379 рисков и 47 критических: что не покажет финансовая модель инвестиционного проекта
У проекта был убедительный бизнес‑план, положительный NPV и инвестор, готовый рассматривать вложение более 100 млн рублей. После отдельной оценки рисков он отказался от участия. Разберу, что именно проверять помимо доходности, почему число рисков само по себе ничего не доказывает и как не превратить экспертные проценты в иллюзию точности.
Иногда самое полезное, что можно сделать с инвестиционным проектом, — не вложить в него деньги. Не потому, что идея заведомо плохая или финансовая модель посчитана неправильно. А потому, что между расчётной доходностью и возможностью реализовать проект находится длинная цепочка событий, каждое из которых способно изменить итог.
Больше пятнадцати лет я занимаюсь исследованием рисков в реальном секторе экономики; этой теме была посвящена и моя кандидатская диссертация. За это время я не раз замечал одну закономерность: прогнозировать доходность предприниматели научились гораздо лучше, чем проверять, насколько проект устойчив к отклонениям от плана. В бизнес‑плане обычно есть раздел «Риски», но нередко он заканчивается фразой «риски управляемы». Само по себе это не ответ на вопрос инвестора.
Одна недавняя история хорошо показывает проблему. Ко мне обратился знакомый с почти двадцатилетним опытом управления машиностроительным предприятием. Ему предложили участие в проекте в сфере HoReCa — гостинично‑ресторанных и сопутствующих услуг. В промышленности он чувствовал себя уверенно, а для нового рынка у него не было той же отраслевой насмотренности.
Инициаторы подготовили бизнес‑план и финансовую модель. Показатели эффективности, включая NPV, IRR, дисконтированный срок окупаемости (DPBP) и индекс прибыльности (PI), выглядели привлекательно. Формального повода отвергнуть идею не было. Но оставался другой вопрос: что должно пойти не так, чтобы ожидаемые денежные потоки не состоялись?













