Москва по развитию цифровых услуг опередила все города мира?
Месяц назад большой резонанс среди российских пользователей фейсбука вызвала заметка Ивана Замесина (сооснователь и CEO компании Focus Calendar) о том, что Москва и Санкт-Петербург стали мировыми лидерами по качеству цифровых продуктов и услуг. В первую очередь имеются в виду финтех, телеком, веб-сервисы и т. д. По словам Замесина, этот факт признают многие знакомые, которые «живут на несколько стран»:
«Необанки в приложениях для нас привычная реальность. Быстрый мобильный интернет стоит $10/мес. В Москве, Питере и миллионниках продукты приезжают за 15-20 минут… Няни, уборщицы, доставка, химчистка, ремонт, любые специалисты любой компетентности — всё оцифровано, качественно и в любой бюджет. — пишет Иван, выражая комплименты российской ИТ-отрасли и отечественным инженерам. — Возьмите похожие по концентрации людей города-страны: Сингапур, Голландию, Нью-Йорк, Лос-Анджелес. Там уровень сервисов и продуктов уровня Сызрани [nothing personal]».
Что ж, давайте проверим, насколько справедливы эти тезисы. Посмотрим объективные рейтинги по некоторым пунктам.
Интернет
В рейтинге стран по скорости мобильного интернета по состоянию на июль 2021 года Россия занимает 90-е место в мире, средняя скорость скачивания в тесте Speedtest — 27,07 Мбита/с). В лидерах ОАЭ (190 Мбит/с), Южная Корея (189,2) и Катар (170,8).
По скорости фиксированного интернета у России 51-е место (90,33). Лидеры — Монако (256,7), Сингапур (256,03) и Гонконг (248,6).
По итогам I квартала 2021 года Москва лидировала по этому показателю среди крупных российских городов.
В рейтинге мировых столиц по скорости 5G лидируют Осло, Сеул и Абу-Даби. В топ-15 вошли Стокгольм, Хельсинки и София.
Доставка продуктов
Доставка продуктов — новая отрасль, которая сейчас бурно развивается во всех крупных мегаполисах мира. Специалисты говорят, что в этой фазе идёт интенсивный рост, накачка стартапов инвестициями и передел рынка. И действительно, есть понимание уникального российского опыта в этой сфере, где РФ по объективным причинам опережает Европу и США.
Эксперты признают, что формат экспресс-доставки продуктов изобрели в Турции, потом он появился в России — и только сейчас адаптируется в Европе и США. По этой причине наш регион сейчас впереди всего мира.
Российские предприниматели в США отмечают отсталость этой страны в некоторых отношениях:
«Америка — страна в себе, она не видит, что происходит в мире. Здесь до сих пор в ходу бумажные чеки, банки отстают от «Тинькофф» и Альфа-банка, нет нормального каршеринга… Местные уверены, то у них и так всё самое лучшее. Они не знают, что у них медленный интернет, что в России распространены бесконтактные платежи до такой степени, что вскоре можно будет милостыню с помощью Apple Pay подавать».
Об этом и писал Иван Замесин в фейсбуке.
Сейчас российские предприниматели пользуются своим преимуществом, запуская в США новые для этой страны сервисы экспресс-доставки продуктов за 15 минут.
Антон Гладкобородов и билборд с рекламой его стартапа Fridge No More в Нью-Йорке. Фото: Forbes
Госуслуги и Big Data
«Госуслуги и МФЦ я считаю невероятным достижением, — пишет Иван Замесин. — Если вы когда-либо разрабатывали технологически сложный продукт, то вы наверняка сможете проникнуться тем, КАКОГО размера авгиевы конюшни [оффлайн-архивы, древние протоколы, куча разрозненных сущностей, бррр] разгребали менеджеры и инженеры Госуслуг и МФЦ. Реально памятник пацанам и девчонкам надо поставить».
Действительно, в этой области в последние годы наблюдается большой прогресс. При этом и госуслуги, и большинство клиентских цифровых сервисов в реальности основаны на обработки больших данных. То есть каждое действие в рамках цифровых услуг — это данные.
У этой медали есть и обратная сторона, потому что централизованный сбор данных означает более масштабные утечки и порождает ощущение слежки со стороны Большого брата. К сожалению, на сегодняшний день цифровая грамотность населения такова, что большинство готово жертвовать приватностью ради удобства и скидок.
Получается так, что чем лояльнее законодательство к обработке больших данных — тем более качественные и удобные цифровые сервисы можно разрабатывать в этой конкретной стране. А если всё запрещать и регулировать, то разработчикам придётся получать разрешение на каждое действие.
В общем, в этой области ещё предстоит нащупать компромисс, который будет устраивать всех: и обеспечивать защиту приватности, и разрешать обработку персональных данных в разумных пределах.
На самом деле электронное правительство, электронный документооборот и цифровое взаимодействие с госорганами реализовано во многих странах.
Чтобы оценить позиции России по уровню проникновения технологий технологической инфраструктуры, можно обратиться к индексу развития электронного правительства E-Government Development Index (EGDI) от ООН, на который ориентируется Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации.
Этот рейтинг оценивает состояние электронного правительства в странах-членах ООН. В расчёт принимается три фактора: развитие и функциональность самих веб-сайтов, уровень проникновения интернета (инфраструктура) и образование населения.
По индексу EGDI в 2020 г среди лидеров Дания, Южная Корея, Эстония, Финляндия, Австралия, Швеция и др. Всего к высшему классу оценки (VH) по развитию электронного правительства отнесены 14 стран: Дания, Республика Корея, Эстония, Финляндия, Австралия, Швеция, Великобритания, Новая Зеландия, США, Нидерланды, Сингапур, Исландия, Норвегия и Япония.
Россия на 22-м месте в Европе:
Конкретно по индексу онлайн-услуг (OSI) Российская Федерация заняла 39-е место в мире. Лидируют Южная Корея, Эстония, Дания, Финляндия. В таблице ниже перечислено, какие конкретно услуги электронного правительства реализованы в большинстве стран мира (по количеству стран).
Кроме цифровой трансформации правительства на национальном уровне, в 2020 году эксперты оценили местное электронное управление в 86 городах, поскольку «городские и муниципальные администрации имеют более прямое взаимодействие с жителями и отвечают за решение проблем в повседневной жизни людей».
Местные органы власти создают «умные города», используя передовые технологии. В отчёте ООН приводятся такие примеры:
- использование чат-ботов AI для улучшения предоставления услуг и оптимизации внутреннего управления персоналом;
- использование Big Data и аналитических данных для разработки и осуществления эффективной политики местных органов управления и оптимизации городских государственных ресурсов;
- использование Интернета вещей для поддержки интеллектуальных приложений в здравоохранении, транспорте, правоохранительных органах и чрезвычайных ситуациях;
- использование дополненной реальности и виртуальной реальности для улучшения навигационного опыта и безопасности водителей и поддержки спасательных операций;
- цифровые приложения для разрешения транспортных заторов, безопасного удаления твёрдых отходов, уменьшения загрязнения воздуха и решения других высокоприоритетных вопросов.
ООН особенно подчёркивает, что в настоящее время данные рассматриваются в качестве ключевого ресурса и стратегического актива для правительств.
По результатам оценки 86 городов был составлен индекс LOSI (индекс местных онлайн-сервисов), по которому Москва заняла 6-е место в мире после Мадрида, Нью-Йорка, Таллина, Парижа и Стокгольма.
Ниже перечислены ведущие города в каждой подгруппе LOSI.
Подробнее см. стр. 87?113 в докладе ООН.
Клиентские банки
Топикстартер восхищается российской банковской сферой, особенно трансформацией Сбербанка:
«Греф и менеджмент Сбербанка — маги и кудесники, которые смогли превратить древнюю ржавую махину с токсичной культурой в стремительно ускоряющегося цифрового мастодонта, которого боится Яндекс. А у Яндекса дай боже технологическая и культурная фора в 15 лет».
В самом деле, в области финтеха российская банковская индустрия достаточно развита, это все отмечают. Тут действительно есть чем гордиться. Например, банк «Тинькофф» в прошлом году выиграл награду World's Best Digital Banks 2020 в пяти номинациях, в том числе "Best Consumer Mobile Banking App in Central and Eastern Europe".
Или вот итоги прошлогоднего рейтинга Digital Bank Awards 2020 от Global Finance.
Здесь тоже «Тинькофф» и «Сбер» занимают первые места по разным номинациям, хотя напрямую их не сравнивают с банками Западной Европы и других регионов мира.
В Европе и США не так много банков, которые обеспечивают такой же набор сервисов. Например, вот сравнение мобильных приложений от 79 банков, десятка лучших выглядит так:
- Revolut
- Belfius
- Intesta Sanpaolo
- KBC
- Boursorama
- Bunq
- BBVA
- N26
- Illimity
- Barclays
Страна победившего киберпанка
Сам Иван Замесин в своём посте признаёт некоторые не самые приятные особенности российского общества и экономики, которые способствуют концентрации ресурсов в столице и притоку нелегальных мигрантов, готовых работать в доставке продуктов и в такси за гроши.
Действительно, в России не настолько тщательно соблюдаются права человека и не развиты профсоюзы.
Причина прогресса «Сбербанка» — огромные запасы наличности, которые она получила как правопреемник советской монополии. Её так не подвергли нормальной процедуре разделения демонополизации, так что во многих регионах «Сбер» остаётся единственным и центральным банком для местных жителей, через него проходят абсолютно все платежи. Что бы компания ни делала — ей всё равно каждый месяц приходят миллиарды прибыли. «Они конвертируют это в нечеловеческие офферы X2-X3 инженерам и менеджерам», — пишет Иван.
Таким образом, в Москве сложилось довольно уникальное сочетание факторов:
- избыток финансов (со времён Золотой Орды финансовые потоки стекаются в единый центр, которым стала Москва);
- отсутствие устаревшего legacy в телекоме и банковской отрасли, поскольку эти отрасли создавались в 90-е годы практически на пустом месте (упрощает развёртывание новой инфраструктуры);
- избыток мигрантов в Москве (в том числе нелегальных, готовых работать в том числе с нарушением трудового законодательства, за низкую плату);
- отсутствие профсоюзов, защищающих права наёмных рабочих в «новых» отраслях экономики;
- высококвалифицированные инженерные кадры, которые съезжаются в том числе из регионов РФ.
«И что? — спрашивает Иван Замесин, признавая эти объективные факторы. — Всё равно, задачки которые мы решили — это сложные задачи, которые не решены в большом количестве значительно более богатых [и в абсолютах и per capita] и достаточно развитых технологически странах. Мы просыпаемся с мыслями «интересно, прокрасился ли эксперимент?», «блин, как же поднять конверсию», переживаем про работу, овертаймим и до хрипоты спорим с коллегами про то, какого цвета нужно сделать эту кнопку. Для нас работа—конструктор LEGO, играясь в который и кайфуем и улучшаем жизни миллионов людей».
Некоторые комментаторы сравнивают ситуацию с классическим киберпанком, когда на фоне общего развала инфраструктуры и экономики, сильного расслоения между бедными и богатыми наблюдается высокий уровень цифровизации, процветает интернет и цифровые сервисы.
В результате возникает ситуация, когда в некоторые регионы невозможно проехать по дороге из-за ужасной инфраструктуры. В деревню не может добраться скорая помощь, зато здесь доступен лучший в Восточной Европе онлайновый банкинг, сельчане могут поиграться с мультивалютными депозитами, оформить кредит или заказать банковскую карточку с доставкой на дом (когда до деревни доедет почтальон).
По качеству цифровых сервисов Москва занимает 6-е место в мире. Теперь осталось повысить этот уровень в провинции. Возможно, интернет и цифровые сервисы станут плацдармом для общего восстановления глубинки: строительства мостов, дорог и другой инфраструктуры, подъёма медицинского обслуживания и системы образования, справедливого правосудия, эффективной избирательной системы, улучшения жизни обычных людей.
В любом случае, IT — это одно из немногих достижений современной России, которым можно гордиться. Хотя и немножко стыдно, если вспомнить об упадке в остальных областях.