Что может пойти не так, если в надежном криптографическом алгоритме цифровой подписи вместо случайного числа использовать константу? Для компании Sony эта невнимательность обернулась полной компрометацией мастер-ключа PlayStation 3. История безопасности консолей полна таких поучительных примеров: от переполнения буфера из-за слишком длинной клички лошади в игре Zelda – до глитч-атак на цепи питания. Давайте разберем, какие инженерные уроки можно извлечь из тридцатилетней гонки вооружений между хакерами и платформодержателями.

Как вы представляете себе хакера в реальной жизни? Наверное, в голове сразу возникает образ из киберпанка или, напротив, тихого парня в очках и свитере с высоким горлом, сидящего в углу кабинета.

И второй вопрос: чем, по-вашему, занимается современный хакер? Скорее всего, вам представляется злоумышленник, ворующий аккаунты в социальных сетях, не так ли?

Реальность конечно как всегда работает слегка по другому и сегодня я расскажу две истории с кардинально разным финалом, но общим нарративом. Это рассказы о хакерах, что во многом повлияли на наш мир, но каждый по своему.

Playdate – крошечная консоль с жёлтым корпусом и процессором, который в эпоху гигагерцев кажется игрушечным. Разрешение – 400x240, один бит, без оттенков серого. Видеочипа нет: всё, что видите, считает скромный ARM-процессор. Казалось бы, какое тут 3D?

Но Кристина Рамос решила проверить, где проходит граница возможного. Начала с рейкастера, а закончила софтверным рендерером, который читает BSP-карты.

Игры Return of the Obra Dinn и Jet Set Radio вдохновили Кристину на монохромный селшейдинг с жирными контурами. В статье она рассказывает, как 1-битный экран Playdate заставил отказаться от фотореалистичных текстур и найти уникальный визуальный стиль для 3D-игры.

Представьте: через ваш сервер проходит 10 миллионов запросов в минуту. Каждый запрос содержит метку (например, ID пользователя, IP-адрес или поисковый запрос). Руководство просит: «А давайте посмотрим, кто из пользователей самый активный?». Задача выглядит простой, пока вы не осознаете, что хранить HashMap из 10 миллионов ключей в оперативной памяти — это сотни мегабайт, а если ключи — длинные строки, то и гигабайты.

Вероятностные структуры данных решают такие задачи без гигантских кластеров. В прошлых статьях мы разобрали, как с помощью HyperLogLog считать количество уникальных элементов, а с помощью Фильтра Блума — проверять наличие элемента. Сегодня мы закроем триаду и поговорим об алгоритме, который отвечает на вопрос «А сколько раз этот элемент встречался?» с фиксированной памятью в пару килобайт и строгой вероятностной гарантией.

И это — Count-Min Sketch! Структура, которая лежит в основе анализа потоков в базах данных (от ClickHouse до BigQuery) и сетевых протоколов. Мы разберем её математику, реализуем на чистом C с использованием MurmurHash3 и проведем бенчмарки.

Не так давно мы вспоминали про игры, которым вот вроде и лет много, но они всё еще топ даже сейчас, и был там один пример в лице Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty.

При подготовке этого материала я лично перепроходил игру и удивлялся, сколько всего предсказал Кодзима в сюжете… А потом я задумался, был ли кто-то еще из игроделов, кто в своих проектах показал вещи, которые мы в наше время наблюдали так или иначе хотя бы один раз.

Собственно, в этом материале мы и посмотрим на несколько таких примеров.

Последние 5 лет, Apple использует в своих устройствах чипы исключительно собственной разработки. iPhone, Mac, Apple Watch, AirPods — все эти устройства так или иначе базируются на процессорах, которые были разработаны инженерами яблочной компании. Однако в 2000-х всё было не так и Apple собирала свои устройства из целой солянки самого разного железа — чаще всего от Samsung и Infineon (Siemens).

В сегодняшней статье мне хотелось бы рассмотреть аппаратную платформу оригинального iPhone и iPhone 3G. Мы с вами развеем главный миф о процессоре от Samsung, разберем устройство, проанализируем схемотехнику, узнаем и узнаем, за что отвечает каждый чип на плате. Интересно? Тогда жду вас под катом!

Здравствуйте, уважаемые читатели! Безусловно, все слышали про игру Pacman. А слышали ли Вы про Pacgirl? Это подруга Pacman — она с бантиком...

Основная «фишка» эксперимента этой статьи — это, конечно, сеть ИОЛА, построенная из советских комплектующих. Её основа — сетевые адаптеры, собранные на «рассыпухе» малой степени интеграции, работающие по сей день. Самая старшая микросхема в сетевой плате — почтенная К155ЛА3 — датируется аж 1985 годом. Ей «стукнул» 41 год.

Для демонстрации сетевого взаимодействия мы выберем развлекательно-игровую среду. В качестве сетевого теста у нас будет Pacman! Простейшая и в то же время класснейшая игрушка. В нашем эксперименте данные между двумя машинами мы будем передавать не дискетками и не нуль-модемным кабелем. Мы увидим, как работает FTP-сервер, запущенный под MS-DOS.

Гоним мистера Пакмана, Пакгёл, догоняй...

Вам нужно в одном выражении использовать временный бит, а потом вернуть его в исходное состояние, не прибегая к дополнительным строчкам кода.

Задача тянет на головоломку, но в мире двумерного синтаксиса у неё есть красивое решение — просто отзеркалить операцию строчкой ниже. Такой трюк напрямую моделирует обратимость вычислений из квантовой физики.

Статья как раз об этом: как освоение второго измерения помогает чисто и наглядно записывать цепочки операторов, чистить мусор и даже строить 3-битный сумматор, который выглядит как единый двумерный блок.

Всем привет! Сегодня я хочу вам рассказать о Peertube — некоммерческой децентрализованной видеоплатформе с открытым исходным кодом. В нем есть возможность загрузки контента, комментирования, поиска, а также изменения видео, когда оно уже опубликовано.

Peertube основан на технологии P2P (peer-to-peer) для обмена видео по принципу всех известных торрентов. Исторически PeerTube использовал WebTorrent, но уже несколько лет (начиная с версии 6.0) проект полностью перешел на протокол HLS в связке с WebRTC.

Что лучше — централизация или децентрализация? Что такое Fediverse? И наконец — как создать свой инстанс-сайт для сохранения видео на случай, например, блокировки ютуба? Давайте-ка погрузимся в теорию и практику!

В конце концов мы опубликуем свой децентрализованный видеохостинг!

Привет, Хабр! Это снова Денис — тимлид инфраструктурной Core-команды в Timeweb Cloud.

В прошлой статье я разбирал живые миграции: NBD, RDMA, switchover за сотни миллисекунд и прочий внутренний хардкор платформы. Там было вкусно инженерам. Сегодня — про другое удовольствие.

Вот у нас снова есть клиент. У него есть сервер. На сервере — жизнь бизнеса: сайт, база, файлы, пара скриптов «временно, но уже третий год». И где-то в голове тихо живёт мысль:

> «Бэкапы? Конечно. Сделаем. После релиза. И отпуска. И вот этого срочного.»

Знакомо до боли. Я как раз собрал сценарий для тех, кто уже устал откладывать и хочет нормальный бэкап без полугодового проекта внедрения. Открываете один файл настроек, запускаете Terraform — и получаете готовую систему резервного копирования в облаке.

Если ждали 40 экранов про внутренности Bareos — выдохните. Сегодня я буду продавать спокойный сон. Он, между прочим, тоже продукт.

Вместо долгого начала про июльские отпуска и шуток про жару просто похвастаемся цифрами. Тридцать секунд — столько теперь занимает создание сервера. 2,7 миллиарда — столько объектов лежит в нашем S3. До 12,5 миллионов — столько токенов начисляем на первого AI-агента.

А если серьезно, за месяц у нас: два новых провайдера AI-моделей, обновления в S3, сертификаты Минцифры, приватные агенты, новая площадка для Амстердама и многое другое.

Не сбавляем темп — насыщенный на события июль ниже ↓ 

CSS «слушает» нас. Нет, не в буквальном смысле. Суть в том, что в CSS появляется все больше псевдоклассов, которые позволяют реагировать на события JS без необходимости писать сам JS. Формально псевдоклассы отслеживают состояния, а не события, но порой они настолько похожи на обработчики событий, что разница становится почти незаметной (хотя в контексте CSS это не так уж важно).

‎Ладно, шучу, это не вся заметка. Просто недавно франшиза «Звездный десант» пополнилась добротным бумер-шутером Starship Troopers: Ultimate Bug War!. Игра сама по себе хороша, но дело в том, что это не первый шутер от первого лица по вселенной: есть еще старичок 2005 года от студии Strangelite, и пока я проходил «Окончательную жуковойну», то постоянно ловил себя на том, что сравниваю ее с той самой игрой из своего детства. Закончив прохождение, я вдруг понял, что Ultimate Bug War! в разных аспектах работает одновременно лучше и хуже, чем Starship Troopers 2005 года, именно как шутер по «Звездному десанту». Тогда и родился замысел этой статьи: подробно разобрать и сравнить два шутера по вселенной, чтобы определиться, какой из них все-таки лучше. Так сказать, где по жукам стрелять хорошо? Признаюсь: начиная этот разбор, я еще сам не знаю ответа. ‎

Недавно мне подарили настоящую легенду — STB 3dfx Voodoo 3 с двумя TMU, 16'ю мегабайтами видеопамяти и 2D-ускорителем. Как настоящий гик и любитель покопаться в ретро-железе, я сразу же нашел даташит и начал изучать внутреннюю архитектуру этого игрового монстра. И поверьте, здесь есть на что посмотреть!

В сегодняшней статье мы во всех деталях изучим архитектуру оригинальной 3dfx Voodoo, узнаем почему Nvidia выиграла в гонке видеокарт и почему игры с API Glide выглядели гораздо красивее, чем с D3D/OpenGL! Если любите настоящие технарские статьи без нейрослопа и рерайта — жду вас под катом!

Нет, это не кликбейт. Да, я вполне серьезно и без шуток так считаю, и нет, я не какой-то там заядлый фанат портативок или ретро-гейминга в принципе.

Статья ниже — исключительно мой личный взгляд на то, во что превратился некогда уникальный и самобытный кусок игровой индустрии, ретроспектива того, как это было тогда, и рассуждение о том, как это стало сейчас.

Любовь к жене и механике вылилась в неожиданное устройство — механическую «gif-анимацию» в стиле музейных мутоскопов XIX века: латунь, дерево, ручной привод и 36 кадров с фото жены и первыми днями дочки. Под катом — как я делал стальные пешки, ломал метчики и собирал мелкие оси одну за другой на ощупь.

Радиация окружает нас повсюду – естественный радиоактивный фон присутствует всегда и везде. Имея под рукой плату ESP32 за 8 долларов, OLED-дисплей за 3 доллара, MicroPython и трубку Гейгера – Мюллера, можно без труда собрать полноценный детектор радиации. Он сможет не только выводить текущие показатели на экран, но и отправлять данные на GMCMap, в Home Assistant и другие сервисы.

А в качестве бонуса в конце статьи я покажу несколько забавных научных экспериментов – например, как засечь радон у себя дома с помощью носка и обычного пылесоса.

Идея заняться этим возникла после участия в качестве члена жюри последнего Технотекста (я оценивал статьи из хаба DIY и научпоп). Поначалу для меня было удивительно, зачем тратить столько времени на (казалось бы) странные вещи? Газоразрядная Хабралампа, радиотелескоп в сарае, разработка радиоуправляемой машинки с нуля.

А потом как понял…И сделал игру для дочки. Она несколько раз играла в Lode Runner в эмуляторе, и попросила меня сделать что‑нибудь для нее...

В Python 3.14.0 (октябрь 2025-го) разработчики заменили классический иерархический сборщик мусора на инкрементальный – обещали более короткие паузы на больших свалках. Но уже в 3.14.5 (май 2026-го) это решение полностью откатили.

Что пошло не так? И почему альтернативный сборщик даже не сделали переключаемой опцией, как в Java или Go?

Разбираемся на бенчмарках, запустив локально обе версии интерпретатора.

Представим, что у вас есть сервер, который обрабатывает и анализирует 100.000 RPS. Вам нужно высчитать и показать на дашборде 99-й перцентиль задержки — значение, выше которого только 1% самых медленных запросов. Если вы сохраните все 100 000 чисел за секунду, через час это 360 миллионов чисел. Через день — 8.6 миллиардов. Каждый раз хранить, сортировать и высчитывать? Нереально долго и ресурсозатратно.

Но для этой задачи существует алгоритм T-Digest. Вместо того, чтобы хранить все числа, он группирует их в кластеры — центроиды. А все дело в том, что кластеры на краях распределения (там, где наши хвосты) он делает маленькими и точными, а в центре — большими и «приблизительными». В результате для 100 000 точек нам нужно всего ~100 центроидов вместо 100 000 чисел. Это в сотни раз меньше памяти. И притом что ошибка при вычислении 95-го перцентиля в среднем составляет всего 0.001–0.06% (в зависимости от параметра сжатия).

В этой статье я разберу математику алгоритма, почему алгоритм такой быстрый и малозатратный, разберём графики и бенчмарки, а также покажу реализацию алгоритма на C.