Node.JS *

BB - это открытая программа под лицензией MIT, в которой Claude Code, Codex, Pi и ACP-агенты работают в одном окне. За 7 месяцев репозиторий собрал около 4 тысяч звёзд. Главное в BB не окно, а то, что его интерфейс достраивается плагинами и новый плагин подхватывается без перезапуска программы.

Недавно я снимал про BB ролик. Там агент за 20 минут и два промпта собрал плагин, который расшифровывает запись созвона, выделяет договорённости со сроками и пишет письмо клиенту. Ролик был про то, что это даёт пользователю, а в этой статье я разберу код и покажу, за счёт чего это работает. Всё ниже проверено по репозиторию get-bb/bb по состоянию на конец сентября 2026.

Днём я пишу код в Claude Code, вечером хожу в зал: у меня пауэрлифтинг, тренировки тяжёлые, часа по два. Тренера я сделал для себя. Хотелось, чтобы тот же Claude, в котором я работаю, вёл и мои тренировки.

Так появился claude-gym-coach, open-source тренер по силовым внутри Claude Code. Один раз рассказываете ему, кто вы и чего хотите, и дальше он ведёт сам: составляет программу под ваш зал, перед каждой тренировкой расписывает веса по вашей истории, после тренировки записывает то, что вы скажете в телефон, и раз в блок разбирает, что сработало. Если раньше был дневник, его можно перенести, и новые тренировки тренер строит от него. Отдельное приложение и отдельная подписка не нужны: всё работает внутри Claude Code, на той подписке Claude, которая у вас и так есть.

Больше всего меня раздражало, что чат-боты уверенно называют рабочий вес, взятый ниоткуда. Поэтому все цифры по истории в этом тренере считает обычный скрипт на Node, а модель получает их готовыми.

Я взял 139 имён пакетов, которые пять свежих ИИ-моделей выдумывают одинаково, и 22 сентября проверил каждое по живым PyPI и npm. Это реестры, откуда ставятся библиотеки для Python и JavaScript. Список ценен тем, что не привязан к одной нейросети: раз имя выдумывают все пять, под ударом пользователи любой из них. Список раскрыли 30 апреля 2026 года.

Занято 7 имён из 139. Под одним из них, metro-evaluator, в декабре 2025 года лежал вредоносный код: npm снял его через пять дней и поставил заглушку. Это было ещё до раскрытия списка, и совпадение это или расчёт на выдуманное имя, по реестру не видно. Остальные шесть имён заняли четыре чужих настоящих проекта, владелец бренда своей заглушкой и пустой пакет в 53 байта, который появился уже после раскрытия. По совету нейросети pip install odf поставит чей-то другой инструмент вместо нужной библиотеки.

Каждому пользователю моего конструктора нужен свой Telegram‑бот. Рассказываю, как держать сотни ботов в одном процессе Node.js: общий webhook, очередь в PostgreSQL на SKIP LOCKED и Mini App на 5 КБ. С замерами нагрузки и честным разбором, где у схемы потолок.

Библиотека называется cronsense. Она переводит расписание, записанное обычными словами на русском или английском, в cron‑выражение и обратно. Рассказываю, как устроен разбор, о какие ловушки cron легко споткнуться и как тесты проверяют, что описание разбирается обратно в то же расписание.

В феврале я написал три текста о том, что статусы не показывают процесс и что юридический сервис без событийной модели не масштабируется. В августе показал первый кейс: булево поле в схеме исполнительного производства, которое полгода лгало.

Теперь про центр процесса, досудебную медиацию: как выглядела слепота, какие три варианта рассматривали, что построили за две недели, какие баги поймали до и после выкладки и что журнал из 540 тысяч событий показал в первые же часы.

YApi — платформа документации API, мок-сервера и тестов с 27 тысячами звёзд — не обновлялась с 2022 года. На новом Node.js у неё ломаются токены, клиент не собирается, нужное ей расширение браузера больше не работает в Chrome, а мок-скрипты позволяют выполнить код на сервере.

Я продолжил проект и по дороге нашёл, что без настройки passsalt токены проектов шифруются общеизвестным ключом — участник проекта может выдать себя за другого пользователя. В статье — как это исправлено без поломки старых токенов, песочница для скриптов на isolated-vm, своё расширение на Manifest V3 и тест обновления на настоящей базе YApi.

Flowise — визуальный конструктор для LLM-приложений: перетаскиваете на холст модель, векторное хранилище, инструменты и память, соединяете их линиями и получаете чат-бота, RAG-поиск по документам или агента. У проекта 55 тысяч звёзд на GitHub, 25 тысяч форков и почти 7 миллионов скачиваний Docker-образа. Его разворачивают у себя компании, которым нельзя отправлять данные в облачные конструкторы.

29 июля 2026 года команда объявила о закрытии: «разработчики всё чаще доверяют сложные задачи агентам для программирования, а жёсткие low-code-процессы упираются в потолок». 13 августа репозиторий заархивировали, 31 августа поддержка закончилась. В объявлении прямо сказано: код под Apache 2.0 ваш, форкайте.

Установки при этом никуда не делись, а бюллетени об уязвимостях продолжили выходить. Десятого сентября GitHub опубликовал ещё шесть advisory для Flowise — все с пометкой «исправленной версии нет». Я решил сделать то, что предложили авторы, и продолжить проект под именем Keelflow (GitHub, Apache-2.0). Киль (keel) держит судно на курсе — примерно этого и хочется от проекта, у которого кончилась команда.

Оказалось, что форкнуть Flowise «как есть» нельзя. Об этом, о том, что пришлось переписать, и о том, что нашлось в коде по дороге, — эта статья.

Я держал проект на Next.js на Vercel почти три месяца и уехал на обычный VPS за 990 рублей в месяц. Главное, чего боялся: потерять то, за что Vercel любят. Сборка, которая не трогает живой сайт. Переключение без простоя. Откат одной кнопкой. Под катом схема, которая всё это повторяет на одном сервере без Kubernetes, Docker и прочей тяжёлой артиллерии, и список граблей, на каждую из которых я наступил.

🤝 Реальная страховка трейдера: проверить самому перед тем как лезть в лодку

Методология поминутной проверки торгового сигнала описана в статье, с учётом просадки портфеля, ликвидации, блокировки капитала в нескольких открытых позициях на разных тикерах

Проверил два платных канала с сигналами: структурированный дал плюс 10.3%, безструктурный «я беру по 1%» дал минус 18%.

Как‑то я захотел кошелёк Monero с нормальным веб‑интерфейсом, но без компромиссов по ключам: чтобы он работал на моей машине, ходил в мой узел и не притворялся кастодиальным сервисом. Писать криптографию самому — плохая идея, поэтому вся работа с ключами осталась за официальным monero-wallet-rpc, а на мне была «всего лишь» оболочка: бэкенд, интерфейс и куча инфраструктурной логики, которая внезапно оказалась самой интересной частью задачи.

Первая версия моего агента поддержки в трети ходов не ходила за заказом, а выдумывала его статус. Модель сама решала, когда звать тул, и решала неправильно. В харнесе модель ничего не решает, за данными ходит код, модель вызывается два раза, чтобы понять вопрос и написать ответ.

Агентский цикл, где модель решает сама, поднимается за вечер и пропускает тул в 1 ходу из 24. Конвейер для прода не пропускает вызов тула совсем, но роутер и сценарии для него пишет человек. 1000 диалогов на Qwen стоят $0.48, на Opus $30.

Обе мои предыдущие статьи про этот сайт с кейсами CS2 заканчивались списком того, чего в нём нет: платежей, депозита предметов, кейс-баттлов, рефералки, KYC. Список закрыт — и почти всё сложное в нём свелось к одному вопросу: что происходит, когда несколько человек одновременно двигают одни и те же деньги. Батл на четверых в одной транзакции, порядок блокировок, из-за которого не случается дедлок, PgBouncer под Prisma и правило чтения с реплики, которое нельзя выразить типом.

Сборка внутренней библиотеки внезапно стала долгой: вместо секунд - минуты, и в журнале появились обращения наружу. Своя, все зависимости тоже свои, ходить в интернет ей было незачем.

Первая версия - прокси-репозиторий перестал кешировать. Полез в его настройки, там всё в порядке.

Оказалось, что менеджер пакетов запрашивал наш собственный пакет не только у внутреннего репозитория, но и у публичного. И делал он это по конфигурации: второй источник был прописан в настройках.

Прописали его, кстати, не по глупости. Появляется он там ровно тогда, когда внутренний прокси проксирует не всё: часть внешних зависимостей он не отдаёт, сборка падает, и вместо того чтобы чинить прокси, в конфигурацию дописывают публичный индекс. Дальше это живёт годами.

Привет! Я — Алексей Бондаренко, работаю в команде авторизации Банки.ру.

Сегодня хочется обсудить такую тему, как “Наблюдаемость распределенных систем”.  На эту тему уже сказано много. В данной статье не открою Америку. Но хотел бы ее рассмотреть с практической стороны. Статья предназначена для новичков.

У нас с друзьями долги копятся не за один вечер, а месяцами. Сходили поесть, кто‑то заплатил за всех, на месте скидываться неудобно: у кого‑то нет наличных, у кого‑то деньги на другой карте, кто‑то обещает перевести позже. Через неделю ресторан, платит другой. Потом кино, потом такси. Кто‑то ждёт зарплату, кто‑то просто забыл, кто‑то отдал часть и считает, что закрыл всё. Через месяц посчитать это уже нельзя.

Под катом три вещи: как схлопывать долги в минимум переводов, как считать чеки моделью со зрением и не гадать о расходах, и почему в проекте до сих пор ноль зависимостей.

7 лет назад я опубликовал в npm свою первую библиотеку — custom‑border‑mixin. Тогда я на неделю пропал, просто чтобы в своё удовольствие написать SCSS‑миксин. Если вам интересно, что весёлого может быть в SCSS, просто посмотрите на хелпер:

11 недель назад я начал делать социальную сеть, в которой гражданство зависело только от имени.

Если тебя зовут Егор, Георгий или одной из форм имени, происходящего от Georgios, то это место для тебя, 100%! Остальные становятся Наблюдателями: могут читать, реагировать, писать в личку, жить в своих районах — что-то вроде ВНЖ.

На этом месте проект вполне мог закончиться хорошей шуткой, которой и являлся ИЗНАЧАЛЬНО. Но пользователи начали спрашивать, кто здесь главный.

Так в Егороде появился мэр. Потом люди спросили, кто выбирает мэра. Появились выборы.

Затем — партии, депутаты, кабинет, указы, вето и импичмент, а социальная сеть начала подозрительно напоминать государство, состоящее преимущественно из Node.js, SQLite и людей по имени Егор.

Сейчас в проекте около 11,9 тысячи регистраций, обычный DAU — примерно 30–35 человек, кодовая база выросла примерно до 210 тысяч строк, 176 таблиц и 2625 тестов.

И именно небольшой ежедневный онлайн в итоге сильнее всего повлиял на архитектуру, потому что город на 30 человек может позволить себе довольно простую инфраструктуру.

Но он не может позволить себе переставать существовать, когда эти 30 человек уходят спать.

«Просто прикрутить вход через Steam и цены из маркета» — примерно так это выглядит из бэклога. На деле: OpenID 2.0 образца 2007 года вместо OAuth, звёздочка ★ в имени ножа, из-за которой одно и то же название готовится для двух соседних эндпоинтов противоположными способами, и цена, приходящая строкой в чужой локали. Собрал все проблемы в одном месте.

Открыл кейс — получил предмет. Между этими двумя событиями лежат HMAC, миллион тикетов и RTP, который кто-то посчитал заранее. Я написал сайт с кейсами CS2 целиком и выложил под MIT: про то, где в «provably fair» проходит граница между «проверяемым» и «выгодным», и почему 0,023% перекоса я оставил осознанно.