Linux *

«Привет всем, кто использует Minix!

Я разрабатываю (бесплатную) операционную систему (просто как хобби, она не будет такой масштабной и профессиональной, как GNU) для клонов AT на базе процессоров 386 (486). Работа над ней ведётся с апреля, и проект уже начинает обретать очертания. Я был бы рад услышать любые отзывы о том, что вам нравится или не нравится в Minix, так как моя ОС в чём‑то напоминает её (у неё такая же физическая структура файловой системы (по практическим соображениям) и так далее)...»  — Линус Торвальдс, 25 августа 1992 г.

В прошлой статье я писал как поднять себе LLM для экспериментов, но сейчас полез чистить «Понравившееся», плейлист на YouTube Music — а часть треков оттуда просто исчезла: где-то удалили клип, где-то канал в бане, где-то правообладатель передумал. Плейлист, который я собирал годами, тихо усыхал, и меня не спросили. Причем у меня есть подписка. Ну и обойдусь, а как, написано в статье.

Продолжение первой статьи цикла, в котором мы собираем полноценный стенд для изучения компьютерных сетей на базе Hyper-V, Ubuntu и GNS3.

Ранее мы уже собрали стенд для изучения сетей на Hyper-V.

Теперь мы изменим топологию стенда и уйдем от Default Switch в Hyper-V. Затем мы скачаем и настроим шаблон Alpine через Docker, установленный внутри GNS3 VM.

В результате получим отдельный сетевой сегмент для устройств GNS3 и заменим ограниченный VPCS на полноценный Alpine Linux.

Известный в Linux-сообществе автор технической литературы Роб Кеннеди опубликовал историю создания Linux.org — одного из первых веб-сайтов, посвящённых Linux, — а также рассказал о его недавнем возрождении.

Это вторая часть статьи про Linux Incident Response — разбор live response на работающем Linux-хосте с подозрением на компрометацию.

Если вы не читали первую часть, лучше начать с неё: в ней разобрали принципы расследования, изоляцию хоста, trusted toolkit, фиксацию исходного состояния, сетевые соединения и процессы. Без этого контекста часть команд и логика дальнейшего анализа будут менее понятны.

Первая часть здесь.

В этой части процесс идет далее — к менее изменчивым артефактам. Рассмотрим механизмы закрепления и следы на диске: systemd-сервисы и timers, cron, автозапуск, пользователи, группы, пакеты, логи, kernel-артефакты. В финале расскажем о построении таймлайна, оформлении IOC и действия с системой после завершения расследования.

Типичная умная колонка с Алисой — это скромное железо и совсем немного оперативной памяти: у младших моделей её всего 256 МБ на всё устройство сразу. И за каждый мегабайт идёт настоящая борьба между множеством команд и компонентов: бизнес‑логикой, обработкой звука, локальными нейросетями.

Ежедневно мы собираем и анализируем memory‑дампы с миллионов колонок — нам важно понимать, куда уходят эти драгоценные мегабайты.

Меня зовут Сергей, я работаю в команде, которая пишет прикладной код на C/C++ для умных устройств с Алисой (например, колонок, телевизоров и автомобилей). Под катом расскажу, как мы построили и используем инструмент для анализа потребления памяти в проде на нашем флоте Linux‑колонок.

Долгое время я использовал WIndows 11, и она меня всем устраивала. Ради эксперимента я всё же решил проверить, каково это: использовать Linux как основную ОС. Мой выбор остановился на Fedora Workstation, который использует GNOME в качестве графического окружения.

Опыт перехода с WIndows на LInux описывался многократно. Я не буду описывать общие проблемы использования LInux, а затрону лишь то, что относится к GNOME.

Модуль ядра может собраться без предупреждений, успешно загрузиться и несколько минут выглядеть полностью исправным. А потом под нагрузкой поймать гонку, зависнуть на блокировке или уронить всю систему. Разберём пять типичных ошибок, которые не видит компилятор, но хорошо видит продакшен.

Всегда задавал себе вопрос зачем мне в Debian: Libreoffice, pidgin, irc чаты и почему загрузочный образ весит аж 3 гигабайта. Вместо вычищения готовых образов мы сделаем радикальную вещь, свой дистрибутив Debian с нужным ПО без лишних программ.

В первой части статьи мы соберем свой собственный rootfs образ Debian stable без рекомендованых и мета-пакетов

Привет Хабр, меня зовут Данила Гуляев, я — методист Linux-решений в АСКОН, и сегодня мы поговорим о развёртывании программных продуктов в условиях предприятий с закрытыми внутренними сетями. Не секрет, что наша активно развивающаяся линейка продуктов для Linux востребована там, где на рабочих местах нет доступа к интернету. Эта статья должна в первую очередь ответить на вопросы технических специалистов таких предприятий.

Пару лет назад я уже публиковал статью о реагировании на инциденты в Linux-системах. Она по-прежнему может быть полезна как практическая шпаргалка, но с тех пор изменился и мой опыт, и требования к таким материалам. В этом цикле статей  я хочу разобрать Linux live response более системно. 

Большинство материалов по Linux IR сводятся к спискам команд: посмотреть процессы, сеть, пользователей, cron, логи. Проблема в том, что сами по себе команды мало что дают, если нет порядка их применения, ограничения live response, смысл полученного вывода и вообще — методологии, базиса работы. 

Этот материал исправляет такие упущения. Он будет разбит на две части. В этой статье обсудим принципы расследования, изоляции, подготовки инструментария, начала анализа и исследования сети и процессов. 

Добро пожаловать под кат. 

В 2026 году серия уязвимостей класса page-cache write вновь поставила под удар практически все актуальные дистрибутивы Linux. Их особенность в том, что злоумышленник может изменить содержимое файла в page cache, не затрагивая данные на диске. Из-за этого классические средства контроля целостности файлов не способны обнаружить такую компрометацию.

В этой статье рассмотрим две наиболее показательные уязвимости этого класса — Dirty Frag и Copy Fail, а затем настроим Wazuh так, чтобы он помогал выявлять признаки их эксплуатации и связанные с ними аномалии.

Меня зовут Станислав Герасимов. Я программист С++/Qt, а также Go и выпускник магистратуры НИУ ВШЭ. С детства живу с тяжёлым неврологическим заболеванием — вторичной генерализованной дистонией с выраженными гиперкинезами. После многих лет лечения, нескольких нейрохирургических операций и многочисленных отказов в дальнейшем лечении в России я прошёл повторную операцию глубокой стимуляции мозга (DBS) в Турции у профессора Аттилы Йылмаза. На этом сайте я делюсь своей историей, рассказываю о лечении, программировании DBS, реабилитации, жизни с неврологическим заболеванием, а также о работе в сфере информационных технологий. Надеюсь, мой опыт окажется полезным и поддержит тех, кто также продолжает бороться за своё здоровье и качество жизни.

В предыдущей статье я описал процесс компиляции модели yolo8n в HEF-файл для нейрочипа HAILO-8L в модуле HAT+. В этой работе я оцениваю быстродействие инференса нескольких моделей YOLO для этого же чипа.

Я создал Absolute Linux Tablet — самодельный планшет, изготовленный полностью с нуля.

Это планшет на основе Raspberry Pi Compute Module 5 и 10-дюймового сенсорного DSI-дисплея Waveshare со встроенным литиевым аккумулятором, обеспечивающим до пяти часов непрерывной работы.

Цель этого проекта заключалась в создании портативного Linux-планшета для моего будущего проекта, связанного с солнечной энергетикой. Мне требовалось устройство, которое можно было бы легко переносить с места на место при работе на открытом воздухе. Можно было бы взять ноутбук, но мне хотелось чего-то более портативного и удобного в работе. Для этой задачи идеально подходит Raspberry Pi OS, и именно поэтому я решил изготовить планшет на основе CM5 и сенсорного дисплея.

Это устройство стало чем-то средним между компьютером с сенсорным экраном и планшетом. Я выбрал версию CM5 с 4 ГБ, а для повышения производительности установил операционную систему на SSD NVMe, что сильно повысило скорость системы.

Для улучшения сигнала Wi-Fi и Bluetooth я добавил внешнюю антенну.

Корпус проектировался в Fusion 360, а детали я печатал на своём 3D-принтере в двух цветах для красоты.

В этой статье объясняется весь процесс создания планшета.

Пишу свой путь разработки self-hosted сервера с полностью автоматизированным развертыванием с полным циклом состоящим из около 15 DevOps технологий, а также 7 сервисов, которые будут полезны каждому!

Всё началось с того, что меня перестал устраивать мой подход к развертыванию личных сервисов. Я решил переписать всё с нуля. К тому же это был отличный повод получить новые навыки и попробовать инструменты, до которых давно не доходили руки.

Арендовать мощные VPS под ресурсоемкие задачи в текущих реалиях выходит неоправданно дорого. При этом дома у меня уже был выделенный неттоп (мини-ПК) с 16 ГБ оперативной памяти на базе энергоэффективного процессора Intel N95.

Есть большая и сложная система сборки Gradle и андроид-плагин AGP для установки большей части компонентов Android SDK, необходимых для вашего приложения. Но что, если вам не хочется руками устанавливать Android Studio, Android SDK, cmake, scrcpy и прочие нужные вещи? Здесь на помощь приходит mise — при кажущейся простоте он умеет все, что нам нужно.

Docker Gitlab + Gitlab runners на Fedora 44. Как настраивал у себя и немного каких приколов может быть.

История о том, как обучение в высшем учебном заведении вдохнуло вторую жизнь в моё почти забытое хобби.

Я использую Supabase в self-hosted режиме: сервисы работают в Docker Compose, включая Postgres, Kong, GoTrue, PostgREST, Storage, Realtime, Edge Functions, Logflare и Vector. Перед Kong стоит Nginx, который завершает TLS и проксирует публичное API.

Мне нужно было закрыть две задачи