Учебный процесс в IT

Этим летом выпускник набрал 310 баллов и не прошёл на бюджет. История разлетелась по СМИ, виноватыми назначили олимпиадников. Полез в цифры: в МФТИ они действительно заняли 53% мест, а на факультете ИИ в МГУ — 15 из 20. Но по стране доля БВИ всего 2,6%. Разбираю, что происходит на самом деле, чем отличаются категории льготного поступления, и главное — что говорят данные ВШЭ о том, кто из поступивших потом лучше учится.

Ко мне однажды направили технаря перенимать опыт инцидент-менеджмента. Он возглавлял инженерную команду в розничной сети с большим количеством распределённых точек продаж (отрасль, отличная от IT, и другая юрисдикция). Сверху ему спустили установку: съезди, посмотри, как у людей налажен инцидент-менеджмент, и перейми лучшие практики.

Я стал делиться своим опытом. Рассказывал, как выстраивается работа с инцидентами: как узнавать о проблемах клиентов как можно раньше, как наладить взаимодействие клиентских служб и инженерных команд, какие метрики и KPI можно использовать, как вести документацию и постмортемы. Он вежливо слушал, кивал и что-то записывал.

И при этом я видел, что ничего не происходит. Знаете это ощущение, когда объясняешь человеку, а он не загорается? Слушает, но не вовлекается. Эти знания не приближали решение его проблемы. У него болело другое.

Школьный класс принято считать моделью общества. На деле это случайный набор людей одного года рождения, живущих в одном микрорайоне, и больше их не объединяет ничего — во взрослой жизни вы никогда не окажетесь в такой группе. Плюс из класса нельзя выйти. Разбираю главный аргумент против семейного обучения по 578 комментариям к первой статье: что такое социализация по определению, чего боятся спорящие и что об этом говорят исследования.

В свете сложной экономической обстановки компании стремятся одновременно сократить расходы и увеличить производительность. Этот тренд напрямую влияет и на работу HR: от специалистов по управлению персоналом ждут, что они помогут повысить эффективность каждого сотрудника и при этом не допустят неконтролируемого роста фонда оплаты труда.

Почему так происходит? Где брать данные для принятия решений? Как понять, в кого стоит инвестировать, и как оценивать эффективность сотрудников?

Эти вопросы разобрали Гюзель Гараева — основатель и генеральный директор Школы управления персоналом «Компас», признанный HR-эксперт с 29-летним опытом, из которых 18 лет она провела в роли HRD крупных российских и международных компаний, и Евгения Венина — HR-директор Directum, практик с 19-летним опытом в управлении персоналом и консультировании топ-менеджеров.

Мы в tutu реализовали очень крутой проект — школу тимлидов. Всегда считал, что вкладываться в кадровый резерв — это лучшая стратегия. Сели, расписали модули обучения, начали думать а каким же материалом открывать школу. И я предложил начать с основ — самые распространенные ошибки начинающих руководителей. Как говорится, знакомим коллег с граблями заранее, до тесного взаимодействия. Затем с этим же докладом я выступил на UlCamp26, где собрал немало замечательных слушателей и получил положительную обратную связь и подсвет, что проблемы действительно актуальны. Поэтому материал из этого вводного урока решил перенести на хабр, потому что он может быть интересен широкой аудитории.

Данная статья будет полезна как непосредственно начинающим руководителям, так и их начальникам, в качестве помощи при онбординге новичков.

Сегодня простую компьютерную игру можно собрать за несколько минут: взять готовый движок, подключить библиотеку или просто попросить ИИ написать код. Но мне захотелось вернуться к истокам и попробовать обойтись самым минимумом средств.

Привет! Я Евгений Бартенев, техлид и автор курса «Python-разработчик» в Практикуме. В этой статье попробую написать автомобильные гонки примерно в 50 строк кода на Python. Вся «графика» будет состоять из обычных символов терминала, а по пути мы немного разберёмся с ANSI-последовательностями, неблокирующим вводом и тем, как вообще устроен терминал.

Меня зовут Петрищева Евгения, я отвечаю в SM Lab за оценку и развитие сотрудников.

Последние несколько лет внесли коррективы во все сферы работы организаций и корпоративное обучение (L&D) не стало исключением. Ключевые вызовы сотрудников L&D: какие навыки понадобятся команде в ближайшие два года, как успеть развить их раньше, чем они станут дефицитом, и как ещё более точно рассчитать вложения на обучение персонала.

В этой статье хочу собрать самые интересные наблюдения, которые мне встретились. Поговорим о мировых трендах развития сотрудников, а также IT-специалистов исходя из исследования Future of Job Survey и мнений визионеров. А также обсудим российские тенденции в обучении и развитии сотрудников как в IT, так и в других отраслях. В конце расскажу, как эти тенденции отражаются в наших программах развития в SM Lab.

Допустим, вы решили серьёзно заняться иностранным языком.

В будни времени нет: работа, семья, дела. Зато в воскресенье можно спокойно сесть на два часа и наверстать всё сразу.

Два часа — это много.

За это время можно пройти урок, выучить десятки слов, послушать диалоги, сделать упражнения.

Кажется, что такой подход вполне разумный.

Но есть одна проблема.

Через неделю значительную часть занятия приходится начинать почти заново.

В 1984 году Бенджамин Блум доказал: ученик, занимающийся с репетитором один на один, обходит 98% обычного класса. Казалось бы, вывод очевиден. Но сам Блум написал, что это слишком дорого для общества, и поставил вопрос — чем заменить. Рассказываю, как мы отказались от занятий один на один, посадили 12 человек на одного преподавателя и почему это дало результат лучше, чем мини-группы.

Учителей физики в России стало вдвое меньше за двадцать лет: 61 тысяча в 2002 году против 31 тысячи сейчас, и треть из них пенсионного возраста. ЕГЭ по физике сдают 91 тысяча человек — это 37% от плана приёма в технические вузы. Некому учить, некому сдавать, некем заполнять инженерные специальности. Круг закручивается сам на себя.

В комментариях к моей статье про уход сына из школы половина спора шла о том, что такое семейное образование вообще, а вторая половина — об уверенности, что так поступают семьи с проблемами. Я полез в данные. Здоровье как причина перехода — 5%, последнее место в списке. 85% родителей с высшим образованием, 34% предприниматели, главная причина у 52% — претензии к школьной системе. Заодно разбираю разницу между семейным, надомным и самообразованием и смотрю, что за год случилось с рынком детского образования.

Как я обещал в прошлой статье, пора проверить, что стоит за баллами из сравнительной таблицы. Взял три свежие научные работы с Google Scholar — русскую, английскую и узбекскую  и прошёл с ними весь путь проверяющего в обеих системах: загрузка, ожидание, отчёт, каждый источник руками. Спойлер: в конце — эксперимент со вставкой текста от Claude Fable 5 в курсовую 2017 года. Обошлось мне всё это в 4300 рублей, так что читайте внимательно. 

Всё началось в 7-8 классе, когда система начала давать сбой. Дочь просто перестала вытягивать школьную нагрузку. Организм рос стремительно – заболели коленные суставы, посыпались частые простуды, ресурс ЦНС уходил в минус.

К физиологии добавился социальный баг. По характеру она интроверт, общих интересов со сверстниками в школе было мало. Зато была классическая иерархия приматов в классе что не добавляло желания учиться. Со стороны учителей – по-разному, иногда глухая стена, иногда классная руководительница вникала в проблемы, помогала по своему предмету. Добила учительница химии, которая просто игнорировала реальные, любознательные вопросы ребенка, выходящие за рамки унылой программы. Школа окончательно превратилась в токсичную повинность. Можно было тащить все как есть, не она первая, не она последняя, как-то отучится, но лично меня такой подход не устраивал от слова совсем.

Нужно было принудительно сбросить этот процесс, для начала, мы в семье, полностью сняли с ребенка давление по поводу оценок. Дальнейшая задача заключалась в том, чтобы направить те небольшие силы и внимание подростка - на приоритетные предметы. Так родился новый алгоритм учебы:

*     Всю энергию нужно тратить только на ядро – математику, физику, биологию и химию. Это законы системы.

*         Географию достаточно понимать в общих чертах.

*         Гуманитарные предметы – акцент на грамотное письмо, чтение литературы, насколько хватит свободного времени, чаще всего это книги не из школьной программы.

Я не программист, не девопс и не системный администратор. По диплому — недоучившийся инженер-энергетик, программировать учился сам по учебникам, команды никогда не было. При этом у меня выросли два сервера, полсотни виртуалок и десяток микросервисов. В ночь на четвёртое июня всё это едва не закончилось: кто-то зашёл на резервный сервер и снёс двадцать две виртуальные машины вместе с дисками примерно за десять минут. Разбираю по шагам, где именно я оставил дверь открытой.

Каждый день я изучаю что-то новое. Просматривая очередной курс на компьютерную тематику на Степике я задался вопросом. Насколько мне сегодня нужны эти знания? Не просто для изучения ради изучения, общей эрудиции или тренировки для ума. А именно как полезные практические знания? Или может и не нужны вовсе?

Ответ на этот вопрос сильно зависит от целей. Зачем я учусь и чего хочу этим добиться? Многие приходят к программированию, и вообще в IT, с желанием получить работу (и бабки, бабки, с*ка, бабки!). У меня такой цели никогда не было. Это и плюс, и минус. И причина своеобразного взгляда на мир компьютерных наук, в самом широком смысле термина. Для меня это не прагматика, а прежде всего средство для творчества и самовыражения.

Учебник математики, по которому учились поколения детей, не прошёл экспертизу с формулировкой: содержание не способствует формированию патриотических чувств, поскольку в книге присутствуют «гномы, эльфы, факиры со змеями, три поросёнка». Это не анекдот, а заключение 2014 года. Рассказываю, как разобрали образовательную систему, по которой я сам учился в начальной школе.

Привет, это команда Яндекс Практикума. До конца приёмной кампании 2026 осталось чуть больше недели, но за это время можно успеть поступить в онлайн-магистратуру ИТМО или НИЯУ МИФИ в партнёрстве с Яндексом. Для этого выберите подходящее направление и оставьте заявку, а мы пришлём вам на почту дальнейшие инструкции. Чтобы оплатить обучение, вы можете использовать образовательный кредит с господдержкой с льготной ставкой 3% при соблюдении условий программы и одобрении банка. В статье расскажем, как это сделать. 

Классическое академическое образование порой бывает очень сложным, рутинным и непонятным. Достаточно только заболеть на пару дней, и ты уже в поте лица пытаешься наверстать упущенные знания по матану где-то на mathprofi.ru

Согласно исследованию НИУ ВШЭ «От совмещения учебы с работой к совмещению работы с учебой» (К. В. Рожкова, С. Ю. Рощин, П. В. Травкин, «Вопросы образования», 2024, № 2), около 53% студентов очной формы обучения работали хотя бы один месяц за время учебы в вузе. На первом курсе бакалавриата работают около 18% студентов, к выпускному курсу доля вырастает до 35% у бакалавров и до 40% у специалистов. Чаще других учебу с работой совмещают студенты направления «Математика и компьютерные науки» — 58%; авторы связывают это с широкими возможностями удаленной занятости для тех, у кого есть цифровые компетенции. На мой взгляд, отсюда следует и рост потребности в самостоятельном обучении, а оно требует структурированного подхода и проверенных материалов. Это уже не говоря о тех, кто пытается не забывать о личной жизни: спорт, студенческий актив, личные интересы и другое.

Также, на мой взгляд, имеет место проблема конспектирования лекции в реальном времени. Не всегда удается одновременно усваивать слова лектора и записывать.

Таким образом, этой статьей я хочу предоставить доступ к удобному и систематизированному набору академических знаний. Этот roadmap в мир КГ является дополнением к академическому образованию, он поможет облегчить учебу в университете: лучше понимать структуру и дать ссылки на материалы. К нему нужно относиться как к вспомогательному инструменту в обучении

У нас было 14 лекцией и столько же практических семинаров, 100 заявок в первый день запуска, множество кейсов и теоретической базы всех цветов и размеров, 36 участников и 5 матёрых наставников, защита итоговых проектов. Не то, чтобы это был необходимый минимум для решения кадрового вопроса. Но если начал делать «Нешколу» для поиска бизнес-аналитиков – становится трудно остановиться. 

Привет, Хабр, на связи Мария и Александр из департамента бизнес-анализа в ecom.tech. В этой статье мы расскажем, как запустили открытую школу бизнес-анализа, не тратя ни рубля на маркетинг. Поехали!

Привет, Хабр! Я — Даша, отвечаю за обучение руководителей в MTC Web Services, проектирую образовательные продукты для наших лидеров: от коротких программ до длинных траекторий развития.

Моя работа редко начинается с генерации контента. Обычно сначала нужно разобраться, какую задачу на самом деле пытается решить бизнес. Потом понять, как она соотносится с потребностями будущих участников обучения — для этого мы с командой проводим внутренние исследования: глубинные интервью, кастдевы, пульс-опросы. И только затем появляется концепция продукта, а за ней — разработка программы, материалов и коммуникаций.

Еще полгода назад я подключала ИИ исключительно на последних этапах. Когда решение уже найдено, модель помогает быстрее его реализовать: предложить структуру, придумать название курса, создать черновик контента или скорректировать текст. Сейчас же я открываю чат с LLM гораздо раньше, когда решения или образа результата еще нет в голове, и использую его не только для того, чтобы сделать работу быстрее, но и чтобы снизить вероятность ошибки на самом важном этапе — когда необходимо решить, что именно нужно делать. Это, пожалуй, самая заметная перемена в моей работе с ИИ, о которой и пойдет речь в этом материале.

Спойлер: здесь не будет обзора моделей. Меня гораздо больше интересует, как меняется рабочий процесс, когда ИИ становится частью проектирования.