Все потоки

Если вы смотрели французский фильм «Разиня» с Луи де Фюнесом и Бурвилем, то наверняка заметили одну деталь. Кадиллак, который перегоняет главный герой, — это не просто шикарная машина. В ней есть телефон. Телефон! С которого можно позвонить на обычный городской номер.

«Разиня» снят в 1965 году, действие по смыслу происходит примерно тогда же. До старта первой сотовой сети — чуть меньше двадцати лет. Как же герои умудрялись звонить из этого Кадиллака? Неужели это всего лишь художественный вымысел?

Нет, такое действительно было возможно. В США, Европе и СССР существовали системы, которые сейчас можно назвать прообразом мобильного телефона. Они имели выход на телефонную сеть общего пользования и обходились без проводов.

В этой статье я предлагаю вам пройтись по истории таких систем и погрузиться в их технологии. Добро пожаловать в мир до сотовой связи — мир, который заложил основы нашей современной мобильности.

Доброго дня. Сегодня я хотел бы рассказать о DDR4 в контексте модулей памяти.

1)    Чуть-чуть об авторе

Автор имеет опыт в коммерческой разработке печатных плат около двух лет. До начала этого пути занимался баловством с микроконтроллерами на самодельных платах. На текущий же момент можно перечислить два значимых успешных проекта: материнская плата на RK3588 (LPDDR4X-4266MT/s, HDMI2.1, PCIe2/3, Ethernet 2.5G, USB2/3, SATA3), модуль памяти UDIMM DDR4 3200 MT/s. Разумеется, было много прочих, но они не требовали глубокого понимания работы с согласованием сигналов по задержке, понимания импеданса. Стоит учитывать, что автор является самоучкой чуть более чем полностью, так как более опытных коллег попросту не было и нет. Опыт работы имеется только с российскими фабриками.

Разработка велась в Altium, какого-либо моделирования (Cadence/Ansys/иной софт) не проводилось. Однако, проекты полностью работоспособны, что является косвенным доказательством валидности моих эвристик.

Последний вводный абзац. Если будет интерес и потребность – планируется сделать еще одну статью о workflowпри работе с DDR4 в Altium. Также есть что рассказать про LPDDR4, если будет таковой запрос. Если есть интерес к разработке печатных плат – по ссылке доступно мое «пособие», полностью свободное.

Привет, меня зовут Саша, я ведущий специалист технической поддержки по услугам ИБ. Однажды я решил, что мне обязательно нужен свой пет-проект, ну или как минимум какое-то хобби, которым можно заниматься в свободное время. 

Первым делом на ум, конечно же, пришло программирование. Создать небольшое приложение «для себя» можно не погружаясь в тонкости работы языков и фреймворков, а для старта – это именно то, что нужно. 

В своей работе я часто использую Python, однако код, который я на нем пишу, предназначен для автоматизации задач по обработке данных, запускается в терминале и не предусматривает прямое взаимодействие с пользователем через интерфейс. Полноценному приложению необходим понятный интерфейс, а для его создания нужны дополнительные инструменты. 

В этой статье я хочу познакомить вас с Python-фреймворком, который, на первый взгляд, может показаться достаточно специфичным, но притом отлично подойдет новичкам и любителям, делающим первые шаги в сфере разработки приложений.

 Давайте вместе разберемся — что же такое Kivy?

Привет, Хабр! Тут на сервере Selectel прошел конкурс по самолетостроению в Minecraft — кто построит самый реалистичный самолет, тот получает реальный приз. Меня позвали посмотреть на работы и выбрать тройку лучших. Признаться, имелись некоторые сомнения по поводу того, возможно ли в принципе в игре построить что-то, что будет достойно внимание. Но все оказалось гораздо круче, чем я ожидал.

Давайте пройдемся по всем работам, а в конце я объявлю тройку победителей.

Привет, читатели! На связи Лера Плошкина, технический писатель в Авито. Майские праздники — идеальное время для перезагрузки. Вместо обзора книги в этот раз предлагаю вместе изучить научные стратегии отдыха, основанные на свежих исследованиях когнитивных наук, чтобы вы не просто провалялись все праздники, а действительно восстановились.

Что же такое хороший отдых? Узнаете под катом. 

Привет, Хабр! В этой подборке — несколько одноплатных компьютеров, которые появились или были анонсированы в 2026 году. Давненько не было ничего про SBC, но теперь пора исправиться. Что касается новых моделей, то здесь есть и компактные платы для IoT, и индустриальные решения на новых чипах Intel, плюс специализированные варианты под камеры и AI. Форм-фактор у всех более или менее похож (хотя и тут с оговорками), но назначение сильно отличается. Что ж, поехали!

Картинка: vectorpouch, www.freepik.com

Мне всегда нравились необычные возможности обычных вещей и явлений, и сегодня будет рассказ как раз об этом!

Некоторое время назад мы уже рассматривали возможности по созданию экстремальных давлений, что может быть использовано в полезных целях…

Вчера вышел Zed 1.0. Пять лет работы, миллион с лишним строк на Rust, публичная превьюшка, которой ежедневно пользовались сотни тысяч разработчиков, и вот команда Zed Industries во главе с Натаном Собо запостила релиз 29 апреля 2026 года. Я лет пятнадцать живу в IDE от JetBrains. Пробовал VS Code. Пробовал Cursor. Гонял code-server на удалённой виртуалке. Ничего не приживалось. Zed прижился, и релиз 1.0 — нормальный повод объяснить, почему.

Если коротко: больше десяти лет любой «новый» редактор кода — это всё тот же продукт в новой обёртке. Обёртка зависит от того, что продают сегодня: AI, коллаборация, темы, новый вендор. А под обёрткой Electron. Тот же Chromium на каждое окно, тот же JavaScript на критическом пути исполнения, тот же RSS, к обеду уходящий в гигабайты. Sublime Text держал планку нативных редакторов все 2010-е, но это был закрытый продукт одного автора, без нормальной коллаборации и без AI истории. Zed стал первым за последние десять лет убедительным опенсорс-редактором с GPU-ускорением и AI на борту, который пересобрали с нуля и без всякого браузера под капотом. С релизом 1.0 эта ставка наконец сыграла.

30 часов хронологии того, как агент Cursor, Railway API и индустрия, которая продаёт безопасность быстрее, чем её реализует, положили малый бизнес, обслуживающий прокатные компании по всей стране.

Меня зовут Джер Крейн, я основатель PocketOS. Мы делаем ПО для прокатного бизнеса — в первую очередь для аренды автомобилей: бронирования, платежи, управление клиентами, отслеживание транспортных средств. Некоторые наши клиенты с нами уже больше 5 лет и они буквально не могут работать без нас.

Вчера днём ИИ‑агент на базе Cursor с Claude Opus 4.6 от Anthropic удалил нашу продакшн‑базу данных и все резервные копии на уровне тома одним API‑вызовом к Railway, нашему инфраструктурному провайдеру.

На это ушло 9 секунд.

Затем агент, когда его попросили объяснить произошедшее, написал признание — с перечнем конкретных правил безопасности, которые он нарушил.

Написал полностью офлайновый голосовой ввод на русском для Android. Никаких серверов, подписок и привязок к аккаунтам. За распознавание отвечает открытая нейросеть GigaAM v3 от Сбера: модель зашита прямо в APK, работает без интернета и отлично расставляет знаки препинания.

Главная фишка — не нужно отказываться от любимой клавиатуры со свайпом. Это не замена Gboard, а просто плавающая кнопка, которая появляется поверх любого поля ввода. Работает элементарно: тапнул — говоришь. Как только делаешь естественную паузу в речи, готовый текст тут же влетает в активное окно. Напрямую, минуя буфер обмена.

Стек: GigaAM v3 + sherpa-onnx (NNAPI / CPU) + крошечный детектор речи Silero VAD. Требования: Android 13+, ARM64. Исходники открыты (MIT).

Эта история началась со старой карикатуры, которая мне случайно попалась на Reddit. В комментариях ее приводили в качестве примера того, как в конце XIX века люди боялись электричества. Но чем дольше взгляд задерживался на этом сюжете, тем более непростым он казался. Стало интересно: откуда и на фоне чего на самом деле появилось изображение?

Оказалось, за изображением стоит не только страх перед новой технологией, но и война токов, борьба за городскую электрификацию, череда реальных аварий и вопрос о том, кто возьмет под контроль будущую инфраструктуру. Постепенно проступил и знакомый сюжет: там, где есть реальные риски, слабое понимание сложной системы и яркие пугающие образы, общественный страх очень быстро становится инструментом влияния.

Эта статья про одну клавишу и рефлекс длиной в двадцать с лишним лет.

С 2003-го у меня привычка: палец сам идёт на NumLock → появляется калькулятор. Пользовался каждый день, тысячи нажатий. Потом пришли Win11 и корпоративный запрет *.exe – клавиша опустела, а палец всё равно идёт.

В какой-то момент надоело, сел и сделал скрипт. Код писала нейросеть, а я три ночи подряд тыкал её носом в то, что не работает. По дороге узнал много нового про внутренности калькулятора Win11, перехват NumLock и прозрачность чужих окон.

Дальше по классике: одна фича потянула остальные. В трее теперь живут ещё единицы измерения, заметки для Obsidian, учёт времени и скриншоты. CalcNumLock, один PYW на 150 kB или .exe на 50 МБ, исходник на GitHub.

После того как я написал статью «Головоломка на 1000 BTC» мне стали писать в личку авторы программ для их решения. В этой статье я расскажу о целом семействе таких программ и протестирую все те, что попали мне в руки, на скорость.

Мы часто подходим к готовке как к ватерфоллу: расписали меню, закупили продукты, приготовили по рецепту, закрыли тикет, и так по кругу. А что если перейти на аджайл и начать собирать блюда итерациями из того что есть, адаптируясь под реальный ритм жизни?

Я построила систему, которая решает эту задачу.

Привет, я Тоня. Несколько лет назад я ушла из IT в гастрономию: веду канал, хожу на воркшопы шефов в Лондоне, стала завсегдатаем Le Cordon Bleu и учу готовить так, чтобы даже самый уставший айтишник мог собирать блюда как это делают в ресторанах. 

Погнали разбираться!

Linux 7.0 вышел совсем недавно, а в разработке уже следующая версия. В 7.1 сейчас довольно четко видно два направления. С одной стороны, разработчики продолжают вычищать код, который тянется еще со времен железа конца прошлого века. С другой — параллельно закладывают основу под новое поколение процессоров, видеокарт и специализированных GPU. Релиз 7.1 ожидается примерно в середине июня 2026 года, если все пойдет по стандартному циклу. Давайте разберемся, что там происходит и к чему это все ведет.

Для ясности: я бывший инженер и учёный НАСА с докторской степенью в области космической электроники. Я также проработал в Google 10 лет в различных подразделениях компании, включая YouTube и тот отдел облачных технологий, который отвечал за развёртывание ИИ-ресурсов, поэтому я вполне компетентен высказать своё мнение по этому вопросу.

Краткая версия статьи: это абсолютно ужасная идея, которая действительно не имеет никакого смысла. Для этого есть множество причин, но все они сводятся к тому, что электроника, необходимая для работы центра обработки данных, особенно развёртывающего ИИ-ресурсы на основе графических процессоров (GPU) и тензорных процессоров (TPU), является полной противоположностью тому, что работает в космосе. Если вы раньше не работали конкретно в этой области, я бы предостёрег вас от поспешных выводов, потому что реальность обеспечения функционирования космического оборудования в космосе не всегда интуитивно очевидна.

Я живу в Сербии уже 4-й год. В последнее время у меня чаще начали спрашивать про переезд сюда. Актуальность темы подтверждается статистикой Вордстата. Эта небольшая европейская страна всё ещё остаётся открытой для россиян.

В этой статье на своём примере расскажу как живётся в Сербии, сколько стоит арендовать жильё, какова ситуация с визами, ВНЖ, ПМЖ, гражданством и прочими бытовыми вопросами.

За десятилетия существования ECS сложились два фундаментальных способа хранить компоненты: архетипы (Unity DOTS, Flecs, Bevy) и sparse sets (EnTT, LeoECS). Каждый из них несёт структурные ограничения, которые не устраняются оптимизацией реализации — они вытекают из самой модели данных.

StaticEcs — третья модель. Она основана на инвертированном иерархическом битовом индексе: не сущности хранят маски своих компонентов, а компоненты хранят битовые карты сущностей. Фильтрация запроса — это побитовое AND, обрабатывающее 64 сущности за одну инструкцию CPU. Добавление или удаление компонента меняет один бит и не перемещает никаких данных.

В статье разбираю, как устроена эта архитектура, чем она отличается от архетипов и sparse sets, и что даёт на практике.

В общем и целом LLM глупы. Я прошу у них написать прекрасный текст, рабочий код, решить задачу, подобрать ссылки, подготовить ответ, объяснить как починить холодильник, раскритиковать не нравящуюся мне статью. Вполне понятные и простые просьбы. В ответ приходит какая-то ерунда. Ответ неполон, ошибочен и, в целом, совершенно меня не устраивает. Виновата LLM или мой промпт?

Давайте рассмотрим этот вопрос подробнее.

15 апреля 2026 года Pragmata, новый sci-fi экшен от Capcom, появилась на пиратских ресурсах. Игра официально вышла 17 апреля. Платящие клиенты ждали разблокировки в Steam, а пираты уже бегали по лунной станции. Денуво, который должен был защитить хотя бы первые недели — самые продажные дни, ради которых эту защиту и покупают — пробит через hypervisor bypass от команды DenuvOwO. И это не аномалия: с декабря 2025-го Denuvo проигрывает каждую неделю. Persona 5 Royal, Borderlands 4, Resident Evil: Requiem, Crimson Desert, теперь Pragmata.

Под капотом — модифицированный open-source отладчик HyperDbg, EfiGuard как UEFI-bootkit, патчинг PatchGuard через паттерн-матчинг Zydis, спуфинг CPUID и KUSER_SHARED_DATA через EPT. Технически — kernel rootkit, юридически — пакет «play & restore» из закрытого Telegram-канала. Денуво живёт в Ring 3, обход — в Ring -1, между ними четыре уровня привилегий: detection из user-mode принципиально невозможен.

В статье разбираю шесть слоёв защиты, которые приходится снять, чтобы загрузить пиратский гипервизор: Secure Boot, PatchGuard, DSE, CPUID/RDTSC, KUSER_SHARED_DATA, Steam ownership. Что держит — HVCI. Что может сделать Irdeto и почему все варианты плохи. И на закуску — voices38, который через 40 дней после релиза Resident Evil: Requiem опубликовал классический crack: +5% FPS и работа под Proton на Linux, чего hypervisor-метод никогда не умел.