C++ *

Если говорить о производительности вне существующих решений в железе, то интуиция будет подсказывать достаточно простую модель выполнения, когда процессор обрабатывает инструкции, а память поставляет данные, и чем быстрее и то и другое, тем быстрее работает программа.

Но процессоры научились выполнять миллиарды операций в секунду, а память наращивает скорость доступа намного медленнее, и разрыв между скоростью вычислений и доступа к данным стал настолько большим, что именно ожидание памяти, превратилось в главный источник потерь производительности.

Ответом на это стало не ускорение памяти, а усложнение самих процессоров, которые перестали быть просто пассивными исполнителями кода и стали решать задачи управления потоком данных: выполнять инструкции вне порядка, переупорядочивать зависимости и на каком-то этапе подошли к идее спекулятивно исполнять код, который, возможно, вообще не понадобится.

Предсказание ветвлений стало один из ключевых механизмов в этой системе, которая должна была снять часть времени простоя потока вычислений, но если удачное предсказание стало возможностью начать дорогие загрузки заранее и скрыть их латентность, то ошибка предсказания скрывает не только потерянные такты, но и зря использованные ресурсы памяти: шину, буферы загрузки, пропускную способность контроллера и сами кэш-линии, которые могли бы быть заняты полезными данными.

Именно здесь возникает интересный и неочевидный компромисс, позволяющий с одной стороны, писать branchless-код и полностью избавиться от ошибок предсказания, а с другой лишающий процессор возможности работать на опережение и запускать доступ к памяти раньше времени. Но в зависимости от того, где находятся данные в памяти выигрывать будет то один, то другой подход.

Если вы собираетесь писать branchless код, надо помнить как именно спекулятивное выполнение и предсказание ветвлений взаимодействуют с подсистемой памяти, потому что “лишняя работа” иногда ускоряет программу, а в некоторых случаях попытка сделать код более “предсказуемым” приводит к обратному эффекту.

В 2019 году я публиковал статью о первой версии своего проекта Russian Railway Simulator. Прошло достаточно много времени, и возможно кто-то думает, что проект умер. Нет, проект не только не умер, но и продолжает развиваться. На днях вышла новая версия игры. В связи с этим реализую свою давнюю задумку написать о проекте еще раз, о том как он развивался все эти годы, к чему мы пришли к сегодняшнему дню и какие перспективы ожидают нас в будущем.

Привет, Хабр! Меня зовут Aloncie. Пока в моем окружении часто спорят о том, какой язык программирования учить первым, я решил не выбирать легких путей и закопаться в «кишки» системного программирования.

Мой проект Rwal — это CLI-утилита (с перспективой перехода на GUI) для управления обоями, которая должна одинаково хорошо чувствовать себя в разных окружениях: от KDE и GNOME до Windows. В этой статье я подробно разберу архитектуру проекта, работу с D-Bus, интеграцию со стандартами C++20 и то, как я организовал сборку.

Всё началось на второй паре по системному программированию. Нам дали задачу: написать CLI-утилиту для анализа логов - парсить файл, фильтровать записи по уровню ошибок, считать статистику, выводить красиво в консоль. "Ну понятно", - открыл я vim и началось мое долгое приключение...

Неделя. Две. Утилита называлась logz, она умела читать логи nginx и apache, фильтровать по уровню (DEBUG, INFO, WARN, ERROR), по дате, по IP, выводила топ адресов с наибольшим числом ошибок, рисовала простенький bar-chart прямо в терминале через unicode-символы. Только вот я сидел как-то вечером, запустил wc -l main.c - 3147 строк. И смотрел на это число минуты три с таким лицом - O_O.

Сама утилита работала. Но открывая её осознаешь что - это месиво. Одна функция process_file на 400 строк. Сегфолты раз в неделю. Valgrind как лучший друг. И каждый раз когда надо добавить фичу - сначала полчаса вспоминаешь что вообще происходит в коде.

Потом я случайно прочитал пост про Zig на lobste.rs. Заинтересовался и попробовал. Через месяц у меня была та же утилита, но теперь на 1089 строках, которая работала быстрее и не падала.

Тут я понял что вот золотая жила и расскажу о том - зачем Zig, как переписывал, где облажался и что вышло в итоге.

Прочитал статью Параллелизм с общим состоянием в Rust и обратил внимание, что её общий смысл можно выразить известной фразой: “делай как нужно, а как не нужно, делать не нужно”. Другими словами, это точно такой же совет, какой можно дать разработчику любого другого языка программирования, например С++.

И решил не продолжать дискуссию в комментариях, а написать отдельную статью с кратким описанием фундаментальной экономической модели разработки ПО, которая не способствует (и объективно не должно способствовать) массовому переходу с C/C++ на «безопасные» альтернативы. Так как из-за особенностей распределения затрат у разработчика ПО отсутствует экономическая мотивация к полному устранению ошибок, и как следствие - к переходу на использование «безопасных» языков программирования.

Привет! На связи Антон Полухин из Техплатформы Городских сервисов Яндекса. На днях в Кройдоне состоялась встреча международного комитета по стандартизации языка программирования C++, в которой я принимал активное участие. В этот раз (как и в прошлый), всё внимание было сосредоточено на C++26 и… теперь он готов! Осталось пройти формальные этапы в вышестоящих инстанциях ISO, и мы получим C++26 который заслужили. В нём будут:

• reflection,

• контракты,

• SIMD,

• линейная алгебра,

• расширенные возможности сonstexpr,

• hardening,

• Hazard Pointer и RCU,

• #embed,

• executors,

• и многие другие полезные вещи.

Кратко расскажу о себе и о том, зачем возникла необходимость в подобном. Я более десяти лет пишу приложения под Android, около 5 лет под IOS, и сейчас переношу свои наработки под десктопы. Приложения мои предназначены для сисадминов, это SSH клиент, сетевые сканеры и тд. В общем, самое сложное — не сам интерфейс, а то, что под капотом. Когда я лишь начинал, я думал, что остановлюсь на платформе Android и стал пилить все на Java. Но затем осознал свою ошибку и исправил ее. На данный момент все мои приложения состоят из двух частей: общего для всех систем ядра на С++ и платформозависимого интерфейса, написанного на Java/Swift/C++ в зависимости от системы.

Оговорюсь сразу, эта статья будет лишь своего рода вступлением. Я покажу, как работать с объектно‑ориентированным кодом на C++ в Java оболочке (в JNI нам доступен экспорт С функций). Инициализировать объект, делать из него вызовы, удалять, при этом имея аналогичный класс в оболочке, будто бы наш код был написан на Java. Задача эта не слишком сложная, но прежде чем опытные прогеры закрыли эту статью, я оговорюсь, что в следующей части мы уже будем работать с каллбэками — вызовами Java листенеров из нашего С++ кода, а вот это уже задача совсем нетривиальная, требующая понимания работы JNI и Dalvik. Но обо всем по порядку.

Итак, у нас есть некий CPP класс и Java оболочка. Через JNI мы можем вызывать только С‑функции, то есть не объектный код. Так как же нам работать с ООП? Главная проблема — не столько вызовы, сколько хранение адреса объекта нативного класса. Лично для себя я нашел решение — хранить его в Java классе, как long. То есть, у нас получается приблизительно такой код:

Stratum 1 NTP-сервер на Raspberry Pi в 2025 году: DCF77 + GPS/PPS, chrony, libgpiod v2, когда все туториалы по «точному времени на Raspberry Pi» сломаны на современных системах. Разбираю почему — и показываю как сделать правильно.

Если кратко, то цель: компилятор некоторого подмножества языка Си на C++, который работает в compile-time. Компиляция будет происходить в кастомный байт-код для дальнейшего выполнения в ВМ уже в рантайме.

Давайте рассмотрим реализацию конвеевской игры «Жизнь» при помощи графической карты. Я хочу поэкспериментировать с разными библиотеками и методиками, чтобы понять, как обеспечить наилучшую производительность. Начнём мы с простого и постепенно будем повышать сложность.

Игра «Жизнь» — это простой клеточный автомат, поэтому она должна хорошо поддаваться GPU-ускорению. Правила просты: каждая ячейка в двухмерной сетке или жива, или мертва. На каждом шаге мы подсчитываем живых соседей ячейки (включая диагонали). Если ячейка жива, она остаётся живой, если живы два или три её соседа. В противном случае она умирает. Если клетка мертва, она оживает, если живы ровно три соседа. Из этих простых правил возникает потрясающий объём сложности, о котором написаны подробные статьи.

Для простоты я буду рассматривать только сети N×N и пропущу вычисления на краях. Всё будет работать на Nvidia A40, а бенчмарк производительности я буду проводить при N=2¹⁶. Пока мы будем хранить каждую ячейку в виде 1 байта, поэтому весь массив займёт 4 ГБ.

Весь код выложен в репозитории GitHub.

В ИТ есть странная форма «информационной инерции»: когда фраза однажды удачно легла на реальность, стала цитатой, превратилась в маркер «своего» - и дальше продолжила жить сама по себе. Реальность уехала, практики сменились, инструменты стали другими, экономика разработки перевернулась, а штамп формулировки остался. И особенно охотно её повторяют те, кому нужно писать быстро и убедительно, но нет времени (или компетенции) разбирать в технических деталях.

И проблема не в том, что старые тезисы изначально были бессмысленными. Проблема в том, что их продолжают подавать как вечные законы природы - без даты, без контекста и без поправок на то, что индустрия в корне изменилась.

Например, фразы про “серебряную пулю” и "небезопасный С++ ", которые звучат почти в каждом популярном тексте о разработке и безопасности, и оба часто переворачиваются так, что становятся откровенной неправдой.

Асинхронное логирование давно считается “очевидной оптимизацией”: вынесли запись в отдельный поток — и всё стало быстрее.

Но если копнуть глубже, оказывается, что это не совсем так.

В предыдущей статье я разбирал производительность популярных C++ логгеров и показывал реальные цифры:
👉 https://habr.com/ru/articles/1012874/

Там уже было видно, что хорошо оптимизированное синхронное логирование может быть очень быстрым.

В этой статье разберёмся, почему async logging не делает логирование быстрее само по себе, и что на самом деле происходит внутри:

Привет, Хабр! Меня зовут Анастасия Черникова, я занимаюсь разработкой компиляторных технологий и инструментов на базе LLVM в Синтакоре.

Неопределенное поведение (undefined behavior, UB) по-разному выглядит с точки зрения компилятора и разработчика. Для первого оно, как правило, открывает дополнительные возможности для оптимизации. Для программиста же UB может стать проблемой, особенно если оно остается незамеченным и не учитывается при разработке.

В этой статье рассмотрим подход к поиску UB с использованием статического анализа. В качестве примера я использую clang-tidy: сначала разберу, как устроены существующие чекеры и как работают AST matchers, а затем покажу, как расширять их и добавлять собственные проверки, если стандартных возможностей оказывается недостаточно.

ДИСКЛЕЙМЕР:

Автор не призывает к игре с сторонним ПО. Вся информация, приведенная в статье - приведена лишь в образовательных и ознакомительных целях. Информация была взята из открытых источников и ни к чему не призывает.

СОДЕРЖАНИЕ:

MCP выглядит как удобный способ структурировать LLM-приложение, но за это приходится платить. При этом попытки «ускорить систему» через C++, IPC или смену сериализации не всегда дают ожидаемый результат. В статье разбираю, где на самом деле возникает latency и почему архитектура оказывается важнее, чем выбор технологий.

Анимация: генерирует последовательность из 255 высокоточных кадров в формате BMP (frame_000.bmp ... frame_254.bmp) и автоматически компилирует их в видеоролик (файл Mandelbrot.mp4) с частотой 30 кадров в секунду, используя встроенный FFmpeg.

Скачать последнюю версию (Windows и Linux)
В windows это Mandelbrot_windows.exe и ffmpeg.exe
https://github.com/Divetoxx/Mandelbrot-Video/releases
Выше README содержит English и Русский!

FFmpeg - "швейцарский армейский нож" для обработки видео. В 2026 году он остается отраслевым стандартом, поддерживаемым сообществом разработчиков открытого программного обеспечения. От YouTube и Netflix до профессиональных киностудий - все на него полагаются. И да, он совершенно бесплатный.

Ошибки шаблонов в C++ — отдельный жанр: вы ожидаете простой контракт к типу, а получаете десятки строк из глубин STL. Проблема не в компиляторе, а в том, что сами требования к типам в классических шаблонах долгое время оставались неявными. Concepts это меняют: они позволяют формализовать ожидания к типу прямо в коде, сделать перегрузку осмысленной, а ошибки — читаемыми. В этой статье разберём, как работают concepts, зачем они действительно нужны и как использовать их не как «синтаксический сахар», а как инструмент проектирования.

Я решил учить C не по учебникам, а через практику — сделать свою простую консольную игру. Не ради “проекта мечты”, а чтобы на собственных ошибках разобраться, как всё работает на самом деле.

Наверняка многие и не задумываются: а как на самом деле происходит возврат структур и других типов значений из функций? Что происходит под капотом, какие приемы задействует компилятор? В данной статье я постараюсь дать ответы на эти вопросы и сделать это просто и понятно.

cout - плохой отладчик! Как за 30 секунд найти место падения программы? Какие 7 команд GDB нужно знать каждому C++ разработчику? В этой статье я делюсь личным опытом: как я боялся GDB, думал, что это «магия для гуру», а потом понял, что 70% задач решается простыми командами.

Спойлер: главный страх - это неизвестность. А когда знаешь backtrace, break, next, print и info locals, GDB становится лучшим другом. Статья рассчитана на начинающих C++ разработчиков, которые хотят перестать бояться терминала и начать отлаживать системно.