Как утверждают психологи «все проблемы человека происходят из детства» — все что не дали родители в юном возрасте потом обязательно проявит себя во взрослой жизни.
В моем, весьма специфическом случае такой нереализованной мечтой детства долгое время оставался... компилятор Watcom, дорваться до которого удалось лишь спустя почти тридцать лет.
Рассказываю об этом удивительном проекте.
Этим летом наша детская школа искусств выступает с песнями и танцами на шоу в Диснейленде. Мы все предвкушаем поездку, но мою радость слегка омрачил тот факт, что для доступа к расписанию, графику поездки и информации о проживании придётся установить приложение Travelbound.
Да на кой оно мне надо? Это должна была быть простая веб-страница. С чего ради я должен устанавливать очередное хреново приложение только ради того, чтобы увидеть информацию, которую можно было уместить в гораздо более компактном, быстром и доступном документе?
И я нисколько не преувеличиваю. По своей сути, это приложение представляет текст, картинки и ссылки на PDF-файлы, загружаемые из интернета.
Девочка Салли прячет шарик в корзинку и уходит. Тетя Анна достает его и перекладывает в коробку. Салли возвращается.
Вопрос двум детям, которые наблюдали: где Салли будет искать шарик?
Трехлетний ответит — в коробке. Там же шарик, логично.
Четырехлетний — в корзинке. Там, где его нет, но там Салли его оставила.
Чувствуете логическую дыру? А ее нет.
Только что я воспроизвел вам известный научный эксперимент, который по сей день оставляет науке когнитивного восприятия незакрытый вопрос. Сегодня поговорим об одной из самых загадочных и простых теорий психологии, с которой не могут разобраться полвека.
Что вершит судьбу LLM в этом мире. Некая незримая инструкция или закон, подобно промту Господнему, парящим над миром? По крайне мере истинно то, что LLM не властен даже над своей волей.
В 2025 году главной угрозой кибербезопасности по версии OWASP стал не вирус и не баг, а обычный человеческий язык. Многие думают, что проблему можно решить, просто запретить модели нарушать правила. Но это так не работает. Promt Injection нельзя просто выключить, потому что так вы все сломаете.
Как работает главная уязвимость LLM? Почему с ней так тяжело бороться? И что все-таки делать, чтобы защититься от нее?
В первой части статьи мы обсудили те вводные, с которыми столкнулся Советский Союз на заре появления ЭВМ. Вспомнили про негативное отношение к кибернетике, страх бюрократии и знаковых людей, которые меняли ситуацию. В этой статье мы продолжим тему: сначала пройдемся по четырем поколениям ЭВМ, которые использовались в СССР, а затем посмотрим, как эти машины работали на земле — в металлургии, машиностроении, энергетике и нефтянке.
Западный Берлин, 1987-й год.
Уже 26 лет город живёт, обнесённый стеной, и ждёт, что её вот-вот проломят советские танки.
Это сформировало в городе уникальную атмосферу и сделало его культурной столицей андеграунда: художники едут, чтобы рисовать на стене граффити, музыканты - чтобы записывать новые альбомы и выступать в местных клубах.
А ещё тысячи людей едут сюда просто чтобы потусить в клубах, которые не закрываются всю ночь, и увидеть на расстоянии вытянутой руки своих кумиров.
Давайте посмотрим, как жил и развлекался город, который знал, что завтра может не наступить.
Привет, Хабр! Пару недель назад я рассказал о довольно необычной покупке — модульном компьютере Khadas Mind 2. Тогда я постарался раскрыть несколько базовых вопросов: почему вообще выбор пал именно на него, чем эта система отличается от привычных мини-ПК и какие впечатления появились сразу после покупки. Сейчас девайс окончательно перестал восприниматься как новая игрушка. Стоит себе на столе, сигнализирует о нормальной работе зеленым огоньком (цвет можно менять, кстати) и делает все, что должен.
Но для того, чтобы все так и было, пришлось решить несколько проблем. Об освоении этого девайса сегодня и поговорим. Поехали!
В последнее продолжительное время занимаюсь разработкой ПО и алгоритмов по русистике. Иногда ищу обсуждение, задачки из комментариев и на Хабре. Попался на глаза занятный коммент:
Однажды знойным летним вечером я оказался на лекции по искусственному интеллекту. Лектор - профессор СПбГУ - начал с краткого обзора истории этой науки с середины прошлого века и закончил красочным описанием тех чудес, которые нам (обязательно) принесут нейросети в будущем.
Я большой нейроскептик: я был бы рад, если бы в один момент все ИИ-компании просто испарились, как не было их, и мы вернулись в эпоху мясных копирайтеров и недооплачиваемых стажёров. Однако, кажется, этого в ближайшем будущем не предвидится, и потому приходится хотя бы одним глазком приглядывать - что там в этой области происходит?
В прошлой статье я писал как перенести свою музыку себе домой, а это руководство для того, кто решил забрать свой фотоархив домой. От пустого LXC-контейнера до работающего Immich: свой «Google Photos» с умным поиском и лицами на встроенном GPU, доступ с телефона из любой точки мира — и перенос семнадцати тысяч фотографий из Google без потери единого кадра и с восстановлением геолокации.
Когда Neuralink Илона Маска выкладывает ролики, где человек силой мысли двигает курсор или печатает текст, это всегда собирает кучу просмотров и обсуждений. И ведь это не просто так — технология действительно впечатляет. Импланты вживляют прямо в кору, сигналы от отдельных нейронов летят в компьютер почти без потерь, и выглядит все это как настоящее будущее, которое уже здесь.
Но за громкими новостями о Neuralink легко не заметить, что эта компания не главная. Сегодня интерфейсы «мозг-компьютер» развиваются сразу в нескольких направлениях: от полностью имплантируемых систем до устройств, которые достаточно просто надеть на голову. Причем именно второй путь сейчас особенно активно продвигают китайские компании, рассчитывая быстрее вывести такие решения из лабораторий в реальную медицину. Давайте разбираться.
Всё началось не с мечты про «поисковик нового поколения». Мне понадобился быстрый self-hosted Tavily-compatible API для собственных рабочих и личных AI-решений: без оплаты за каждый запрос, без внешнего сервиса в обязательной цепочке и с индексом, содержимое которого контролирую я сам.
Тут я вспомнил про YaCy. Когда-то я уже поднимал его ноду. Идея мне нравилась, а реализация — заметно меньше: Java, тяжёлая машина и примерно шесть секунд ожидания ответа на моей тогдашней установке. Для человека, который один раз нажал Enter, это ещё можно пережить. Для агента, делающего несколько поисков, уточнений и extract подряд, это превращает один шаг в минутный перекур.
Поэтому вместо ещё одной обёртки над чужим поиском я оставил от YaCy сетевой протокол и начал собирать поисковую ноду заново: на Go, с отдельным краулером, embedded storage, нормальным API и ranking pipeline из современных работ по information retrieval.
Под катом — немного сетевой археологии, Bleve, bbolt, gRPC, BM25, LambdaMART и рассказ о том, как задача «дайте локальный endpoint для AI-агентов» постепенно превратилась в реинкарнацию YaCy.
На первый взгляд может показаться, что «5G в Африке три раза быстрее, чем в Британии» — это что-то из комиксов про Ваканду. А понятия «надежное соединение» и «Сомали» вообще не могут соседствовать в одном предложении. Тем не менее, африканским телекомам есть, чем удивить — ниже собрали несколько любопытных фактов о том, как обстоят дела в регионе, который готовится показать самые высокие темпы роста абонентов 5G в мире.
Набросок этой статьи писался под влиянием подозрительных веществ лекарств, когда я ещё находился в военном госпитале после ранения, недавно выйдя из месячной комы. Обездвиженный, наглухо лишённый возможности пользоваться своей левой половиной тела, я вкусил все радости от использования современных смартфонов..., возненавидев их. Тогда я понял: пора что-то менять в нашей жизни к лучшему.
Хотя если быть точным, мысль, развиваемая в этой статье, посещала меня задолго до ранения, но только сейчас мне пришла идея как красиво это упаковать.
Я хочу ниже не только помечтать о новом подходе к интерфейсам, но и предложить идею реализации, которую ты, читатель, сможешь осилить уже сейчас.
Мне нужно было оплатить Zoom для команды — годовой Workplace Pro, $169.90. Написал посреднику, которого посоветовали в чате. Ответ пришёл быстро: «Да, по стоимости 18 422 Рубля, оплачиваем?»
По курсу ЦБ $169.90 — это 13 320 ₽. Откуда ещё пять тысяч? «Курс и комиссия», — ответил менеджер. Какой курс, какая комиссия — не ответил.
Я плачу за ChatGPT, Zoom и Steam и переплачиваю непонятно кому непонятно сколько. Поэтому я сделал то, что делает любой инженер, столкнувшийся с чёрным ящиком: запросил стоимость у 13 посредников и виртуальных карт и записал ответы.
В итоге восстановил (реверс-инженернул?) формулу, по которой посредники считают свои «индивидуальные» комиссии. А еще сделал простой калькулятор, где видно, какой способ оплаты лучше подходит для какого сервиса (это в конце).
Хотя многие считают Linux современной операционной системой, она воплощает в себе идеи, которым уже более 50 лет. Рассмотрим некоторые из этих давних концепций и причины, по которым они сохраняются в современных дистрибутивах Linux.
В прошлой статье я разобрал Fire & Forget II – гонку 1990 года – и пересобрал её на C. Но у игры, кроме пикселей, есть звук, и с ним получилась отдельная история: звуковой драйвер тоже переехал в порт целиком, вместе со всеми своими данными. А когда в руках живой музыкальный движок 1990 года – грех не заставить его объяснить, как вообще звучала та эпоха.
Под катом – 28 минут саундтрека игры в настоящем Winamp с окном живых регистров чипа, разбор синтезатора OPL2 по этим регистрам на пяти коротких видео – от одной ноты до взрывов и вертолётов – и виртуальная машина музыки: байткод, интерпретатор и пьеса, которую композитор вырезал из игры.
В моём таск-менеджере сейчас больше пятидесяти пунктов, которые начинаются не с «сделать», а с «получить от…».
Документы от заказчиков, результаты от разработчиков, поручения трём личным ассистентам и даже путеводитель от девушки – всё это нужно не выполнять самому, а вовремя проверять и напоминать. Обычная колонка «Ожидаю» перестала справляться, когда ожиданий стало слишком много.
Рассказываю, как я перестроил личную GTD-систему: отделил срок результата от даты следующего контроля, связал Trello с календарями, не стал дублировать GitLab и сохранил одну точку ответственности в иерархии ассистентов.
Манускрипт Войнича это рукопись, написанная на неизвестном языке. Она пока не расшифрована. Я решил провести свой анализ. В этой статье описаны закономерности, которые мне удалось найти. Есть вероятность, что текст является фонетической записью какого-то диалекта китайского языка. Я нашел несколько слов, которые могут быть зацепкой. А могут и не быть. На этот случай я предлагаю альтернативный подход к расшифровке.
Крупнейшая в мире площадка для ИИ-моделей Hugging Face сообщила о вторжении в свою инфраструктуру, которое отличалось от всего, с чем компания сталкивалась раньше, одной деталью: атаку от начала и до конца провела автономная система ИИ-агентов. Причем и поймала, и разобрала атаку компания во многом тоже с помощью ИИ.