Предпринимательская деятельность в IT
Использование компонентов под GNU GPL может стоить вам Реестра Минцифры с НДС 0, госконтракта и грантов – даже если всё было заранее согласовано с заказчиком. Разбираем, какие лицензии «заражают» ваш код, и что с этим делать на уровне управления процессом разработки.
Мы продолжаем рассказывать про то, как формировались нормы защиты авторского права в интернете в начале нулевых годов. В первой части мы подробно разобрал кейс Napster. В этой подробно расскажем про The Pirate Bay и другие проекты.
Рынки не растут, инфляция, кредиты недоступны или разорительны, резать издержки до бесконечности нельзя. В этой ситуации необходимо найти точки роста, работа с которыми поддержит всю компанию.
Где неприятности — там и жизнь
Или почему избегать неприятностей — это самый быстрый способ нажить себе проблем
«Бизнес — это не то, что написано на сайте. Это то, что написано в налоговой декларации.»
Мне заблокировали доступ к GitLab. За неделю до этого я нашёл первую аномалию в бизнес-структуре и отправил им письмо. После блокировки копал глубже — и нашёл офшоры на Кипре.
Всё началось с того, что меня назвали «невовлечённым специалистом».
Это история о том, как два вечерка на Руспрофайле и нейросетка дали больше информации, чем почти два года работы внутри компании. И о том, что любой разработчик может проверить своего работодателя так же.
Об особенностях корпоративных преобразований, их настоящей цене и основном вопросе, который стоит задать до старта
Если вы никогда не задумывались, на чём вообще держится индустрия путешествий, присаживайтесь. Рассказ будет недолгим — минут на сорок. Если вы хоть раз покупали авиабилеты онлайн, то наверняка заметили странную особенность даже самых «успешных» сервисов: они умеют ровно две вещи — найти билет и продать билет. Всё. Как только ваши планы внезапно меняются, магия испаряется, и начинается древний ритуал: вы берёте телефон, звоните в поддержку и слушаете саундтрек, который не выбирали. Бездушный автоответчик шепчет, что все операторы заняты, просит остаться на линии, а в трубке тихонько умирает ваше свободное время.
Когда‑то, лет этак шестьдесят назад, авиакомпании внезапно осознали, что продавать билеты через кассу в аэропорту — это, конечно, лампово, но хотелось бы чего‑то более… системного. Так родилась первая GDS — глобальная дистрибутивная система. По сути, это вселенский пылесос, который засасывает данные из PSS авиакомпаний: расписания, тарифы, доступность мест, правила, статусы бронирований. Всё то, что покоится в глубинах корпоративных недр. GDS собирает это добро, перемалывает и раздаёт турагентствам, сайтам и прочим желающим продавать билеты, не вступая в прямой контакт с динозаврами.
А PSS — Passenger Service Systems — это как раз те самые динозавры. Древние, массивные, неприкасаемые. В них живут бронирования, билеты, тарифные правила и вся логика, объясняющая, почему перелёт с пересадкой в Чикаго стоит как подержанная «Тесла». PSS — это священные реликвии, написанные в эпоху телетайпов и перфолент, и с тех пор тронутые примерно столько же раз, сколько египетские пирамиды. Работает? Работает. Значит, не трогаем. Любая попытка модернизации выглядит как попытка провести МРТ на мамонте: интересно, но зачем?
Если сейчас слышишь «проект на нейросетях», чаще всего это очередной чат-бот или AI-ассистент. Денис в феврале 2025 года искал что-то другое — задачу, где нейросети дадут результат, который без них не получить. В какой-то момент он увидел в ленте рекламу детективной настольной игры и понял, что вот этот продукт можно построить на нейросетях так, как раньше никто не делал.
Денис автор проекта True Crime Games, детективной игры в Telegram, где подозреваемые отвечают в реальном времени и не отличаются от обычных аккаунтов в чате. В команде он сам, жена и сестра. К маю 2026-го, через восемь месяцев после запуска, было продано более 800 копий игры по $40, выручка ~$30000.
Налоги на наш бизнес за последние два года выросли в пять-шесть раз. Продавцам мы тоже поднимаем зарплату — за эти годы фонд оплаты труда почти удвоился. Аренду нам переписали вверх, как и всем — рынок недвижимости за эти годы сильно вырос. Оборот при этом в два раза не вырос. Мы работаем на то, чтобы просто удержаться на месте.
При этом у нас 32 магазина в одном городе, больше 100 сотрудников, оборот около 40 млн в месяц и примерно 20% чистыми. Ближайший конкурент держит 20 точек. Рекламы у нас почти нет, она запрещена законом. Ассортимент у всех плюс-минус одинаковый.
Мы — сеть табачных магазинов в Челябинске, работаем с 2015 года. В статье расскажу, как устроен этот ритейл изнутри, на что реально уходят деньги, почему мы сознательно не развиваем самое прибыльное направление и как один раз попробовали выйти в другой город и закрылись.
Представьте сцену. Переговорная комната. Понедельник, 10:00. На стол выложены три документа: финансовая модель ROI на 47 страниц, функциональные требования к WMS на 130 страниц и стратегия развития логистики до 2027 года. Все три — про одно. Но люди, которые их написали, уже двадцать минут разговаривают мимо друг друга.
Мы наблюдаем эту картину снова и снова. За годы работы мы участвовали в десятках проектов автоматизации складской логистики — от распределительных центров площадью несколько тысяч квадратных метров до крупных логистических комплексов с несколькими тысячами SKU. И в большинстве случаев, когда проект начинал буксовать, причина оказывалась не в технологии, не в бюджете и даже не в подрядчике.
Проблема появлялась раньше.
В тот момент, когда три ключевых ЛПР — финансовый директор, IT-директор и директор по логистике — начинали обсуждать один и тот же проект, но каждый — на своём языке, со своими KPI, своими страхами и своей картиной риска.
Интересная статья Марлен Де Конинг на нидерландском интернет-ресурсе поднимает, на мой взгляд, один из новых ключевых вопросов современного бизнеса: как организовать контроль качества результатов и бизнес-процессов в условиях стремительного расширения использования ИИ.
Сегодня многие компании рассматривают сотрудников прежде всего как центр затрат. По мнению автора, это может стать одной из самых дорогостоящих ошибок руководителей.
Марлен Де Конинг, профессионально занимающаяся вопросами трансформации рынка труда, равноправия, генеративного ИИ и инноваций, считает, что главным фактором долгосрочной ценности компании являются не технологии, капитал или данные, а профессиональные навыки сотрудников. И это несмотря на то, с какой скоростью ИИ заменяет, дополняет и перестраивает работу организаций.
Основной угрозой качеству и эффективности бизнеса становится исчезновение «живого» эксперта — сотрудника, способного понимать, тестировать и корректировать результаты работы ИИ.
Здесь возникает фундаментальное противоречие. С одной стороны, руководители ожидают от ИИ роста продуктивности, инноваций и ускорения развития бизнеса. С другой — воспринимают персонал как растущие расходы на фонд оплаты труда, источник снижения эффективности и низкой загрузки.
При этом исследование компании PwC, в котором приняли участие более 4 400 руководителей по всему миру, показывает: более половины генеральных директоров пока не видят отдачи от инвестиций в ИИ. И парадоксально, что именно эти организации одновременно рассматривают фонд оплаты труда сотрудников как основной источник неэффективных затраты.
Мы не боимся использовать ИИ в разработке. Потому что знаем, как сделать, чтобы изменения в коде не ломали то, что работало до этого. Знаем, как научить ИИ соблюдать требования, а не выдумывать их. И как заставить ИИ писать легкий поддерживаемый код. Рассказываю на конкретном примере.
12–14 ноября в Санкт-Петербурге пройдет INFOSTART A&PM EVENT 2026 — конференция для аналитиков, руководителей проектов, архитекторов и специалистов по автоматизации на платформе 1С.
Инфостарт открыл прием заявок на выступления. Подать доклад можно до 28 августа.
Статья написана на основе интервью с Еленой Власовой, основательницей бренда женской одежды больших размеров Pluffy Queen.
По профессии я медсестра — проработала в медицине 10 лет. Потом стало модно быть блогерами — начала худеть и делиться результатами с подписчиками. Я всегда носила 60-й размер, но периодически сбрасывала вес и покупала вещи поменьше. Подписчики часто интересовались, где я беру одежду, — подобрать стильные вещи моего размера в обычных магазинах практически невозможно. Удачные покупки чаще всего случались во время заграничных поездок.
В 2021 году я купила в Турции на обычном рынке комбинезон. Очень интересный — в российских магазинах такой было сложно найти. Я стала носить его, показывать в блоге, и подписчицы снова начали спрашивать: «Где купила?». И тут меня осенило: а что, если сшить такой же комбинезон и продать? С этого все и началось.
Где-то с 2021 года программистам обещают, что: ИИ оставит их без работы, 30% мест исчезнут, дипломы обесценятся и вообще все станут бесполезными. В декабре 2025 это уже стало походить на правду, теперь, какой-нибудь Claude, действительно, выдает рыночный результат. А если сравнить стоимость генерации за ноль рублей с любой оплатой труда, то тут победить ИИ - крайне сложно.
Что касается профессий уровня аналитиков, то джуны не нужны, по моим ощущениям, с 2023 года, а на текущий момент вообще аналитики не особо нужны. Тут уже, к сожалению, так как в моей профессии присутствует слово аналитик.
Про замену управленческих кадров и уровня С, пошли прогнозы на конец 2026 года. Это уже касается лично меня и моей текущей работы. Но начиная с того самого 2021 года, я сменил 3 компании, пережил два кризиса в найме и как итог два ребрендинга собственной карьеры.
Сразу спойлер: без работы я не остался, но пришлось перестать "играть в шахматы" и переключиться на режим игры в настольный теннис.
В шахматах побеждает тот, кто видит стратегию на 10 ходов, а в теннисе - у кого лучше реакция и способность адаптироваться под противника.
Вот как раз эпоха ИИ - это теннис. Мы уже явно в зоне турбулентности, которая по прогнозам в 2027 году достигнет пика. Есть сложный момент с тем, что происходит в странах с развитой экономикой и у нас, скажем мягко, имеет некий рассинхрон. Поэтому пока ориентируюсь на международные практики и институты, а как их адаптировать под наши практики, как раз возвращаемся к метафоре с теннисом.
У нас в комьюнити часто приходят с одним и тем же вопросом: стоит ли делать продукт, если в поиске по теме почти нет запросов. Женя Донцов 6 лет назад задавал его себе и услышал от маркетологов ровно то, что слышат все: «Бро, у тебя запросов в Яндексе достаточно мало. Ты на этом хочешь сделать бизнес? Come on. Займись чем-нибудь нормальным». Он не послушал.
Женя шесть лет делает Waterius, устройство, которое автоматически передаёт показания счётчиков воды в водоканал. Код выложил на GitHub, от инвесторов отказался, в Яндекс.Директе почти ноль продаж на десятки тысяч показов, блогеры принесли суммарно десяток заказов. Почти вся выручка идёт через маркетплейсы, которые забирают 50% с каждой продажи, и это оказалось единственным, что работает. Сейчас выручка около миллиона рублей в месяц, 150+ городов подключены, рост в 1,5 раза в год.
Передаю слово основателю проекта Евгению Донцову.
10 новых российских продуктов для вызова специалистов как такси, изучения редких иностранных языков с помощью ИИ, создания дизайнерских презентации, создания сайтов, продажи фотографии и многого другого. Битва за «Продукт недели» началась!
Product Radar — здесь каждую неделю публикуются лучшие онлайн-сервисы и железки от русскоязычных команд.
Вайлдберриз в этом смысле явно работает на укрупнение рынка. С тремя сильными игроками в нише они могут управляемо расти, а с десятком мелких копировальщиков из 1688 это менее предсказуемо. Платформе выгодно сокращать количество селлеров, оставляя сильных и неумных, и убирая средних.
К той же логике подтягивается и Озон. Подняли комиссию — это сильнее всего бьёт по тем, кто работал на тонкой марже, то есть опять же по средним. Крупные могли договариваться о комиссии индивидуально. Мелкие копипастеры и так почти ничего не зарабатывают, для них +10% это не разница.
Так и живем.
Нейросети можно объединять в полноценные рабочие системы. Такие системы называют ИИ-агентами. Их используют в поддержке, продажах, аналитике, HR, логистике и внутренних процессах — везде, где есть повторяемые задачи, понятные правила и данные, к которым можно подключиться.
Но при сборке ИИ-агента важно учитывать российскую специфику API.
Весной 2000 года Ларс Ульрих, барабанщик Metallica, пришел к офису предшественника «торрента» Napster с картонными коробками. В них — распечатанные списки с именами 300 000 человек. Это фанаты группы, которых Ульрих требует заблокировать на музыкальном сервисе Napster.
В то время идея свободной информации противопоставляла себя авторскому праву. Это приводило к множеству перегибов, споров и судов. Многие из них сформировали индустрию такой, какой мы знаем ее сейчас. Разбираемся, как интернет-общественность боролась против закона и авторских прав, что решали суды и компании и что из этого вышло.