Копирайт

В 2016 году разработчик под псевдонимом DoctorM64 выпустил AM2R — фанатский ремейк Metroid II для Game Boy, над которым работал девять лет. Через сутки после релиза он получил официальное уведомление от Nintendo о нарушении авторских прав и был вынужден закрыть загрузку​. Nintendo направила более 500 аналогичных уведомлений о прекращении нарушений​. При этом другие крупные издатели — Bethesda, Valve, Paradox — не только терпят моды, но и создают для них инструменты.

Разбираемся, почему один и тот же вид творчества получает противоположную реакцию и где проходит правовая граница между легальным фанатским контентом и нарушением закона.

Код с пометкой «открытая лицензия» можно принять за что-то бесхозное — бери и используй. Такое ощущение регулярно приводит компании к судам, штрафам и принудительному раскрытию исходников. Разбираемся, как устроены права на открытый исходный код и какие правила в его отношении нельзя нарушать. 

Один из старейших приватных серверов Lineage 2 в рунете много лет работал под именем Scryde. В какой-то момент к его администратору пришла компания, которая получила исключительную лицензию на использование и защиту Lineage 2 в России, и потребовала прекратить распространение игрового клиента. Ответ был неожиданным. Не «уберу» и не «давайте договариваться», а «у вас нет прав, а у меня вообще другая игра, своя, со своим разработчиком». Спор дошёл до апелляции. И самое любопытное в нём то, что переработку чужой программы суд подтвердил, так и не увидев исходный код ни от одной из сторон.

Дело № 66-470/2026 разбирал Московский городской суд, апелляцию провёл Первый апелляционный суд общей юрисдикции, определение вынесено 25 марта 2026 года. Решение устояло и вступило в силу. У ответчика остаётся кассация, поэтому всё, что я пишу дальше, опирается на выводы судов двух инстанций, а не на то, чем спор закончится в конце концов. Если он дойдёт до Второго кассационного суда, часть выводов ещё может быть пересмотрена.

Тем, кто никогда не водил персонажа по Гирану, дело всё равно может быть интересным. Вопрос в нём универсальный. Как доказать, что один программный продукт переработан из другого, если исходников нет ни у кого на руках. Это всплывает в любом споре про клоны, форки и пиратские сборки, и Scryde хорошо показывает, на что суд готов опереться вместо построчного сравнения кода.

Лицензии Creative Commons сыграли большую роль в развитии интернета, но многие до сих пор сомневаются, насколько они работают на практике. Что происходит, когда нарушитель использует CC-фотографию без указания авторства и можно ли взыскать с него компенсацию. 

Суды рассматривают нарушение лицензий CC как нарушение авторских прав, за которое можно требовать компенсацию. Но размер и реальность этой компенсации зависят от регистрации авторского права, доказанного ущерба и практики конкретной юрисдикции — «автоматических миллионов» ждать не стоит.

В 1982 году Philips и Sony выпустили компакт-диск, и музыкальная индустрия получила самый доходный физический носитель вплоть до наступления эпохи стриминга. В пиковом 1999 году CD-продажи в США принесли около $12,8 млрд из общих $14,6 млрд отраслевой выручки. Совсем скоро эта же технология стала главным врагом индустрии и запустила ожесточенную битву за авторские права. Расскажем об этом подробнее в нашем материале. 

Как я обещал в прошлой статье, сегодня сравниваем три большие системы: Антиплагиат, Руконтекст и Turnitin. Думаю для статьи выбран актуальный тайминг и надеюсь она будет полезной)

Если вы читаете серию с начала, то уже знаете, как устроен рынок, почему шингловые системы сломались об LLM и почему западные модели спотыкаются о русскую морфологию. 

На сегодня рынок антиплагиата в 2026 году делится на трёх крупных систем с принципиально разными позициями: административного монополиста, который держится на нормативной базе и интеграциях, западного гиганта с лучшей базой англоязычных источников и российского игрока с векторной семантикой и сильного в работе с мультиязычным контентом. Первые две статьи серии 1 и 2 разбирают математику под капотом и объясняют, почему маркетинговые описания систем часто расходятся с тем, что они делают на практике.

Сегодня сравним их по пяти критериям.

Некоторое время назад я обнаружил набор скриптов, помогающих собирать операционную систему GNU из исходников. К моему сожалению, в исходниках не содержалось указание на лицензию, под которой они распространяются. Я написал их автору, что отсутствие указания лицензии делает скрипты проприетарными, а это противоречит духу проекта GNU. Ответа я не получил…

Не опускайте лицензию и копирайт в своих исходных текстах, если, конечно, вы их кому-то предоставляете. Я регулярно заглядываю в открытые исходники и часто вижу, как их авторы допускают ошибки, касающиеся авторских прав и лицензирования. И хотя я не юрист, а лишь осведомлённый дилетант, позволю себе здесь рассказать о часто встречающихся проблемах с лицензиями на исходные тексты программ. Моя цель не руководство к действию дать, а поднять наболевшую проблему наверх. Это важно, если мы хотим оставаться в рамках закона и при этом быть защищены. Это нужно, чтобы открытые исходники и свободные программы не были лишь набором слов, а реальным инструментом в достижении наших целей.

Ещё двадцать лет назад понятия свободного программного обеспечения и открытых исходных текстов были неведомы чуть менее чем всем пользователям компьютеров, да что там говорить, самим программистам. Linux, BSD, OpenOffice, Gimp были диковинкой и вызывали удивление. Но Мир изменился. Опубликованным исходникам нет счёта, и мало кому из, по крайней мере, программистам, нужно объяснять, что это такое. Мир изменился, но люди нет. Невежество и чванство никуда не делись. Изучая чужие разработки в исходниках, не перестаю замечать, как много проектов игнорируют необходимость указания лицензии и копирайта.

Почему указание лицензии важно? Лицензия даём нам, как пользователям программ, так и программистам, изучающим чужие исходные тексты и использующим их в своих программах, чётко обозначенные права (разрешения) и ограничения (запреты). Отсутствие же лицензии означает одно: вам не предоставлено никаких прав, вообще.

Давайте разберём типовые ошибки авторов программ, и поджидающие их пользователей проблемы.

Расскажу о том, как я впервые написала роман "в дедлайн" для конкурса, когда на старте не было идей о сюжете.

Мы продолжаем рассказывать про то, как формировались нормы защиты авторского права в интернете в начале нулевых годов. В первой части мы подробно разобрал кейс Napster. В этой подробно расскажем про The Pirate Bay и другие проекты.

Весной 2000 года Ларс Ульрих, барабанщик Metallica, пришел к офису предшественника «торрента» Napster с картонными коробками. В них — распечатанные списки с именами 300 000 человек. Это фанаты группы, которых Ульрих требует заблокировать на музыкальном сервисе Napster. 

В то время идея свободной информации противопоставляла себя авторскому праву. Это приводило к множеству перегибов, споров и судов. Многие из них сформировали индустрию такой, какой мы знаем ее сейчас. Разбираемся, как интернет-общественность боролась против закона и авторских прав, что решали суды и компании и что из этого вышло.

В прошлой статье я обещал, что залезу под капот систем антиплагиата и расскажу, как они работают. Этим сегодня и займёмся.

В предисловии разочарованно скажу одну вещь. Инновации сделали из многих старых систем для вузов дорогостоящий генератор красивых, но бесполезных отчётов. Для этого хватило простого GPT-4o и его аналогов. Старые системы просто не видят нейросетевой текст, не распознают его.

Для этой статьи я проанализировал архитектуру нескольких ключевых систем и поговорил с разработчиком-архитектором, который строил их изнутри.

Один из самых распространённых вопросов от стартапов и разработчиков: «Нам нужно зарегистрировать программу в Роспатенте — это же обязательно для защиты?»

Нет. И это не единственное заблуждение вокруг регистрации программ для ЭВМ.

Разберём, что регистрация реально даёт, почему недобросовестный человек может зарегистрировать вашу программу на себя, и чем ситуация в России принципиально отличается от США.

Вы знали, что ниша антиплагиата пухнет от денег? Я тоже не знал, пока не полез в тендеры и мировую статистику. К 2030 году мировой объем долетит до $5.9 млрд. Но на рынке творится какой-то абсурд.

Рынок российского антиплагиата — 1,5 милларда рублей. Официальной статистики вы не найдёте. Эту информацию я нашёл сам в тендерах и базе СПАРК. И эти деньги тратят на проверку «технической» уникальности.

В 2020 году можно было парсить шинглы, с чистой совестью продавать это ВУЗам и знать, что почти наверняка программа поймает всех плагиатчиков. Сейчас картина немного другая...

За несколько лет количество заявок на регистрацию брендов, где есть аббревиатура «AI», слова «нейросеть» или «искусственный интеллект», выросло в разы. Эта тенденция отражает желание компаний подчеркнуть свою инновационность и технологичность. Рассказываем в нашей статье, как хайп вокруг искусственного интеллекта добрался до товарных знаков. И что такое «ГаляGPT».

Над любой серьёзной программой работает целая команда: фронтенд, бэкенд, дизайн, архитектура, тестирование, управление. Однако когда дело доходит до вопроса «кто автор?» юридический ответ и здравый смысл могут расходиться.

По российскому праву автором программы для ЭВМ признаётся тот, кто внёс в неё личный творческий вклад (ст. 1228 ГК РФ). Звучит просто, но на практике — это десятки судебных споров о том, что считать творческим вкладом, а что нет.

Разберём каждую роль в команде разработки.

Когда вы загружаете видео на YouTube или нажимаете кнопку «запись» во время стрима, за этим стоит историческое решение Верховного суда США, принятое в 1984 году с минимальным перевесом голосов. Дело Sony Corp. of America vs Universal City Studios, известное как «дело Betamax», впервые поставило вопрос, отвечает ли производитель техники за то, как именно её используют покупатели. Многие современные платформы существуют в привычном нам виде благодаря этому. 

Среди открытых лицензий хорошо известны строгие (strong copyleft) GPL и (с другой стороны) разрешительные (permissive) — MIT, Apache. Однако менее известен слабый копилефт (weak copyleft), который находится между ними. А ведь эти лицензии имеют такие популярные приложения и библиотеки, как Mozilla Firefox, glibc, LibreOffice и другие.

Подходящий ли это вариант для интеграции открытого софта в закрытый ? И стоит ли авторам ПО с открытым кодом использовать лицензии слабого копилефта вместо разрешительных?

В марте 2003 года небольшая компания SCO Group подала иск против IBM на $1 млрд, утверждая, что в ядре Linux находится украденный код операционной системы Unix. Дело быстро превратилось в один из самых громких технологических судебных процессов в истории. Сумма иска выросла до $5 млрд, к разбирательствам присоединились Red Hat, Novell, DaimlerChrysler и AutoZone. Исход дела стал поворотным моментом в истории открытого программного обеспечения.

СРОЧНО. Исследователи из Отдела предиктивных реконструкций (Department of Predictive Reconstructions) Королевского колледжа Кембриджа (King’s College Cambridge) доказали, что любой письменный текст можно свести к минимальному генеративному промпту и восстановить с семантической достоверностью 98%. Редакция получила доступ к препубликационному черновику. Рынки реагируют. Подробности ниже.

IT-компании из США постоянно оформляют права на новые товарные знаки и получают патенты в России. В сегодняшнем обзоре — разговор о свежих российских заявках и патентах техногигантов.