безопасных» мессенджерах, решил попробовать пойти другим путем. В этой статье рассказываю, как я скрестил Flutter и Go через CGO, прикрутил libp2p для создания P2P-сети и реализовал честное E2EE шифрование (Double Ratchet для личек и MLS для групп). Никакой централизации, никаких единых точек отказа. Делюсь результатами эксперимента.

Что если бы каждое устройство в интернете имело свой уникальный адрес, было доступно напрямую из любой точки мира, а весь трафик шифровался автоматически - без настройки VPN, без проброса портов, без центральных серверов?

Именно так работает Yggdrasil - mesh-сеть, в которой ваш адрес вычисляется из криптографического ключа, маршруты строятся сами, а NAT перестаёт быть проблемой. Разбираемся, как это устроено.

Существуют решения для анонимного взаимодействия в интернет пространстве, такие как Tor, I2P и Freenet, но они ориентированы на весь интернет и избыточны для простого общения. Их сложность и архитектура могут быть неудобны в условиях ограниченного доступа к сети. Поэтому возникает идея более простой и специализированной системы. XXCore — это лёгкая p2p-архитектура с доверенными узлами, построенная на PipeNet и модифицированном SSU2.

Привет, Хабр!

Это Михаил Кулаков. Я ведущий инженер-аналитик в Диасофт, занимаюсь развитием платформы распределенных реестров Digital Q.BlockChain.

Помните, как в начале 2000-х каждый банк строил свою собственную систему онлайн-банкинга? Одни использовали Java, другие – .NET, третьи – что-то свое. Клиенты мучились: чтобы перевести деньги из одного банка в другой, приходилось распечатывать платежки и ехать в отделение. Сегодня рынок ЦФА в России переживает похожий этап. 19 операторов – 19 изолированных крепостей. Инвестор у «Оператора А» не может купить актив у «Оператора Б», даже если оба используют блокчейн. И проблема совсем не в технологиях.

Привет, Хабр! На связи команда SoftStore. В последнее время информационное поле бурлит: СМИ открыто заявляют о финальной блокировке Telegram уже в первых числах апреля 2026 года, WhatsApp давно находится под жесткими ограничениями и регулярно сбоит, а мобильные операторы вовсю обкатывают пресловутые «Белые списки» (White Lists). Панические настроения множатся каждый день, обрастая мифами и неработающими советами.

Давайте остановимся, выдохнем и посмотрим на ситуацию через призму инженерии. Эмоции в IT не работают, работают протоколы и физика сетей.

Реальность такова: механизмы белых списков появились не сегодня. Это планомерное развитие систем ТСПУ (Технические средства противодействия угрозам). На данный момент эти ограничения наиболее агрессивно применяются на сетях мобильного интернета. В моменты активации такого режима логика DPI (Deep Packet Inspection) меняется на противоположную: вместо того чтобы блокировать запрещенное (Black List), система начинает отбрасывать (drop) все пакеты, кроме тех, что идут к явно разрешенным ресурсам.

Анатомия мобильного White List: Трафик ходит только до инфраструктуры экосистем: Яндекс, VK, Сбер, личные кабинеты операторов связи, маркетплейсы (WB, Ozon) и ограниченный пул банков. Если вы попытаетесь отправить TCP-пакет на любой другой IP-адрес — он просто исчезнет. ТСПУ не будет ждать передачи 16 КБ данных для анализа сессии, пакет дропнется на этапе хендшейка.

В августе 2019 года, за несколько недель до выборов в Московскую городскую думу, Пьерик Годри из исследовательского института INRIA опубликовал результаты анализа кода московской системы дистанционного электронного голосования. Вывод был однозначным: параметры шифрования слабы настолько, что расшифровать голоса избирателей в режиме реального времени можно было за двадцать минут на стандартном ноутбуке с помощью общедоступного программного обеспечения Gaudry, Golovnev, 2019. Не взломал — математически решил задачу, которую разработчики системы, судя по всему, считали нерешаемой за разумное время. Ключ шифрования был построен на 256-битных параметрах ElGamal: при таком размере задача дискретного логарифма решается за минуты на обычном ноутбуке.

Годри опубликовал результат, уведомил разработчиков и указал на конкретное исправление: перейти на параметры не менее 2048 бит, или, лучше, на эллиптические кривые с эквивалентной стойкостью при меньшем размере ключа. Уязвимость закрыли за несколько часов. Но сам факт её существования говорит не об ошибке одного инженера — параметры, которые опытный криптограф определяет как слабые с первого взгляда, прошли через все стадии проектирования, разработки и предзапускового тестирования системы национального масштаба. Ни на одном этапе разработки и согласования не было звена, которое проверило бы это независимо от команды разработчиков. Оба изъяна нашли внешние исследователи — по собственной инициативе, до начала голосования.