Научно-популярное

Если вы летали по России в 2000-х, скорее всего, вы летали на Boeing или Airbus. Может быть, на стареньком Ту-154. А вот на Ту-214 почти наверняка нет, хотя этот самолёт серийно выпускался с 1996 года и стоял в каталогах как современный российский среднемагистральник на 210 пассажиров. Просто его почти никто не покупал.

За тридцать лет построили 36 машин. Большую часть этих тридцати шести Ту-214 забрали госзаказчики, спецборты для чиновников, силовых ведомств, президентский парк.

Авиакомпании уходили одна за другой: «Дальавиа» обанкротилась, «Красноярские авиалинии» закрылись, «Трансаэро» пересела на Boeing и тоже обанкротилась. К началу 2020-х Ту-214 в пассажирской авиации фактически не существовал.

А потом наступил 2022-й, Boeing и Airbus ушли из России, про Ту-214 вдруг вспомнили все.

Что делает нас креативными? В течение многих лет нейробиологи указывали на «динамическое сотрудничество» между двумя противоположными системами. И нет, речь не идет о полушариях. Суть в куда более сложных структурах, таких как сеть пассивного режима работы мозга (DMN), которая обрабатывает спонтанные ассоциации, и сеть исполнительного контроля (ECN), которая отвечает за способность сводить мышление в фокус на цели.

Почему Фрейд и квантовая механика объясняют бизнес-решения лучше, чем большинство MBA-курсов

Я пришла в психоанализ из топ-менеджмента в IT. Последние 4 года я развиваюсь в психоанализе: как в частной практике, так и в B2B. Я практик до мозга костей и поэтому все получаемые знания сразу переношу на понятные мне бизнес-структуры. И чем дольше я работаю на стыке этих двух миров, тем отчётливее вижу одно и то же: когда бизнес буксует, он ищет причину не там.

И причина лежит не в стратегии, не в рынке, не в конкурентах.

Если подумать, наши предки обрекли нас на изучение других языков, пытаясь облегчить себе жизнь. Да-да, те самые, которые бегали когда-то по евразийской равнине и говорили на общем праиндоевропейском языке. Со временем они стали распространяться по разным землям, и их общее наречие постепенно изменилось настолько, что носители русского и английского уже не понимают друг друга без учебников. Почему вообще это случилось?

Любому маркетологу знакомо понятие экономики внимания — на ней, собственно, строится весь текущий рынок в большинстве сфер товаров и услуг. Но борьба за внимание уже подходит к концу, и на её место приходит кое-что поинтереснее.

Энтерпрайз, гиганты рынка, платформы, медиа и влиятельные системы постепенно переходят от борьбы за внимание к борьбе за намерение, а затем — за саму волю человека. Звучит как сюжет дешёвой антиутопии, но на деле это уже работающая экономическая модель, и большая её часть собрана из инструментов, которыми вы пользуетесь каждый день.

Разбираю, что такое управление волей, какие технологии его обеспечивают и почему главным дефицитом будущего становится не доступ к выбору, а способность его делать.

Выдуманный мир тёплых (до)ламповых технологий – это не обязательно «стимпанк». Можно заглянуть и глубже, в «клокворкпанк», ведь спиральная пружина – двигатель более древний и при этом более компактный, чем паровая машина. Она широко используется с середины XVII века: именно благодаря металлической спирали часы стали карманными. Часовая пружина крутила шестерёнки заводных игрушек, музыкальных шкатулок, граммофонов и много чего ещё, зачастую совершенно шедеврального a la лесковская блоха. Послужила она и науке — вспомним хоть «аэродинамическую машину» Ломоносова. А в конце XIX века её пытались приспособить для привода «серьёзной» техники: мотоциклов, автомобилей, торпед... и трамваев!

Зачем колонизировать Луну, Марс, Венеру, Ганимед и Титан, а также пояс астероидов, а затем Альфа Центавра и другие звёздные системы за его пределами?

Среди распространённых ответов на этот вопрос — выживание, ресурсы и крутость. Колонизация других планет и далёких миров обеспечила бы выживание человечества даже в случае катастрофы на Земле (включая неизбежный конец Солнечной системы через несколько миллиардов лет). Это позволило бы нам использовать огромные запасы полезных ископаемых и энергетических ресурсов других небесных тел. И это было бы суперкруто — способ реализовать великое предназначение человечества.

Проблема всех этих преимуществ в том, что их эффективность не гарантирована. Создать самодостаточные колонии, способные «перезапустить» земную цивилизацию в случае катастрофы, будет непросто, и они будут даже более уязвимы перед угрозой исчезновения, чем сама Земля, по крайней мере, в течение долгого времени. К тому же, что бы ни уничтожило человечество на Земле (безумный ИИ? смертельный патоген? гамма-всплеск?), это может добраться и до колоний. Добыча ресурсов из космоса будет нелепо дорогой и, возможно, никогда не станет экономически выгодной по сравнению с добычей богатств Земли и их многократной переработкой. Что касается крутости — тут уж кому как. Многие люди уже считают, что нам следует направлять усилия на решение местных проблем, а не создавать новые где-то там, наверху. Даже тех, кого достаточно сильно манит зов звёзд и кто представляет себя переселяющимся в славные колонии, может постичь разочарование, когда жизнь окажется действительно тяжёлой и полной лишений, не говоря уже о том, что большей части населения Земли будет на них наплевать. Это уже не будет выглядеть как исполнение великого предназначения.

Помните то самое платье?
В 2015 году интернет раскололся пополам: одни клялись, что оно бело-золотое, другие — мол, сине-черное. Люди ругались в комментах, крутили яркость на мониторе, а самые умные врубали пипетку в Paint. Само платье, кстати, оказалось сине-черным, но дело вообще не в этом.

Проблема в том, что двое условных человека смотрели на одни и те же пиксели и видели разные цвета. Не интерпретировали по-разному, не спорили о вкусах — буквально видели разное. И оба лагеря не ошибались: сетчатка у всех отрабатывала штатно, а дальтонизм тут вообще ни при чем (поскольку речь не об оттенках одного цвета).

Последние лет двадцать нейронаука потихоньку сходится на одной неуютной идее: вы никогда не видели реальность напрямую. Ни платье, ни эту статью, ни собственные руки. Все, что вы воспринимаете прямо сейчас, догадка вашего мозга о том, что, вероятно, находится снаружи. Образованная догадка, обычно очень точная, но все же догадка.

Эта концепция называется байесовским мозгом, и я хочу о ней рассказать. Потому что, во-первых, она красиво объясняет кучу странных вещей: от оптических иллюзий до галлюцинаций и эффекта плацебо. 

А во-вторых, ровно по такому же принципу работает половина современного машинного обучения. Stable Diffusion, которая дорисовывает картинку из шума, Языковые модели, которые предсказывают следующее слово. Автоэнкодеры, world models, диффузионки — все это, если снять маркетинговую обертку, машины, которые делают то же самое, что и ваш мозг прямо сейчас. Гадают.

Так что начнем с мозга, а закончим нейросетями, и по дороге, надеюсь, вы начнете чуть меньше доверять собственным глазам.

Представьте: совещание. Руководитель разбирает чужой проект, но смотрит почему-то на вас. Голос становится холоднее. Пауза затягивается.

Один человек в этой комнате начинает возражать — спокойно, но твёрдо. Другой молча собирает бумаги и говорит, что ему нужно срочно на звонок. Третий замирает, смотрит в стол, и его как будто нет. Четвёртый улыбается и кивает — соглашается со всем, что слышит, даже если это неправда.

Четыре человека. Четыре реакции. Один нейробиологический механизм возрастом несколько сотен миллионов лет.

С запуском «Артемиды-2» в апреле 2026 года человечество возобновило историческую традицию, заложенную в конце 1960-х — начале 1970-х годов: мы снова возвращаемся к Луне. С прошлой высадки прошло больше полувека. В эпоху «Аполлона» лишь 24 человека летали в окрестности Луны, удаляясь от Земли на сотни тысяч километров. Двенадцать из них в ходе шести миссий действительно ступили на лунную поверхность. За это время на Луне осталось множество артефактов: флаги, фотографии, сейсмометры, зеркала и даже транспортные средства. А ещё астронавты привезли обратно камни, грунт и настоящие «кусочки» Луны. (В начале этого десятилетия Китай также провёл автоматическую миссию по доставке образцов с обратной стороны Луны.)

Из всех ныне живущих людей менее 25% достаточно взрослые, чтобы помнить эти знаковые моменты истории — как человечество отправилось на Луну и высадилось на неё в конце 1960-х — начале 1970-х. Неудивительно, что некоторые люди — в основном те, кто слишком молод, чтобы пережить те события, — скептически относятся к тому, что высадки на Луну вообще имели место. К счастью, наука позволяет нам не лететь туда лично, чтобы иметь доказательства. Вот четыре независимых аргумента, подтверждающих, что высадки на Луну действительно произошли.

Недавно я наткнулся на список самых дорогих медиа франшиз в истории. И я, мягко говоря, удивился, когда увидел, кто расположился чуть ниже «Покемонов», «Человека-Паука», «Гарри Поттера» и значительно выше «Джеймса Бонда», «Стартрека» и «Форсажа». А там, между прочим, «Черепашки-ниндзя» с суммарной стоимостью в 15 миллиардов долларов! Как из мрачного инди-комикса получилось настолько значимое достояние поп-культуры? Ответ на этот вопрос мы сегодня и постараемся найти.

26 апреля 2026 года Рунет облетела новость: старинный, легендарный и скандальный Udaff.com приказал долго жить. Вместо главной страницы по адресу теперь висит белая пустота с прощальным сообщением: «Эпоха Udaff.com окончена. Проект закрыт. Мы и так уже тянули дольше, чем это было нужно. Спасибо, что были с нами все эти годы». Говорить об этом событии стандартное и квадратно-гнездовое «ушла эпоха» не очень хочется — лучше вспомним, что это был за феномен бурлящих нулевых, при чём здесь йазыг падонкафф, «аффтар жжот» и «превед медвед» и какую роль Удафф.ком сыграл в том, что отечественные интернеты стали такими, какими мы их помним по прошлым годам и знаем ныне.

В первой части я описал социальное табу на вопрос:
Государство A враг для государства B?
Государство B враг для государства A?

В ответ мне писали:

«Ваши вопросы нарушают социальный договор. Люди не знают, как на них реагировать, поэтому банят или молчат.»

Хорошо. Допустим. Но давайте разберёмся, что это за «договор».

Мы уже создали «труд без работника». Следующий шаг — «разум без прав» или «чувства без свободы». Зачем нам чувствующий ИИ на Земле, не станет ли он экзистенциальной угрозой, и почему апгрейд собственного мозга может быть безопаснее создания «других»? Размышление на стыке этики, ИИ и эволюции человека.

Когда мы говорим "рабство", мы почти автоматически думаем о прошлом. О чём-то варварском, давно преодолённом и морально недопустимом в современном мире. Рабство – это люди без прав, вынужденные работать на других, не имея возможности отказаться.

Но давайте на секунду отвлечёмся от эмоций и посмотрим на сухие признаки.

Сущность, которая:

- выполняет работу вместо человека
- полностью подчиняется владельцу
- не требует оплаты, отдыха или условий
- может быть масштабирована практически бесконечно

Звучит как описание из учебника истории.
Или как описание современных ИИ-агентов.

Эволюция требует не только мутаций и отбора, но и проходимого пространства возможностей. Почему земная жизнь оказалась не хрупкой точкой, а богатым островом?

В первой части этой статьи мы рассмотрели две теории, дающие ключ к пониманию механизмов абиогенеза: конструкторскую теорию жизни Кьяры Марлетто и теорию диссипативной адаптации Джереми Ингланда. Одна из них объясняет, как возможны репликация, самовоспроизводство и дарвиновская эволюция без «тонко настроенных» на появление жизни законов физики, а вторая показывает, что при определённых условиях неравновесные термодинамические процессы делают самоорганизацию и жизнь более вероятными, чем их отсутствие. Но это слишком абстрактные модели, объясняющие существование не только биологической жизни в известной нам форме, но и вообще любых самовоспроизводящихся машин. А каковы практические достижения науки в деле искусственного создания жизни в лаборатории? Насколько мы близки к пониманию химического механизма получения устойчивого репликатора? Как появился генетический код и система производства белков? Существует только один способ создания жизни, или их много? Тема сложная, а я не биохимик, чтобы рассматривать абиогенез в мельчайших деталях, поэтому ограничусь схематическим нарративом: перечислением основных этапов абиогенеза, необходимых для этого компонентов, условий среды и химических процессов. Заодно опровергнем ещё несколько креационистских мифов и составим портрет нашего последнего универсального предка.

Начиная с середины прошлого века компьютеры тихой сапой стали постепенно становиться незаменимой частью технологий наиболее развитых стран. Естественно, во многом этому способствовала Вторая мировая. Для военных изделий нужно было много чего рассчитывать, причем, максимально быстро - кто не успел, тот проиграл!

Нейросети уже давно научились имитировать стиль известных художников. Стоит всего лишь написать в промте имена вроде Ван Гога или Ренуара — и получаешь картину в характерной технике. Разумеется любитель искусства или, тем более, профессионального искусствоведа такие работы раскусит моментально. Нейросети часто ошибаются в деталях: в костюмах определённой эпохи вдруг появляются современные элементы, в натюрморте может появиться продукт, которого при жизни художника просто не существовало, искажаются перспектива и текстуры.

Но ведь существует абстрактное искусство — где нет очевидных элементов, которые тут же выдают цифровое происхождение. И тогда возникает вопрос: сможет ли нейросеть создать такую абстрактную картину, что даже опытный знаток будет в сомнении — сделала ли её рука человека или алгоритм? И, что не менее интересно, как это объективно проверить? Опросы и тесты работают, но требуют большого числа респондентов и серьёзной статистики. Для небольших экспериментов больше подходят числовые характеристики, которые можно подсчитать и сравнить.

Вот тут на помощь приходит нейроэстетика — наука, которая пытается объяснить, что мы считаем красивым или гармоничным не через философские размышления, а анализируя сенсорные реакции мозга и измеримые параметры изображений. В случае с абстрактными картинами ключевые параметры — это фрактальная размерность, мультифрактальный спектр, энтропия и анизотропность.

Фрактальная размерность — мера того, насколько пространство заполнено сложной структурой. Например, линия — это размерность 1, полностью закрашенное полотно — размерность 2, а абстрактные «узоры» — что-то между ними.

Представьте задачу: передать сообщение на противоположную сторону Земли с идеальным пингом напрямую сквозь ядро, не используя спутники или ретрансляторы. Радиоволны сквозь планету не пройдут. Нейтрино поймать — задача для циклопических подземных резервуаров. Выход один — гравитационные волны (ГВ). Для них Земля прозрачна, как стекло.

Современные детекторы ловят низкочастотные гравитационные волны от слияния черных дыр. Но мы не можем крутить черные дыры в лаборатории. Зато мы можем спроектировать сверхвысокочастотный (СВЧ) гравитационный приемопередатчик, который уместится в здании. Фундаментальная физика говорит, что это реально. Инженерия говорит, что придется попотеть. Давайте прикинем «цыферки».