![](https://habrastorage.org/r/w780/getpro/habr/upload_files/03f/4eb/1cc/03f4eb1cc5a0b105cd14da552775af3a.jpg)
Это продолжение практикума по развертыванию Kubernetes-кластера на базе облака Mail.ru Cloud Solutions и созданию MVP для реального приложения, выполняющего транскрибацию видеофайлов из YouTube.
Пользователь
Это продолжение практикума по развертыванию Kubernetes-кластера на базе облака Mail.ru Cloud Solutions и созданию MVP для реального приложения, выполняющего транскрибацию видеофайлов из YouTube.
Это продолжение практикума по развертыванию Kubernetes-кластера на базе облака Mail.ru Cloud Solutions и созданию MVP для реального приложения, выполняющего транскрибацию видеофайлов из YouTube.
Я Василий Озеров, основатель агентства Fevlake и действующий DevOps-инженер (опыт в DevOps — 8 лет), покажу все этапы разработки Cloud-Native приложений на K8s: от запуска кластера до построения CI/CD и разработки собственного Helm-чарта.
Напомню, что в первой части статьи мы выбрали архитектуру приложения, написали API-сервер, запустили Kubernetes c балансировщиком и облачными базами, развернули кластер RabbitMQ через Helm в Kubernetes. Сейчас во второй части мы настроим и запустим приложение для преобразования аудио в текст, сохраним результат и настроим автомасштабирование нод в кластере.
О Kubernetes и его роли в построении микросервисных приложений известно, пожалуй, большинству современных IT-компаний. Однако при его внедрении часто возникает вопрос — какой вариант установки выбрать: Self-Hosted или Managed-решение от одного из облачных провайдеров. О недостатках первого варианта, думаю, известно всем, кто проходил через ручное конфигурирование K8s: сложно и трудоемко. Но в чем лучше Cloud-Native подход?
Я Василий Озеров, основатель агентства Fevlake и действующий DevOps-инженер (опыт в DevOps — 8 лет), покажу развертывание Kubernetes-кластера на базе облака Mail.ru Cloud Solutions. В этом цикле статей мы создадим MVP для реального приложения, выполняющего транскрибацию видеофайлов из YouTube.
Андрей Маркелов работает в компании Atlassian над продуктом Confluence Cloud. В прошлом работал в Mail.ru, был аутсорсером в NFL.com, работал в advertising-стартапе. Много времени отдал компании Infobip.
Андрей в индустрии с 2007 года. Больше 5 лет занимался аутсорсом для IBM, когда десктопные приложения были еще очень популярны. Там он делал DB2 Recovery Expert for Multiplatforms и другие странные продукты, которые до сих пор существуют, но не имеют широкой популярности. Сейчас переехал жить в Долину.
Мы поговорили с Андреем про то, как сделать себе имя, разрабатывая плагины на голом энтузиазме, почему опытные разрабы мучаются от синдрома самозванца, каково работать над продуктом, которым пользуется половина индустрии, и куда движутся технологии.
Алексей Миловидов работал инженером в Яндекс.Метрике, и перед ним стояла непростая задача.
Яндекс.Метрика работала с петабайтами данных — это был третий по популярности сервис веб-аналитики в мире. Для него нужна была база данных, которая может обрабатывать огромное количество данных в реальном времени, очень быстро, при этом не сжигая миллиарды денег.
Долгое время такая СУБД разрабатывалась только для внутренних нужд — но в 2016 вышла в опенсорс под названием ClickHouse, и сообщество встречает инструмент по-разному.
Мы поговорили с Алексеем о том, как он стал разработчиком, почему ClickHouse намного быстрее всех аналогов и как так получилось, какова цена производительности, почему ClickHouse стал опенсорсным и куда вообще движется индустрия.
Антон Черноусов — developer advocate — пришел в Yandex.Cloud, чтобы заниматься микросервисами, популярными в индустрии Docker и Kubernetes . Но главная его профессиональная страсть — это Serverless. Мы поговорили с Антоном, и он объяснил, почему бессерверные платформы ждет большое будущее.
Иногда вещи находят себе применение неожиданно и не в том, для чего их задумывали.
В 1960-е годы Кен Томпсон — легенда программирования — написал компьютерную игру Space Travel для операционной системы Multics. Система была проектом компании Bell Lab, где он работал вместе с Денисом Ритчи. Позже проект закрыли, и чтобы продолжать играть в свою Space Travel, Томпсон решил портировать ее на компьютер PDP-7. Инструменты, которые он создал для порта, затем легли в основу операционной системы Unix.
Томпсон написал в одиночку первые три версии. Для Unix был нужен системный язык — так появился B. Позже Денис Ритчи, коллега и друг Томпсона, подхватил разработку и написал язык C. Вот так в основе почти всего, на чем построены современные технологии, лежало желание поиграть в компьютерную игру и пет-проекты для забавы.
Кен Томпсон построил блестящую карьеру исследователя в области computer science. В середине 2000-х он устроился в Google, где вместе с Робом Пайком и Робертом Грейсмером создал Golang — один из самых популярных языков последнего времени.
Данила Мигалин (@miga) живет в Вильнюсе и работает инженером в Uber.
Давным-давно контора, которая занималась русификацией игр, не взяла его работать переводчиком. На следующий день он устроился админом, потому что в школе увлекался программированием. «Русское IT — это большая деревня, одни и те же люди переходят из компании в компанию. До Uber я успел поработать в Яндексе и Майкрософте», — говорит Данила.
С 2006 года он занимался ip-телефонией и админской работой. В свободное время писал на Перле, затем на Питоне, делал свои пет-проекты. Некоторые из них даже пошли в продакшн и в Яндексе, и в Майкрософте. Писать по-серьезному в продакшн он начал, только когда пришел в Uber. «Место, которое мне предложили в компании, предполагало знание Golang. Меня не смутило то, что я иду админом на позицию разработчика. Я думал: отлично, наконец-то можно будет завязать с админским делом и спокойно писать код».
Однажды я вел вебинар про то, как принимать 10 000 ивентов в секунду. Показал картинку, зрители увидели сиреневый слой, и началось: «Ребят, а зачем нам все эти кафки и рэббиты, неужели без них не обойтись»? Мы и ответили: «Зачем-зачем, чтобы пройти собес!»
Очень смешно, но давайте я все-таки объясню.