История IT

Кино и книги приучили нас к тому, что детектор лжи — это такой непогрешимый инструмент, который видит человека насквозь. На экране все просто: вильнул зубец самописца или там дернулась стрелка — значит, герой соврал. На деле же прибору больше ста лет, и научный мир до сих пор относится к нему со скепсисом. Полиграф не читает мысли и не ловит за руку лжеца, он лишь фиксирует, как ваше тело реагирует на стресс: вспотели ладони, забилось сердце или сбилось дыхание. 

Проблема в том, что обычный человек может начать нервничать просто из-за обстановки, а вот опытный манипулятор — оставаться спокойным даже при наглом обмане. Пока ученые ищут более точные способы заглянуть в мозг, судьбы людей все еще зависят от устройства, которое легко принимает обычную тревогу за чистосердечное признание. Давайте разбираться, как все это работает.

Меня зовут Камиль Калимуллин, я основатель AdvantShop и один из учредителей IT-конференции «Стачка». В апреле мы проводим юбилейную, 15-ю конференцию в Ульяновске.

Я хочу рассказать не про программу и не про спикеров — это всё есть на сайте. Хочу рассказать про то, зачем вообще ехать на конференцию в 2026 году. Особенно если вы разработчик, у которого есть GitHub, YouTube и подписка на несколько толковых Telegram-каналов.

Это честный разговор. Без продажи.

Включите фантазию и представьте, что Commodore International выжила в идеальном шторме корпоративной катастрофы и дошла до наших дней. Какой бы была ее версия операционной системы? Ответить на этот вопрос решил единственный человек — Лео Нигро (Leo Nigro). Это он придумал Commodore OS и до сих пор является основной движущей силой проекта.

В далеком 2010 году он был главным инженером и сооснователем компании Commodore USA. Их флагманским продуктом был Commodore 64x в корпусе классического C64 на базе Intel Atom и Nvidia Ion 2. Была также и Extreme-версия с Core i7 на борту. Вместе с этим велась разработка собственной Commodore OS. Увы, но уже спустя три года компания потерпела крах, и первая версия так никогда и не вышла в релиз.

Лео не забросил идею и после девяти лет паузы анонсировал Commodore OS 2.0, переделав неофициальную версию MX Linux (основанную на Debian) с доработанным оконным менеджером Compiz. Зимой 2023-го она вышла из статуса беты и отправилась в релиз. Развитие продолжалось, и весной 2025-го нас порадовали уже версией 3.0, которая позиционируется как крупнейший игровой Linux-дистрибутив в истории. Что скрывается за этими громкими словами — расскажем под катом.

Что случилось с интересными проектами спустя 20 лет.

В эпоху моей юности выпускалось большое количество бумажных журналов, а так как я интересовался компьютерами, то, естественно, я покупал журналы компьютерной тематики. Среди них была легендарная Компьютерра, известный всем Chip и нишевый, но очень душевный UPgrade. Именно атмосфера и авторский стиль журнала UPgrade запали мне в душу, поэтому даже спустя долгие годы я периодически перечитываю его старые выпуски. Это позволяет мне не только расслабиться от постоянного информационного шума, но и помогает погрузиться в давно ушедшую эпоху, проникнуться своими личными воспоминаниями, а также заново пережить многие эмоции. В общем, саморефлексия в чистом виде.

Ещё до споров из-за применения Пентагоном искусственного интеллекта Дарио Амодеи всё активнее нападал на своего бывшего начальника Сэма Альтмана и на курс развития OpenAI — компании, которую они вместе выстроили.табачным компаниям, сознательно сбывающим вредоносный продукт.

В последние месяцы генеральный директор Anthropic в общении с коллегами сравнивал судебную тяжбу между Альтманом и Илоном Маском с борьбой Гитлера и Сталина¹, называл злом пожертвование в $25 миллионов долларов, которое президент OpenAI Грег Брокман направил в протрамповский суперкомитет политических действий², и в речах уподоблял OpenAI и других соперников табачным компаниям, сознательно сбывающим вредоносный продукт.

Не так давно я рассказывал вам про легендарный карманный компьютер от HP под названием hx4700. Несмотря на высокую цену, девайс поражал пользователей мощнейшим ARM-процессором от Intel, ярким и сочным VGA-дисплеем и наличием дискретного GPU. Однако в процессе изучения аппаратной платформы, мы с вами выяснили его страшную тайну - на самом деле это был КПК от HTC...

Однако недавно ко мне в руки попал последний настоящий КПК от HP - Jornada 560, и его конструктив показался мне очень необычным...

Главы из повести.
Начало: [#01. Начало бизнеса], [#02. Кидалово], [#03. Тома, Наташа и Маша], [#04. Колбасный авиатор], [#05. Бизнес и платёжка] [#06. Доктор Джао]

Мой офис занимал помещение на втором этаже здания, которое принадлежало одной из крупнейших компаний города. Помимо нас в здании были офисы небольшой студии рекламы, юристы, коммерсанты по купипродаю всего на свете, риэлторы и строительная фирма.

На первом этаже находилась фирма «Зефир», которая занималась офисными принадлежностями и, как ни странно – рациями. Носимыми и для установки в автомобили. Мобильных телефонов ещё не было и такая дистанционная связь была очень популярна. Руководили фирмой Рудик и Марик, дружили мы с ними еще до моего вхождения в компьютерный бизнес и между собой мы их так и звали — Зефиры:
— Зефиры, вечером после работы заходите, у нас тут тортик внеплановый.
— Это вам от Зефиров — мог проставиться кто-нибудь из Зефиров за настройку их компьютера.

Мир киберспорта обширен, регулярно проводятся соревнования по различным, любимым многими, дисциплинам. Сегодня качественный онлайн продакшн в тематической студии, красивая графика эфира и, даже, оффлайн этапом на крупных площадках стали нормой для крупных турниров. Но кто организует эти турниры?

Биометрия в наши дни применяется довольно широко. Но она прошла долгий путь. Для начала надо вспомнить, что изначально биометрия была вовсе не тем, что сейчас мы вкладываем в это понятие. Первым попытался ввести этот термин в научный оборот немецкоязычный швейцарский демограф из Базеля Кристоф Бернулли (из известного семейства математиков Бернулли) в 1841 году. В своем «Handbuch der Populationistik: oder der Völker‑ und Menschenkunde: nach statistischen Ergebnissen» («Справочнике по популяционистике, или по народоведению и человековедению: по статистическим результатам») он девять раз употребил словосочетание Populationiſtiſche Biometrie (биометрия народонаселения), объясняя, как следует применять методы математической статистики в демографии: в оценке среднего роста населения, убывания населения, средней продолжительности жизни в данной популяции (города, региона, страны) и так далее

Но этот его термин не прижился, как и другой его термин «Populationistik», вскоре замененный на «демографию». Удачливее оказался англичанин Фрэнсис Гальтон. Он тоже увлекался демографией, но рассматривал ее с точки зрения теории естественного отбора своего кузена Чарлза Дарвина и считал, что для населения цивилизованных стран далеко не лишним был бы еще и искусственный отбор, из‑под пресса которого Homo sapiens вышел, как только стал sapiens. Поэтому сейчас Гальтона помнят прежде всего как отца‑основателя науки евгеники, причем в самой нехорошей ее расовой разновидности. 

Гораздо реже вспоминают, что Гальтон увлекался антропометрией и даже устроил для посетителей Международной выставки здравоохранения в Лондоне в 1884 году показательную антропометрическую лабораторию. Желающие за четверть часа проходили там процедуру обмеров своего тела, очень похожую на бертильонаж, который в том же 1884 году ввели как обязательную процедуру в парижской тюрьме Санте. В 1892 году Гальтон опубликовал книгу «Finger Prints» («Отпечатки пальцев»), где объяснил почему вероятность совпадения их у разных людей стремиться к нулю (сами расчеты вероятности этого он опубликовал в «Proceedings of the Royal Society» в 1891 г.). 

240 байт памяти на мотке проволоки шесть метров, программирование как эзотерика, внешний носитель на магнитной карте, расчеты для управления Лунным модулем «Аполлон-11». Сплошное «Итало Макси Хитс», которого могло и не быть. Что же это?

И да, это действительно дерзкий итальянец, которому так и не дали стать первым персональным компьютером.

В третьей части цикла: Olivetti Programma 101 —инженерный компромисс, доведённый до персонального изящества.

Это продолжение предыдущей публикации про реставрацию ruGPT3XL. Для тех кто не читал, кратенько, я конвертировал древний Megatron-LM чекпоинт в HuggingFace-формат, залил веса на HF, накатил поддержку GGUF в llama.cpp и подумал, что всё. Но нет.

По ходу тестов, проведённых разными людьми удалось выявить ряд недоработок, которые я по мере обнаружения правил, ну а после того, как удалось получить стабильную и рабочую версию мне захотелось решить одну старую проблему, которая меня в ruGPT3 моделях очень беспокоила, это проблема маленького контекста в смешные 2k токенов.

Решил поднять контекст до 8k.

Все мы знаем, что живем в цифровой эре. Ее основа - двоичная логика. Такая логика построена на простой идее: ноль или единица, нет или да, ложь или истина. Всего два состояния. Поверх этого отстроены различные аппаратные реализации, системы кодирования и прочие атрибуты нашей дискретно-цифровой жизни. И этот подход кажется нам логичным. 

Но так было не всегда. Существовала небольшая вероятность, что мы пошли бы по пути троичной логики. А к «да» или «нет» добавилось бы «может быть». 

Зачем? И какой смысл в троичной логике? Давайте разбираться!   

Это история о том, как Стив Джобс, Стив Возняк и другие талантливые молодые энтузиасты электроники 1970-х годов объединили усилия, чтобы разжечь революцию.

Это интервью Гвидо ван Россума с core‑разработчиком Python Бреттом Кэнноном, в котором они обсудили начало и развитие карьеры Бретта как программиста и активного участника сообщества разработчиков Python, развитие самого языка, сложность управления большим сообществом, кризис PEP 572 >:=, выход Гвидо на пенсию в 2018 г. и к чему это привело.

В 1979 году компании Atari и Texas Instruments (TI) создали новую категорию компьютеров, сочетавшую в себе черты персонального компьютера и игровой консоли. Как и чисто игровые системы, эти устройства были оснащены специализированными графическими и звуковыми чипами, а программное обеспечение устанавливалось на картриджи; при этом они были программируемыми и расширяемыми, а также поддерживали такие периферийные устройства, как кассетные дисководы и принтеры. Однако ни один из этих компьютеров не достиг той ценовой отметки, которая позволила бы им занять место в новом сегменте рынка: Atari 400, стоивший 550 долларов, обходился почти во столько же, сколько стоили два хорошо зарекомендовавших себя персональных компьютера (TRS-80 и Commodore PET), а TI-99/4 выглядел как бюджетный, но стоил дорого: его цена в 1150 долларов была сопоставима с ценой Apple II.

Компания Texas Instruments не сдалась и вскоре нашла способы снизить стоимость своего компьютера. Весной 1981 года она выпустила обновлённую версию — TI-99/4A — с улучшенной клавиатурой, без встроенного монитора, с новой системой периферийных устройств и розничной ценой в 525 долларов. Однако вскоре она потеряла инициативу, поскольку на рынок хлынул поток новых игроков со всё более доступными предложениями. Эта новая категория персональных компьютеров, связанных с видеоиграми, стала известна как «домашние компьютеры» из‑за того, что их могли легко позволить себе обычные домовладельцы. Чтобы конкурировать в этой категории, нужно было работать в больших масштабах: для налаживания производственной линии по выпуску специализированных звуковых и графических чипов требовалось много капитала, и затраты должны были окупиться за счёт большого количества проданных единиц. Самые популярные игры для персональных компьютеров на дисках или кассетах в начале 1980-х годов продавались тиражом 20 000–30 000 экземпляров, и это было минимальным количеством, необходимым для того, чтобы сделать программный картридж ROM экономически выгодным.

Люди привыкли думать, что технологии делают жизнь удобнее: кофе сам варится, робот сам пылесосит, а «умный дом» сам обижается, если не оплатили подписку. Но когда дело касается животных, инженерная фантазия выходит на особый уровень. Одни изобретатели пытаются перевести язык питомцев на человеческий, другие хотят настроить им режим тишины, третьи — успокоить кур и воодушевить их лучше нести яйца. Расскажем про несколько патентов, автоматизирующих наши отношения с теми, кто прекрасно общается и без человеческих гаджетов — домашними питомцами. Скоро первое апреля, но авторы патентов явно были настроены серьезно и не шутили.

Продолжаем тему эпических багов. В прошлый раз мы говорили про AT&T, положивших свою ультранадежную сеть одним «Break» в коде. Сегодня на очереди Knight Capital Group, решивших переиспользовать старый флаг в бинарном протоколе, затем там был мёртвый код, который забыли удалить и деплой, проверенный на семи серверах из восьми. Итог: уход в минус 450 миллионов долларов за 45 минут.

На Хабре этот инцидент упоминался несколько раз, но даже в самой большой статье (к слову, переводу, со всеми странными атрибутами инопрессы, вроде фраз «Атака зомби из „Кода убийцы“» и пространным вступлением) инцидент рассматривался скорее как финансовый. А нас же больше интересуют именно технические детали.

Boston Dynamics сделали Atlas в 1992 году. За 30 лет он научился делать сальто, бегать по бездорожью и прыгать через препятствия.

Три разных владельца — Google, SoftBank, Hyundai — вкладывали деньги, восхищались и снимали вирусные ролики. Но заводским роботом он стал только у третьего.

Почему у двух предыдущих не получилось — и что именно сделала Hyundai, чего не сделали другие →

Привет, Хабр!

Февраль 2026 года. За один месяц вышли: Gemini 3.1 Pro от Google, Claude Sonnet 4.6 и Opus 4.6 от Anthropic, GPT-5.3 и GPT-5.4 от OpenAI (5.4 — через два дня после 5.3, без каких-либо объяснений), Grok 4.20 от xAI, Qwen 3.5 от Alibaba, DeepSeek V4, GLM-5 от Zhipu, Seed 2.0 от ByteDance. Семь крупных лабораторий, десятки моделей, один месяц. И это только верхушка — LLM Stats отслеживает больше 500 языковых моделей от 30+ организаций.

Происходит что-то странное.

Удешевление технологий означает их повсеместность, а не спад.

Вот уже больше года из каждого утюга — от друзей и родных до ленты в X и роликов на YouTube — я слышу одно и то же: бум искусственного интеллекта вот‑вот лопнет, как пузырь доткомов. Оценки компаний кажутся безумными, все только об этом и твердят, и витает это стойкое ощущение «слишком хорошо, чтобы быть правдой». Я понимаю, откуда берутся такие сравнения. Но я убежден, что они в корне неверны, и разница здесь куда существеннее, чем принято считать.

Пока все спорят, не переоценены ли акции Nvidia, настоящие экономические угрозы скромно прячутся в тени этих дискуссий.