Читальный зал

Привет! Сразу признаюсь, я — гуманитарий. Уже лет двадцать работаю в IT, притворяясь своим среди хардкорных технарей. Людей, которые писали на Фортране и Бейсике, пережили диалап и вспоминают «3dfx» с лёгкой ностальгией. 

Мой максимум — навайбкодить какой‑нибудь скрипт для аналитики. Для гуманитариев это звучит страшно, потому что ничего не понятно. Для IT‑специалистов — страшно, потому что всё со мной понятно. 

Меня до сих пор не раскрыли только потому, что айтишники обычно смотрят в монитор, а не друг на друга. Зато наблюдать за ними невероятно интересно. Благодаря подлой гуманитарной сущности я смог оформить эти наблюдения в рассказ о жизни удивительного биологического вида Informaticus vulgaris, он же «айтишник обыкновенный». 

Рассказ буду вести от первого лица. Все совпадения случайны, как бы вы не пытались доказать обратное.

У пограничного расстройства личности девять диагностических критериев. Для диагноза достаточно пяти. Если посчитать все возможные сочетания, получится 256 комбинаций. Два человека с одним диагнозом могут совпасть друг с другом всего по одному критерию (Leichsenring et al., 2024).

Один человек годами живёт с ощущением пустоты и неустойчивым представлением о себе, другой переживает тяжёлые кризисы с суицидальными намерениями при разрыве отношений, третий прежде всего рискует, дерётся и употребляет вещества. Все они могут получить один диагноз.

В 2019 году Всемирная организация здравоохранения сделала то, о чём исследователи личности спорили больше сорока лет. В одиннадцатом пересмотре Международной классификации болезней (МКБ-11) она упразднила все классические типы расстройств личности. Вместо них появилась единая дименсиональная шкала тяжести — лёгкая, умеренная, тяжёлая — и пять черт-квалификаторов. Это гораздо ближе к тому, как устроены реальность и сложность человеческой психики (WHO, 2024; Tyrer et al., 2019).

Из всей старой таксономии в особом положении осталось только пограничное расстройство личности. В МКБ-11 для него сохранили специальный квалификатор borderline pattern.

Почему система, устремлённая к непрерывным шкалам, сделала исключение именно для него? Что это за сбой психики, который клиницисты отказались выпускать из поля зрения?

Представьте себе не очень опытного яхтсмена, который управляет своим небольшим судном в достаточно сильный шторм. Он непрерывно мечется по палубе, то поднимает, то убирает парус, меняет галс, периодически выпадает за борт, забирается обратно, требует ром и привязать себя к мачте, потом прячется в трюм и в ужасе молится Посейдону, а затем снова бежит на палубу и пытается удержать судно на плаву. Это не пограничность.

Просто закройте эту главу, если вы не научились с юмором, здоровым сарказмом и самокритикой смотреть на абсурд происходящего. Её текст точно соответствует исторической фактуре, но оскорбит «чувства верующих».

В народе говорят: «носится как дурак с фантиком». Многие технические или кажущиеся такими решения, казалось бы, даже в компьютерной сфере не имели научной подоплёки. Чтоб не ошибиться в выборе технологии, нужно было учесть исторический и политический факторы.

Ниже истории о провальных идеях, стоивших жизни и карьеры многим разработчикам. Без знания их, прошлое будет настигать снова и снова.

Эта глава о бездумном следовании догмам, а не о том, что та или иная вещь плоха (хотя и об этом – тоже).

Всем привет! Меня зовут Илья Данилкин, я тимлид в Авито Авто.

AI-агенты обычно живут рядом с Python, но всё же немало команд выбирают язык Go. Дело в том, что агенты большую часть времени не заняты сложными математическими расчётами, а ждут ответа модели или результата инструмента. А ещё работают в режиме бесконечных параллельных запусков. И если пользователь останавливает задачу, его запрос и следующие вызовы инструментов тоже нужно остановить.

Поэтому при выборе языка важны не только библиотеки для работы с моделями, но и то, как язык справляется с одновременными задачами, отменяет операции и насколько просто доставить готовое приложение пользователю. В Go для этого есть дешёвые горутины, context.Context и сборка в один бинарник.

В статье на примерах и материалах из Go-сообщества разберу пять сценариев, когда эти и другие свойства Go очень и очень нужны.

Рассказываем про явление пожизненного найма в японских компаниях: откуда появилось, насколько полезно для экономики и людей и как работает сейчас.

Это цикл статей для тех, кто интересуется Японией, её современной жизнью и культурой повседневных деталей. В прошлый раз я писал о том, как искать работу в Японии.

В августе продолжаем тему рецензий на книги по С-подобным языкам. Книга «Программирование на C++ в среде Qt» (БХВ-Петербург, 2026) Дмитрия Осипова построена на версии Qt 6.10 и выделяется среди аналогов тем, что начинает тему буквально с нуля. Первые пять глав — это полноценный курс C++, и только потом идут виджеты, графика и многопоточность. Для студентов и стажеров, которые хотят получить единую книгу вместо связки «учебник C++ и отдельный учебник Qt», эта книга выглядит как хороший старт в кросс-платформенную разработку.

В этой статье мы поговорим о псориазе, я поделюсь своей историей и, основываясь на данных научных исследований, расскажу, как с ним живут. Статья может быть полезна тем, кто им болеет, или их близким.

Важно: эта статья — рассказ автора о собственном опыте борьбы с псориазом, а не инструкция по лечению. То, что помогло или не помогло автору, не обязательно подойдёт вам. Не меняйте назначенное лечение и не отменяйте препараты самостоятельно — любые изменения лучше обсудить с врачом.

Сначала была не идея романа, а ощущение: наш мир — хрупкая штука. Я программист, и моя личная версия конца света была профессиональной: а что, если вирус сожжёт все процессоры? Не данные — железо. Производство микроэлектроники — самая сложная цепочка поставок, которую построило человечество; то, что сгорело, не перевыпустить.

Потом я наткнулся на событие Кэррингтона. 1859 год, геомагнитная буря: телеграфные аппараты искрят и бьют операторов током, связь работает при отключённых батареях — на энергии, которую навела в провода сама буря. И я понял, что мой вирус — детская страшилка. Есть сценарий хуже: не процессоры. Электричество. Всё и сразу.

Привет, Хабр! Испытания интересующих многих соотечественников аккумуляторных батарей Camel продолжаются. Мы сравниваем их параметры со старыми знакомыми АКОМ, прекрасно показывающими себя в течение многих лет.

Все аккумуляторы АКОМ снабжены пробками для доступа к электролиту, куда при необходимости всегда можно долить дистиллированную воду. Camel не предоставляет такой возможности, поэтому тема сегодняшнего эксперимента представляет особую актуальность.

На прошлой неделе мы опубликовали интервью с Артуром Григорьевичем Погосовым, преподавателем Физфака НГУ и автором задач для олимпиады «Твой путь в настоящую науку». Сегодня разберем одну из его демонстрационных задач, где нужно дать качественное объяснение наблюдаемому явлению. Задача старенькая, 2013 года — и для неё мы собрали установку, известную как колыбель Ньютона.

Я достаточно долго жил с тревогой и паническими атаками, и пять лет потратил на попытки справиться самому. Это были самые бесполезные пять лет в моей жизни. Собрал девять блоков про ментальное здоровье, которые могут кому-то сократить путь до улучшений.

Полтора месяца ушло на то, чтобы среди кучи вакансий, не стыкующихся с моей учебой в универе, найти этот бриллиант. Вернулся я однажды с пар, сижу на бирже труда — и нахожу объявление: «Учитель информатики для детей, без опыта, требования — студент вуза на технической специальности».

Шел на собеседование с мыслью: раз я инженер, с техникой работаю нормально, то и детям объяснить получится, слова попроще подберу. Никогда до этого отклика я всерьез не рассматривал себя в роли преподавателя. Да и какой из меня преподаватель — для этого вроде педагогический нужно оканчивать.

Через пару дней такой работы я был приятно удивлен. Я думал, что шел на эту работу как на простой способ заработка: отработал норму — свободен. А по факту я стал смотреть на мир совсем другими глазами. Этому меня научили дети.

В своём блоге я часто пишу о японских RPG. Какие-то элементы этих порой странных, громоздких игр заставляют возвращаться к жанру снова и снова, несмотря на их частую репетативность и времязатратность. Разработчики из Страны восходящего солнца (а также все те, кто пытается подражать игровым или эстетическим элементам их игр) за десятилетия существования этой индустрии сформировали определённый канон жанра. Мы слышим «JRPG» и думаем об аниме стилистике и сопутствующем юморе, запутанной истории, цветастой экшен-боёвке или нагруженной пошаговой системе и, главное, чувстве огромного приключения. В той или иной мере этой есть в любом проекте, который относит себя к этому жанру.

Огромное разнообразие этих игр и фокус разработчиков на каком-то определённом аспекте означают, что фанату жанра никогда не придётся сидеть без дела. Особенно если ему приглянулась какая-то конкретная игра — с огромной долей вероятности это часть какой-то уже устоявшейся долгоиграющей франшизы. Японцы, в отличие от западных коллег, как-то редко хотят экспериментировать вне рамок существующих IP, особенно гиганты вроде Nintendo или Square Enix. Но эти эксперименты или, наоборот, их отсутствие, нередко становятся причиной «гибели» серии. Продажи падают, новичкам не хочется приобщаться к незнакомой серии с большим количеством игр, а «олдам» уже надоело.

Говорить о мёртвых франшизах интересно, но тяжело, хотя бы, потому что и зарубежом, и тем более у нас, о них мало кто помнит, а поиграть самому в них проблематично — игры редко покидали свой родной регион и не были локализированы. Что интереснее, дак это обсудить тех, кто всё смог вырваться из забытия и вернуть себе хотя бы часть былой славы. Тем более что через месяц выходит новая полноценная «Fire Emblem» — яркий пример подобного феномена.

Космическая обсерватория NASA Swift больше 20 лет работает на околоземной орбите, изучая гамма-всплески и другие феномены Вселенной. Несмотря на солидный возраст, научные приборы обсерватории остаются исправными. Однако в последние годы Swift стал терять высоту. Без посторонней помощи аппарат может войти в плотные слои атмосферы и сгореть уже до конца года.

NASA решило спасти работающую обсерваторию необычным способом. К ней отправили аппарат LINK, который должен догнать Swift, захватить его роботизированными манипуляторами и поднять на более высокую орбиту. Но вскоре после запуска проблемы возникли уже у самого спасателя: LINK потерял нормальную ориентацию и начал быстро вращаться. Теперь инженерам приходится сначала спасать этот аппарат, а уж потом думать, что делать с обсерваторией. Давайте разбираться.

Если верить мемам, многие мужчины удивительно часто думают о Римской империи. Этот факт удивляет женщин, но на самом деле его легко объяснить. Вся западная цивилизация формировалась под влиянием Рима. Архитектура, политика, экономика, города, образ жизни. Расширение Рима сформировало Европу, а Европа сформировала мир.

Следы Рима сохранились и в языке. Тысячи слов латинского происхождения вошли в европейские языки — непосредственно из латыни или через другие языки. Например, в русском это «текст», «армия», «университет», «документ», Роман — и тысячи других слов.

Зачастую, когда хочется поснимать поздно вечером или ночью и с собой нет никакого дополнительного света — ни постоянного, ни импульсного, приходится выкручиваться короткими выдержками и высокими ISO. И, к сожалению, это не всегда выход. И вот именно в такие моменты на помощь приходят компактные вспышки!

Недавно вышел очередной фильм по «Дюне». Первая же серия — открывающий облет над Арракисом: камера ныряет между дюнами, будто сама превращается в песчаную бурю, гигантский червь всплывает из-под поверхности пустыни как левиафан, а орнитоптеры складывают крылья настолько правдоподобно, что на секунду забываешь, что это графика, а не документальная съемка насекомообразной машины. Работа сделана душевно и с почтением к первоисточнику.

И все же чего-то не хватает.

Пожалуй, только Дэвиду Линчу в свое время удалось хоть немного прикоснуться к настоящему масштабу замысла Герберта, но даже он при всей своей безумности замысла и психоделической смелости не смог вместить все. С тех пор прошло больше сорока лет, и никто так и не подобрался ближе к глубине гениального автора.

Бюджеты и спецэффекты здесь ни при чем. «Дюна» — это честный, местами беспощадный набор мысленных экспериментов о природе власти, свободы и человека, который моделирует нашу цивилизацию в обход собственных технологий, а не благодаря им. Но в экранизациях эта глубина обычно растворяется в красивой картинке.

Выход сериала удачно совпал по времени с глобальной дискуссией об искусственном интеллекте. Эти споры напомнили остроту поставленных романом вопросов. Страх потери контроля, требования ограничить ИИ, тревожные прогнозы от людей, которые сами его создают, — Герберт проиграл этот сценарий в уме еще полвека назад, только вместо экрана и графики у него для этого была печатная машинка. И закончил он его настолько неожиданно, что вряд ли кто-то из нынешних паникеров сумел бы предположить такой поворот. Это лишь один из возможных вариантов будущего, придуманный фантастом задолго до нынешних споров, но по пути к нему Герберт успевает задать вопросы, которые звучат сегодня даже острее, чем во времена написания романа.

Не так давно мы вспоминали про игры, которым вот вроде и лет много, но они всё еще топ даже сейчас, и был там один пример в лице Metal Gear Solid 2: Sons of Liberty.

При подготовке этого материала я лично перепроходил игру и удивлялся, сколько всего предсказал Кодзима в сюжете… А потом я задумался, был ли кто-то еще из игроделов, кто в своих проектах показал вещи, которые мы в наше время наблюдали так или иначе хотя бы один раз.

Собственно, в этом материале мы и посмотрим на несколько таких примеров.

Привет, Хабр! Этот стоваттный, а на самом деле 50-ваттный транзисторный усилитель в стильном алюминиевом корпусе, доставшийся мне в обмен на педаль гитарного эффекта, был предметом любви одних звукоинженеров в силу своей ремонтопригодности, и ненависти других, поскольку часто выходил из строя и сжигал громкоговорители, да и звучал так себе.

Как бы то ни было, прибор помогал вокально-инструментальным ансамблям давать концерты, а ещё успешно применялся на дискотеках. Сегодня мы сможем рассмотреть этот памятник инженерной и дизайнерской мысли изнутри и снаружи, а также познакомимся с его схемой.

Артур Григорьевич Погосов – доктор физико-математических наук, профессор и заведующий кафедрой общей физики Физического факультета Новосибирского государственного университета. А еще это человек, который по-настоящему увлечен физикой и преподаванием. Мы с удовольствием поговорили с Артуром Григорьевичем о физическом мышлении, школьной физике и особых физических задачах, которые обучают, а не просто проверяют знания.