Научно-популярное

Когда очень массивные звёзды достигают конца своей жизни, они взрываются как сверхновые, разбрасывая по космосу такие элементы, как углерод и железо. Другой, более редкий тип взрывов случается, когда сталкиваются две нейтронные звезды — плотные остатки мёртвых звёзд. Это явление, известное как килоновая, производит ещё более тяжёлые элементы, такие как золото и уран. Эти материалы служат необходимыми ингредиентами для формирования звёзд, планет и, в конечном счёте, всего, что мы видим вокруг себя.

На данный момент учёные подтвердили лишь один явный случай килоновой. Это событие, получившее название GW170817, произошло в 2017 году в результате слияния двух нейтронных звёзд. В ходе столкновения были испущены как гравитационные волны, так и свет, что позволило исследователям наблюдать его с помощью различных методов. Гравитационные волны были обнаружены Лазерной интерферометрической гравитационно-волновой обсерваторией (LIGO) Национального научного фонда и её европейским партнёром Virgo, а телескопы по всему миру зафиксировали свет от взрыва.

В финтехе почти никогда не происходит по красивому сценарию, который обычно рисуют в презентациях: подключили LLM — и внезапно получили умного, почти «человеческого» голосового агента. Эта картинка слишком удобная, чтобы быть правдой. В реальности всё развивается намного медленнее и, если честно, местами довольно приземлённо.

Есть популярный миф. Мол, сначала бот живёт на жёстких сценариях. Потом к нему подключают LLM — и он сам превращается в почти живого собеседника. Звучит красиво. В реальности так не работает. Если посмотреть на реальные проекты в финтехе, всё происходит гораздо проще и… скучнее.

Этот материал — результат работы технической команды СВОЙ Тех. Как Project Manager, я прошел с коллегами путь от простых блок-схем до гибридных систем и хочу поделиться реальным опытом того, что остается «за кадром» красивых презентаций об искусственном интеллекте.

Привет, Хабр. Меня зовут Кирилл Комиссаров, я работаю в IT с 2013 года, последние несколько лет — тимлидом. Сейчас руковожу командой разработки в юните саппорта в Авито.

Поговорим про манипуляции: что это, почему они работают, чем они плохи и как с ними жить — так, чтобы не вредить ни себе, ни окружающим.

Я не психолог. Я тимлид, который много лет наблюдает, как одни и те же сценарии повторяются в код-ревью, на дейли, в разговорах об увольнении и в офферах. Эта статья — о том, что я заметил, через какие штуки прошёл сам и что в итоге начало работать.

Представьте ситуации.

Вас кто-то расстроил, но вы не злитесь — вы «просто устали». Вам сделали больно, но вы не плачете — вы «анализируете ситуацию». Вы хотите одного, но делаете противоположное — и не понимаете почему.

Вопрос: Кто принимает эти решения?

Ответ: не вы. Вернее, не «вы» в том смысле, в котором привыкли думать.

За вашим интерфейсом (Эго) работает система защит. Она не спрашивает разрешения. Она не выводит логи в консоль. Она просто делает своё дело: маскирует боль, чтобы не дать системе «упасть».

В психологии это называется механизмами психологических защит. В наших терминах пси-словаря для айтишников — это Error Handling (и немного Firewall).

Давно хотел затестить тяжелое одеяло и наконец дошли руки. Последние 2 месяца отвратительно сплю - ложусь относительно нормально, а в голове крутятся сплошные созвоны, правки, дедлайны и реплики из чатов, на которые конечно же можно было ответить и получше. В общем часы говорят спал 7 часов, а на деле каждый день вялый и с тяжелой головой.

Всем привет! Я Алексей, пишу про всякие штуки, которые помогают быть собраннее и стать миллионером и лучше работать, вы могли видеть некоторые мои статьи в ленте:

Чем стресс отличается от выгорания

Почему после рилсиков так тяжело вернуться к нормальной работе

Как составить распорядок дня и не сойти с ума

Сразу обозначу, что пишу не как человек, который нашёл идеальный способ восстановить сон. Я просто люблю пробовать новое и вот взял очередной инструмент - и сначала ошибся с подходом. А потом нашел, где у меня вообще ломается вечернее восстановление.

Сначала я думал, что проблема в количестве сна

В какой-то момент у меня появилась знакомая для людей с цифровой работой штука: день закончился, задачи закрыты, а нервная система продолжает вести себя так, будто сейчас ещё один созвон.

Выглядело примерно так:

- я ложился около полуночи, но минут 40 (минимум) лежал с активной головой;

- просыпался 1-2 раза за ночь, чаще ближе к утру;

- утром первые полчаса работал медленно, перечитывал один и тот же абзац;

- после обеда начинал чаще прыгать между вкладками и хуже держал одну задачу.

Сначала я решил, что надо просто дисциплинированнее ложиться. Убрал поздний кофе, чуть раньше выключал ноутбук, пару раз героически оставлял телефон в другой комнате. Это помогало, но не стабильно.

Февраль 1738 года, Париж. На ярмарке Сен-Жермен стоит небольшая золочёная утка из меди. Она поворачивает шею, пьёт воду, ест зёрна, чистит себе перья клювом, хлопает крыльями, а потом испражняется.

Публика в оцепенении.

Билет стоил три ливра (примерно недельная зарплата парижского рабочего), зал набит битком. Одни были убеждены, что внутри спрятана живая птица. Другие допускали, что француз Жак де Вокансон и правда воспроизвёл работу пищеварительной системы механически.

Утка была великолепной.

Но немножечко привирала.

Необычными именами героев Ефремов решал свои художественные задачи, показывая мир будущего свободным от догм, стереотипов, социального и расового расслоения. Но есть ли в новаторских номинациях какие-то скрытые языковые коды?

Разговоры о передаче информации сквозь планету с помощью гравитационных волн (ГВ) обычно скатываются в научную фантастику: нам предлагают либо двигать нейтронные звезды, либо строить резонаторы из вымышленных материалов, выдерживающих давление света в тысячи атмосфер. https://habr.com/ru/articles/1030402/

Но если отбросить фантазии и посмотреть на пределы современных оптических технологий, выясняется поразительная вещь. Гравитационный телеграф можно спроектировать уже сегодня. Да, это будет установка класса Mega Science, сравнимая по сложности и стоимости с детекторами LIGO. Но в отличие от фундаментальных научных приборов, у этой установки есть колоссальный коммерческий потенциал.

В этой статье мы разберем физически и инженерно корректную архитектуру Когерентного Гравитационного Трансивера.

Архитектура передатчика: Вакуум и стоячие волны

Обычная электромагнитная стоячая волна — это уже идеальный пульсирующий квадруполь. В ней пучности электрического и магнитного полей сдвинуты в пространстве и перетекают друг в друга с удвоенной частотой света. Это заставляет саму метрику пространства микроскопически “дышать”.

Как выглядит передатчик:

Мы привыкли воспринимать LLL-редукцию как «чёрный ящик»: подали целочисленный базис, получили редуцированный базис, проверили результат. Но что, если сделать процесс редукции наблюдаемым?

В статье рассказываю о Q-LLL — exact-certified алгоритме семейства LLL, где классическая корректность сохраняется, но выбор редукционных действий управляется квантизированной Gram/Lovász-геометрией.

Главная идея:

approximate geometry observes, exact arithmetic decides, certificate proves.

Q-LLL не заменяет fplll и не меняет Lovász-критерий. Вместо этого он добавляет новый слой: quantized Gram/Lovász oracle, exact gate, fair scheduler и proof-carrying certificates, которые можно независимо проверить.

В статье разбираю:

— почему обычного sequential LLL недостаточно для больших семейств lattice-вариантов; — что такое Lovász slack и как из него получается карта геометрических дефектов; — как работает quantized Gram/Lovász oracle; — почему approximate слой не принимает математических решений; — зачем нужны exact-сертификаты и independent verifier; — как Q-LLL становится lattice-core для nonce-observatory; — какие результаты уже получены и какие ограничения честно остаются.

Это не статья про «магическую кнопку» и не claim про универсальное превосходство над fplll. Это попытка показать новый взгляд на LLL: как на управляемый, наблюдаемый и проверяемый процесс, где квантизированная геометрия направляет редукцию, а exact-арифметика остаётся источником истины.

Кто умнее — человек или машина?

На протяжении 30 лет, которые я проработала в сфере искусственного интеллекта, именно этот вопрос был в центре дискуссий.

Нам также внушали следующую историю об ИИ: он будет заниматься утомительной рутинной работой — исследованиями, составлением первых черновиков, обработкой цифр — в то время как мы сосредоточимся на интересных аспектах: творчестве, суждениях, человеческом факторе.

Мои исследования показывают, что мы задавали неверный вопрос и делали неверные выводы.

Несколько месяцев назад я набрала группу взрослых из района залива Сан-Франциско для проведения эксперимента. Я дала каждой группе час на то, чтобы сделать прогнозы о реальных событиях, используя сценарии, взятые с платформы прогнозного рынка Polymarket. Это дало нам строгий, объективный способ проверить результаты на фоне коллективной мудрости тысяч прогнозистов, мотивированных финансовой выгодой. Помимо ИИ, делающего прогнозы самостоятельно, некоторые команды людей работали отдельно, а другие — в гибридном составе «человек + ИИ».

Сегодня мы расскажем об игре на основе AI‑модели, которая наделала много шуму в 90-х и начале нулевых. А все потому что ее персонажи были пугающе умными.

Недавно общался с автором одного YouTube-канала. Диалога не вышло — это был односторонний процесс. Я отвечал на вопросы, задавал свои, но вместо ответов периодически получал «анализ» моей личности.

На вопрос «почему так?» автор ответил:

«Мы на уровне "подписчик — контентмейкер". Социальный договор здесь в том, что потребитель может делать массу выводов о личности автора на основе контента, но для автора каждый подписчик — неизвестная территория».

Это неверно.

25 мая 1977 года на экраны американских кинотеатров вышел фильм «Звездные войны» Джорджа Лукаса (в будущем ставший «Эпизодом 4: Новая надежда»), совершивший революцию в жанре фантастических фильмов. Обычные зрители пищали от восторга, наблюдая за невероятно реалистичными визуальными эффектами на экране. Люди, более вовлеченные в отрасль, испытывали не менее сильную гамму эмоций. 

Тогда еще не «сэр» и не «дед» Ридли Скотт, по выходу из кинотеатра, заявил, что все его фильмы теперь — прошлый век. Стивен Спилберг, получивший всего год назад Оскар за «Челюсти», после просмотра ленты на пару недель погрузился в депрессию. Он уже завершал монтаж фильма «Близкие контакты третьей степени», но теперь их спецэффекты выглядели для него совершенно устаревшими. Мартин Скорсезе говорил, что теперь за разговорами о будущем кино следует ехать в Сан-Франциско к Джорджу Лукасу. А один молодой студент физфака, зарабатывавший на еду вождением грузовика, после просмотра «Звездных войн» решил бросить все и уйти в кинематограф. Звали его Джеймс Кэмерон.

Даже негативно настроенные критики признавали доселе невиданный уровень графики в «Звездных войнах». Фильм Джорджа Лукаса переоткрыл мощь визуальных эффектов не только для обычного зрителя, но и для кинематографистов по всему миру. Он показал, как сделать на экране реальностью самую сумасбродную фантазию и заставить миллионы людей поверить в неё. Это была подлинная магия кино, совершить которую Лукасу не удалось бы без коллектива: созданной им же студии спецэффектов Industrial Light and Magic (ILM). О её первых шагах и будет этот текст.

СМИ подали слова учёных так, будто человечеству осталось совсем недолго: мол, уже к середине 2030-х нас вытеснит суперинтеллект. Имя этой угрозы — AGI. По сути, речь идет о следующем этапе развития искусственного интеллекта. И если вас уже сейчас впечатляет то, что умеют нейросети, то масштабы того, что приписывают AGI, выглядят куда тревожнее. По мнению многих, это уже не просто инструмент, а потенциальная замена человеку. 

Если вы летали по России в 2000-х, скорее всего, вы летали на Boeing или Airbus. Может быть, на стареньком Ту-154. А вот на Ту-214 почти наверняка нет, хотя этот самолёт серийно выпускался с 1996 года и стоял в каталогах как современный российский среднемагистральник на 210 пассажиров. Просто его почти никто не покупал.

За тридцать лет построили 36 машин. Большую часть этих тридцати шести Ту-214 забрали госзаказчики, спецборты для чиновников, силовых ведомств, президентский парк.

Авиакомпании уходили одна за другой: «Дальавиа» обанкротилась, «Красноярские авиалинии» закрылись, «Трансаэро» пересела на Boeing и тоже обанкротилась. К началу 2020-х Ту-214 в пассажирской авиации фактически не существовал.

А потом наступил 2022-й, Boeing и Airbus ушли из России, про Ту-214 вдруг вспомнили все.

Что делает нас креативными? В течение многих лет нейробиологи указывали на «динамическое сотрудничество» между двумя противоположными системами. И нет, речь не идет о полушариях. Суть в куда более сложных структурах, таких как сеть пассивного режима работы мозга (DMN), которая обрабатывает спонтанные ассоциации, и сеть исполнительного контроля (ECN), которая отвечает за способность сводить мышление в фокус на цели.

Почему Фрейд и квантовая механика объясняют бизнес-решения лучше, чем большинство MBA-курсов

Я пришла в психоанализ из топ-менеджмента в IT. Последние 4 года я развиваюсь в психоанализе: как в частной практике, так и в B2B. Я практик до мозга костей и поэтому все получаемые знания сразу переношу на понятные мне бизнес-структуры. И чем дольше я работаю на стыке этих двух миров, тем отчётливее вижу одно и то же: когда бизнес буксует, он ищет причину не там.

И причина лежит не в стратегии, не в рынке, не в конкурентах.

Если подумать, наши предки обрекли нас на изучение других языков, пытаясь облегчить себе жизнь. Да-да, те самые, которые бегали когда-то по евразийской равнине и говорили на общем праиндоевропейском языке. Со временем они стали распространяться по разным землям, и их общее наречие постепенно изменилось настолько, что носители русского и английского уже не понимают друг друга без учебников. Почему вообще это случилось?

Любому маркетологу знакомо понятие экономики внимания — на ней, собственно, строится весь текущий рынок в большинстве сфер товаров и услуг. Но борьба за внимание уже подходит к концу, и на её место приходит кое-что поинтереснее.

Энтерпрайз, гиганты рынка, платформы, медиа и влиятельные системы постепенно переходят от борьбы за внимание к борьбе за намерение, а затем — за саму волю человека. Звучит как сюжет дешёвой антиутопии, но на деле это уже работающая экономическая модель, и большая её часть собрана из инструментов, которыми вы пользуетесь каждый день.

Разбираю, что такое управление волей, какие технологии его обеспечивают и почему главным дефицитом будущего становится не доступ к выбору, а способность его делать.

Выдуманный мир тёплых (до)ламповых технологий – это не обязательно «стимпанк». Можно заглянуть и глубже, в «клокворкпанк», ведь спиральная пружина – двигатель более древний и при этом более компактный, чем паровая машина. Она широко используется с середины XVII века: именно благодаря металлической спирали часы стали карманными. Часовая пружина крутила шестерёнки заводных игрушек, музыкальных шкатулок, граммофонов и много чего ещё, зачастую совершенно шедеврального a la лесковская блоха. Послужила она и науке — вспомним хоть «аэродинамическую машину» Ломоносова. А в конце XIX века её пытались приспособить для привода «серьёзной» техники: мотоциклов, автомобилей, торпед... и трамваев!