Всем привет, добро пожаловать на подкаст Mindscape. Я ваш ведущий, Шон Кэрролл. Сегодня у нас особый выпуск, потому что гостей не будет. Это сольный выпуск - говорить буду только я. А тема у нас масштабная: почему существует Вселенная? Почему существует нечто, а не ничто? Почему вообще хоть что-то существует? Я предложу вам свой ответ и рассмотрю несколько других возможных ответов. Это явно не тот вопрос, на который можно дать простой и окончательный ответ, с которым согласятся абсолютно все, но я постараюсь хотя бы обрисовать некоторые возможные варианты. Очевидно, это один из самых фундаментальных вопросов, какие только можно задать, и именно ради таких вопросов мы здесь, в подкасте Mindscape. Итак, начнем.

Меня часто спрашивают, когда я впервые заинтересовался наукой, физикой или космологией. Разные люди приходят в эту область по-разному. Некоторые открывают ее для себя довольно поздно, например уже в университете. Другие, наоборот, очень рано. Я отношусь ко второй группе - я заинтересовался еще ребенком. Обычно я говорю, что мне было десять лет, но на самом деле я помню другое: это был четвертый класс, когда мы с одноклассниками начали говорить о науке более осознанно, а не просто обсуждать то, что проходили в тот день на уроке. И меня все это по-настоящему захватило. Я знаю, что многие заинтересовались наукой благодаря научной фантастике - фильмам, сериалам, книгам и всему остальному. Но в моем случае это была именно научно-популярная литература. Я часами просиживал в местной публичной библиотеке и читал книги о кварках, Большом взрыве, общей теории относительности, физике элементарных частиц и квантовой механике.

Всем привет, добро пожаловать на подкаст Mindscape. Я ваш ведущий, Шон Кэрролл. Время! Оно не останавливается, несмотря на все психологические последствия жизни в условиях локдауна. То, как мы воспринимаем время, зависит от обстоятельств, но само время неумолимо движется вперед. Если, конечно, путешествия в прошлое вообще невозможны, как это изображается в бесчисленных научно-фантастических сюжетах. Но имеет ли это смысл? Разве в таком случае мы не смогли бы изменить прошлое, причем настолько радикально, что сами никогда не появились бы на свет? В этом сольном выпуске подкаста я говорю и о физике путешествий во времени, и об их изображении в фантастике. Я объясняю, что законы физики, возможно, допускают путешествия во времени, и рассказываю, как именно это могло бы работать, хотя на самом деле мы пока этого не знаем. А еще я пытаюсь разобраться в некоторых не самых логичных вариантах путешествий во времени, которые показывают в кино. Придумать непротиворечивую теорию, способную объяснить происходящее в «Назад в будущее», совсем непросто, но подкасты - занятие не для слабонервных.

Я хотел бы рассказать тем из вас небольшую историю о том, как мне самому удалось, пусть и совсем немного, повлиять на массовую культуру. Возможно, вы слышали о фильме «Мстители: Финал». Скорее всего, слышали, ведь на тот момент это был самый кассовый фильм в истории. И важную роль в нем играет идея путешествий во времени. Я не собираюсь раскрывать сюжет фильма, но до него был другой фильм, «Война бесконечности», в котором произошли довольно неприятные события, и герои «Финала» хотят исправить их, отправившись в прошлое. А если вы хотите ввести в фильм путешествия во времени, вам приходится принять определенные решения о том, как именно они работают. В реальном мире путешествий во времени мы пока не наблюдали, поэтому существует несколько разных теорий о том, как они в принципе могли бы происходить. И в какой-то момент Пол Радд, актер, который играет Скотта Лэнга, он же Человек-муравей, вместе с остальными героями обсуждает путешествия во времени и говорит: «То есть вы хотите сказать, что “Назад в будущее” - это полная чушь?»

Философия математики была бы гораздо проще, если бы не бесконечность. Само это понятие кажется вполне естественным, но стоит отнестись к нему всерьез, как мы сталкиваемся с парадоксальными результатами, противоречащими интуиции. Как отмечает в этой беседе математик и философ Джоэл Дэвид Хэмкинс, когда мы говорим, что натуральные числа - это «0, 1, 2, 3 и так далее», выражение «и так далее» остается безнадежно неопределенным. Мы обсуждаем различные подходы к осмыслению загадок бесконечности, возможные способы их разрешения и то, какие следствия все это имеет для математического реализма.

Джоэл Дэвид Хэмкинс получил степень PhD по математике в Калифорнийском университете в Беркли. В настоящее время он занимает должность профессора логики имени Джона кардинала О’Хары в Университете Нотр-Дам. Он один из основоположников идеи теоретико-множественной мультивселенной. По рейтингу репутации он занимает первое место среди пользователей MathOverflow. Сейчас он работает над книгой «Книга бесконечности» (The Book of Infinity), которая будет опубликована издательством MIT Press.

Майкл Манн - один из ведущих климатологов мира и активный сторонник более широкого и глубокого понимания климатических проблем обществом. Именно его совместное исследование с Рэймондом Брэдли и Малкольмом Хьюзом подарило нам знаменитый график “хоккейной клюшки”, наглядно показавший, насколько стремительно глобальная температура растет по сравнению с историческими значениями.

Мы немного углубимся в физику парникового эффекта, поговорим о методах, позволяющих восстанавливать температуру далекого прошлого, разберемся, почему климат раз за разом нагревается быстрее, чем в среднем предсказывали модели, а также обсудим связь между изменением климата и экстремальными погодными явлениями.

К счастью, даже этот разговор нельзя назвать исключительно пессимистичным. Если уже сейчас принять достаточно решительные меры, у нас все еще остается время, чтобы избежать самых катастрофических сценариев будущего.

От переводчика: это перевод сольного выпуска подкаста Шона Кэрролла - замечательного популяризатора науки, теоретического физика и профессора Университета Джонса Хопкинса. 

Физика переживает кризис. По крайней мере, нам так говорят. Мне доводилось слышать это в интернете, в подкастах и даже читать об этом в книгах. Мол, прямо сейчас физика находится в состоянии кризиса. И мне грустно это слышать. Я вырос с мечтой стать физиком. Теперь я физик. Помимо всего прочего, физика - это моя жизнь. Я очень ее люблю. Поэтому, когда я слышу, что моя область переживает кризис, это меня тревожит. Но что вообще значит “кризис”? Законы физики перестали работать? Физики объявили забастовку? Что именно происходит? Поэтому я решил записать сольный выпуск и рассказать вам о своем взгляде на так называемый кризис в физике. А взгляд мой заключается в том, что никакого кризиса в физике нет. Вот что я думаю. В любом случае, я объясню, почему я так считаю, а выводы вы сможете сделать сами. Но сначала хочу сказать, что мне немного грустно оттого, что приходится занимать именно эту сторону.

Вселенная, по-видимому, больше той её части, которую мы можем наблюдать. Большой взрыв произошёл конечное время назад, а свет распространяется с конечной скоростью, поэтому существует лишь конечный объём пространства, доступный нашим наблюдениям. В принципе пространство могло бы быть компактным многообразием с размерами, сопоставимыми с размером нашей наблюдаемой области, но нет никаких свидетельств в пользу такой возможности, и кажется вероятным, что пространство простирается гораздо дальше того, что мы видим. Поэтому естественно задаться вопросом: какова Вселенная за пределами наблюдаемой нами части? А есть ли там вообще что-то?

От переводчика: это перевод-выдержка из одного из ask-me-anything сессий физика-популяризатора Шона Кэрролла.

Вопрос: Я хотел бы узнать ваше мнение об одном распространённом критическом замечании в адрес теории струн — а именно о её фальсифицируемости

Ответ: [...] Здесь есть несколько моментов. Во-первых, сама идея фальсифицируемости во многом переоценена. Как я писал в своих блогах и статьях, когда Поппер говорил о фальсифицируемости, он на самом деле имел в виду две очень важные характеристики хорошей физической теории. Первая — теория должна быть определённой: она должна чётко указывать, какие события возможны, а какие — нет.

Понимаете? Она не может объяснять вообще всё подряд. И ещё один момент, на который он указывал, заключается в том, что должен существовать некоторый эмпирический способ оценить успешность теории — именно это действительно важно. По сути, важны именно эти две вещи. А он попытался свести их к одному критерию — фальсифицируемости, но это не совсем сработало. Современные философы науки не считают фальсифицируемость правильным способом отделять науку от ненауки.

Физикам нравится фальсифицируемость, потому что это короткая формула, правда? Не нужно особо задумываться. Когда же они разговаривают с настоящими философами науки, те начинают долго объяснять, всё становится сложным, голова начинает болеть, и разбираться не хочется. А фальсифицируемость — это просто удобный лозунг, который можно написать на бампере машины, но от этого он не становится более точным.

Так что проблема в том, что к фальсифицируемости часто относятся слишком упрощённо. Это один момент. А второй — прежде чем напрямую говорить о теории струн, позвольте привести пример того, как может работать ошибочное представление о том, что фальсифицируемость — это самое важное на свете.

Один из способов, при котором теория может оказаться нефальсифицируемой, заключается в наличии в ней свободных параметров. Например, в ньютоновской гравитации есть свободный параметр — гравитационная постоянная. Мы просто измеряем её, потому что знаем, что теория верна в определённом диапазоне условий.

Но если мы не уверены, что теория вообще применима в данном режиме, может оказаться, что у неё есть параметр с таким свойством: по мере того как его значение становится всё меньше и меньше, наблюдать какие-либо эффекты теории становится всё труднее и труднее. Например, струны очень малы, поэтому их трудно обнаружить. Тёмная материя взаимодействует крайне слабо, и в пределе, когда она вообще ни с чем не взаимодействует, мы никогда не сможем обнаружить её в лабораторных условиях.

Возникает вопрос: означает ли это, что теория нефальсифицируема, потому что существуют такие значения параметров, при которых её прямые следствия невозможно измерить? Многие рассуждают именно так — что если существуют свободные параметры, которые фактически «прячут» теорию от наблюдений, то она якобы не является фальсифицируемой. И вот в этом и заключается проблема.

А что если окажется, что теор

Всем привет. Тут мы обсудим очень простую технику, которая немедленно улучшает навыки ежедневной рабочей и общежитейской коммуникации. Как выражаться максимально ясно и не запутать слушателя или читателя. "Начинайте с сути, а подробности предоставьте позже".

Меня интересует эта тема, потому что в нашей программисткой работе постоянно нужно, или рассказываеть чем ты занимался, или чем ты собираешься заниматься, или нужно нужно максимально быстро и ясно ввести коллегу в курс дела, или написать всем в чат о какой-то проблеме. Часто на утренних стендапах я начинаю понимать коллегу только к концу его рассказа, когда он уже рассказал все детали и наконец перешел к сути. И, что греха таить, в моих нативных настройках нету таланта сразу так ясно и понятно, никого не запутав, все объяснить. Именно поэтому с недавних пор я воспринимаю как персональный челендж пытаться говорить максимально ясно.

Rust прекрасен для определенных целей. Но подумайте дважды перед тем как внедрять его в стартап, который должен быстро развиваться.

Я очень долго думал писать ли мне этот пост или нет, потому что я не хочу начинать или быть вовлеченным в холивар про языки программирования (чтобы сразу расставить все точки над "i": Visual Basic самый лучший язык программирования на свете). Но уже несколько людей спрашивали меня про мой опыт с Rust и должны ли они использовать его в своих проектах. В общем, я хочу поделиться своими наблюдениями, какие я вижу достоинства и недостатки Rust в стартапах, когда скорость разработки и легкость масштабирования команды очень важны.

Вопрос