Читальный зал

В начале девяностых инженеры, трудившиеся в совершенно разных IT-компаниях, вынашивали одну и ту же идею: что люди в ближайшем будущем откажутся от клавиатур и будут просто писать на экране как на бумаге — рукой или стилусом. Под эти проекты венчурные инвесторы выделяли миллионы долларов, а в Кремниевой долине собирались звёздные команды разработчиков, которые проектировали удивительные футуристичные устройства. Часть из них так и осталась на стадии прототипов, некоторые девайсы вышли на массовый рынок, но по разным причинам так и не снискали популярности.

В своей прошлой статье я рассказал об истории появления промышленных планшетов Kalidor, сегодня же хочу поведать о компании GO Corporation и её операционной системе PenPoint OS. Эта без преувеличения инновационная платформа, появившаяся в 1991 году, была объектно-ориентированной до мозга костей, документы жили не в файловой системе, а в иерархии «тетрадей», а графический интерфейс создавался с расчётом на то, что компьютер держат в руках, а не ставят на стол. Почему же проект PenPoint не получил развития?

В последние годы в сфере изучения языков произошли два события, масштабы которых пока не оценены, но эти события уже запустили тектонический сдвиг, который скоро всех нас потрясёт.

Многим на Хабре нижесказанное покажется банальным, но я, как практикующий преподаватель, ориентируюсь на плюс-минус среднего изучающего.

___Grammarly – это ИИ, специализирующийся на работе с текстом. Недавно я получил доступ к версии Pro и мне абсолютно снесло крышу. Это сильный репетитор-носитель, какого среди живых носителей можно найти только с 20-й попытки – и то если повезёт. Он очень компетентно отвечает на любой вопрос про английский, при необходимости переформулирует, мгновенно даёт отличные примеры, всегда уделит вам столько времени, сколько попросите. Из минусов: работает только с английским и общается пока только текстом. Ну есть другие ИИ, которые поговорят с вами голосом на любую тему и гораздо лучше среднего носителя.

Когда я раньше смотрел фильмы и сериалы, то, конечно, часто не понимал какие-то отсылки, игру слов. Люди обычно пропускают такие вещи и смотрят дальше. Я все непонятности фиксировал, а потом звонил по Скайпу знакомой образованной американке и буквально по списку задавал вопросы. До ИИ гуглить все эти her name is G. я бы задолбался: ты часто даже не знаешь, что именно нужно искать, потому что там игра слов с отсылкой к пословице/анекдоту/фразе из известного фильма. Сейчас на любые такие вопросы про английский ответит Grammarly. Выше всяких похвал.

___Обучающие рилсы. Одна из главных ценностей языковой среды в том, что там ты можешь пережить все типичные бытовые ситуации и подхватить весь спектр устойчивых фраз: собрать волосы в хвостик, влезть без очереди и т.п.

Однажды я решил, что в пару кликов смогу с помощью Codex навайбкодить SaaS для цифровизации коттеджных поселков: платежи, документы, новости, голосования, мессенджер, PWA, Android, iOS.

Первый прототип на localhost быстро создал иллюзию, что продукт почти готов. А потом выяснилось, что приложение — это еще не продукт. Нужны продажи, пилот, юридическая упаковка, доверие, поддержка, понятная цена и люди, готовые платить.

В статье рассказываю, как AI помог мне пройти путь от идеи до работающей системы, и почему самым сложным оказалось не написать код, а понять, что такое продукт на самом деле.

"Если бы Вас спросили как Вы видите операционную и коммерческую деятельность ИТ компании?" Чтобы Вы ответили? Это особенные люди, которые сами по себе стоят денег или их знание? Они создают какое-то value? Платишь больше каждому и зарабатываешь больше?

Древние греки и римляне изобрели почти всё — от демократии до акведуков и… стеганографии, о чем шла речь в предыдущей публикации. С закатом же античности в значительной части мира наступил упадок культуры и технологий. Однако стеганографический «олимпийский огонь» не погас, а лишь временно поблек: вскоре его подхватили и разожгли с новой силой на Ближнем Востоке и в Европе. Некоторые методики тайнописи Средних веков и Ренессанса опередили свое время и даже создали отложенную предпосылку к появлению компьютеров и переходу в цифровую эпоху.

В блог Бастиона снова заглянула старший научный сотрудник Московского музей криптографии, кандидат исторических наук Анастасия Ашаева. В прошлой статье эксперт рассказала о стеганографических методиках и контейнерах античности. На этот раз поговорим о тайнописи Средневековья и эпохи Возрождения. Итак, поехали.

Расскажу о том, как я впервые написала роман "в дедлайн" для конкурса, когда на старте не было идей о сюжете.

Привет, Хабр!

Итак, как и было анонсировано на прошлой неделе, мы отстояли наш очередной книжный салон на Дворцовой площади. Я (Олег Сивченко @OlegSivchenko работал на стенде 23-24 мая в паре с Евгенией Тихоновой, главной искательницей и издательницей сказок в нашей команде). Я отвечал за левую (если смотреть со стороны покупателя) часть экспозиции, где размещалась наша компьютерная литература. В воскресенье компанию нам ненадолго составил ослепительный и импозантный Евгений Походун, наш новый системный администратор, прибывший на стенд с целым ведром хорошего настроения и в трапперско-сталкерской енотовой шапке, которая в нынешнем экстремально приморском питерском мае пришлась почти по погоде.

 Под катом поделюсь некоторыми впечатлениями и фотографиями, сделанными в ходе салона (кроме меня на стенде вместе с Евгенией Тихоновой работал наш коллега Валентин Холмогоров @Holmogorov.

UPD: Добавлены фото с выставки

В бескрайних песках Ирака археологи раскопали множество шумерских глиняных табличек возрастом в несколько тысяч лет с клинописным брюзжанием в духе "Молодежь пошла не та, распустились совсем, мир катится в бездну". С одной стороны, это именно что брюзжание стариков каждого поколения, сравнивающих полное болезней и утрат и крайне печальное для них настоящее с существующей исключительно в их памяти идеализированной картинкой времён их молодости. А мир постоянно находится в состоянии свободного падения в эту самую бездну, что в философском, что в гравитационно-астрономическом смысле. Но с другой стороны, а в чём они оказались не правы? Ведь Шумера уже давным-давно нет, их мир и правда погиб.

Чем сильнее ускоряется рост технологического прогресса, тем сильнее мы ощущаем инерцию, вдавливающую нас вниз. С каждым годом уровень нашей жизни вроде бы всё растёт и растёт, но жизнь по ощущениям становится всё хуже и хуже. Экономический термометр показывает одно, а ощущается эта "погода" совсем по-другому. Вспомните книги и кино шестидесятых-семидесятых годов прошлого века - научная фантастика, вдохновлённая успехами советских и американских космических миссий, рисовала светлые картины будущего человечества, стремящегося к полдню XXII века: освоение других планет, красивые и полные жизни города-сады, населённые красивыми, прекрасно образованными и трудолюбивыми людьми. Где это всё? В современной научной фантастике описываются одни лишь антиутопии с грязными городами, полными наркоманов и бандитов, и потерявшими всякий смысл собственного существования и бесцельно барахтающимися в ходе повествования главными героями. Позитивной картины завтрашнего дня в массовом сознании нет вообще - и это больше говорит нам о настоящем, чем о будущем. Почему это произошло? Кто украл у нас светлое будущее?

Кто-то может сказать, что виной всему крах Советского Союза, потерпевшего экономическое поражение в Холодной войне, главного носителя позитивного видения будущего, и что потеря главного соперника тут же привела к полной деградации и победителя Холодной войны - США. В этом есть доля правды, но как мне кажется причина упадка совсем в ином, и бомба замедленного действия уже была заложена в обе системы, капиталистическую и коммунистическую, при их создании, и упадок этот может обернуться для нас катастрофой, по масштабу подобной катастрофе Бронзового века или падению Западной части Римской империи. В этом эссе мы посмотрим на всеобщий мировой упадок глазами известных философов и разберемся в его причинах и последствиях.

В условиях нехватки времени, неопределённости и угрозы контроля даже очень умные люди начинают принимать решения хуже. И проблема не только в том, что они оказываются плохими. Проблема в том, что в момент принятия они ощущаются правильными.

Метаанализ Starcke & Brand 2016 года в Psychological Bulletin — обзор 32 экспериментальных датасетов на 1829 участниках — показал, что в среднем стресс ведёт к решениям, которые можно описать как более невыгодные, более ориентированные на немедленное вознаграждение и более рискованные, чем решения, принятые без стресса (https://psycnet.apa.org/doiLanding?doi=10.1037/bul0000060). Высокий уровень образования или экспертизы сам по себе защитным фактором в этих исследованиях не выступал.

При этом нам будет недостаточно сказать, что это стресс, и отряхнуть руки. Ведь это не даёт ответа на вопрос: почему в моменте решение, которое при благоприятных обстоятельствах не было бы принято, субъективно ощущается как правильное? И второй вопрос: почему люди с высоким интеллектом не получают от него ожидаемой защиты, а иногда оказываются уязвимее? Я попробую разобрать это на трёх уровнях — когнитивном, биологическом и психическом. Каждый поддержу исследованиями, но интересен здесь третий.

Прежде чем заходить в слои, важно одно. Нейробиология описывает, какие системы мозга теряют эффективность под стрессом. Психоаналитический язык объясняет, зачем субъективно может понадобиться быстрое решение — даже плохое. Это разные уровни описания одного поведения, а не одна общая доказательная модель. Дальше я буду ходить между ними и постараюсь каждый раз отмечать, где эмпирические данные, а где — клиническая интерпретация.

Пока за океаном кипела работа над превращением человеческого нейрона в математическую модель,  в СССР кибернетику клеймили как буржуазную лженауку. Но это не значит, что советские ученые остались в стороне в вопросах исследования ИИ. 

Сегодня мы вспомним выдающихся деятелей той эпохи, которые приложили руку к формированию отечественной школы машинного обучения.

Возможно, вы решили, что название является кликбейтом. И если бы я сам его встретил на просторах интернета, то решил бы так же. Но сейчас я предлагаю вам уделить 20-25 минут своего времени на анализ психиатрических и социальных тенденций, чтобы спрогнозировать изменение профессионального ландшафта и рынка труда.

Будут данные исследований из разных областей, будет ликбез по психиатрическим заболеваниям, будет попытка наложить одни данные на другие и выдвинуть аккуратные гипотезы о том, каким будет мир (в профессиональном и социальном плане) во второй половине XXI века.

Заявлений, вроде «смотрите, Маск – гений и аутист, а значит, все аутисты гении!» не будет. Но идеи для размышления я вам обещаю. Дайте лишь немного своего времени мне, я постараюсь его оправдать.

Мы привыкли, что нужная информация находится за три секунды, видео грузится в HD без пауз, а интернет есть почти в любой точке мира. Кажется, будто так было всегда. Но у сети тоже было свое взросление: время форумов, Flash-сайтов, первых массовых соцсетей, медленного видео и ощущения, что за следующим кликом можно найти что-то совершенно неожиданное. В этой статье я возвращаюсь в 2010 год, чтобы посмотреть, каким был интернет на пороге своей большой трансформации.

Всем привет!

Я Мила, работаю в Positive Technologies администратором проектов экспертного центра безопасности (PT ESC). Занимаюсь организацией процессов, контролем сроков, налаживанием коммуникаций между командами и подрядчиками в кибербезе. По совместительству являюсь профессиональным художником‑традиционалистом (акрил, холст, кисти). Да, во мне прекрасно уживаются две эти сущности. 

Работа менеджера проекта с командой — это не просто контроль и постановка задач, а настоящее искусство. Как художник подбирает краски и техники для создания шедевра, так и проджект должен выбирать стиль общения, подходящий для разных сотрудников и ситуаций.

Развитие искусственного интеллекта требует всё больше вычислительных ресурсов. Каждая новая модель обучается на больших объёмах данных и использует всё более мощную инфраструктуру. Чтобы обеспечить этот рост, компании строят новые дата-центры, потребляющие огромные объёмы электроэнергии и занимающие значительные площади. Это создаёт серьёзную нагрузку на энергосистемы, а строительство таких объектов всё чаще вызывает протесты местных жителей из-за высокого энергопотребления, расхода воды и шума.

На этом фоне всё больше внимания привлекают альтернативные способы размещения вычислительной инфраструктуры. Одной из самых необычных идей стало размещение дата-центров непосредственно на орбите. Именно такую возможность, по данным СМИ, сейчас обсуждают Google и SpaceX. Ещё недавно подобная концепция казалась чистой фантастикой, но сегодня она постепенно превращается в предмет реальных инженерных проектов. Давайте разбираться.

Взлом системы SWIFT часто кажется чем-то из области голливудской фантастики, но в 2016 году группировка Lazarus доказала обратное. В этой статье мы шаг за шагом разберем архитектуру одной из самых дерзких APT-атак в истории: на Центробанк Бангладеш. Вы узнаете, как хакеры использовали целевой фишинг для первичного проникновения, как обходили встроенную криптографию ПО Alliance Access в оперативной памяти и зачем им понадобилось модифицировать прошивку обычного матричного принтера. Это история о том, как тотальная экономия на сетевой инфраструктуре чуть не стоила суверенному государству миллиарда долларов.

Если твой ответ начинается с «Вот что сказал Claude:» или ты вываливаешь восемьсот слов нередактированной ChatGPT-простыни — поздравляю, ты только что доказал, что твой мозг — просто прокладка. Дарвин бы гордился. Пожалуйста, не размножайся.

Нелегок труд палеонтологов. Чтобы заглянуть в прошлое, им надо вгрызаться в скальный грунт, ковыряться в грязи оттаявшей мерзлоты, сметать пыль с окаменелостей и по крупицам реконструировать облик давно вымерших существ. Астрономам в этом смысле повезло гораздо больше. Благодаря конечной скорости света, прошлое Вселенной транслируется нам в прямом эфире. Нужно лишь взять телескоп или радиотелескоп, который помощнее, и навести его на пустой участок неба между яркими звездами нашей галактики. Там, в глубинах Вселенной, откуда до нас долетают считанные кванты, мирный космос наших дней заканчивается. Та, едва заметная в любительский телескоп, блестка тринадцатой звёздной величины в созвездии Девы, 3C 273, излучает больше энергии, чем четыре триллиона Солнц, или сто галактик, таких как Млечный Путь, вместе взятых. И это только наугад выбранный монстр. Их много, больше миллиона на нашем небе, хотя ни один из них не виден невооруженным глазом.

Мы называем их квазарами — чудовищными исполинами, чьи аппетиты формировали целые галактики. Мы вычисляем массу их аккреционных дисков и скорость релятивистских джетов, изучаем их спектры и диаграммы их светимости, и даже используем их координаты как опорные точки для GPS и ГЛОНАСС. Но всё, что мы видим сегодня — лишь призраки. Все квазары давно мертвы.

Квазары процветали во время так называемого Космического Полудня, когда Вселенная буквально захлебывалась от бьющей через край энергии. Мы же — дети Космических Сумерек. Мы появились именно тогда, когда должны были появиться: когда жар Полудня, яростный, огненный, непригодный для любой биохимии, спал, а полог Ночи, когда гаснут последние звёзды, ещё не опустился. Это условие нашего существования, а не случайность. Под космическим полуденным небом белковая жизнь невозможна. В ночном холоде и мраке — тоже. Нас породили именно Сумерки.

Эта статья — ода реликтовым монстрам, чей свет летел к нам миллиарды лет. И ещё она о великой иронии: звёзды Космического Полудня подарили каждый второй атом в нашем теле тяжелее водорода, но наша с вами жизнь стала возможной только потому, что Полдень завершился и космос окутала прохладная полутьма.

Заменив самое фундаментальное понятие в топологии, Питер Шольце и Дастин Клаузен сделали первый шаг в гораздо более масштабной программе по изучению того, почему числа ведут себя именно так.

Промокшие кеды с нашивками «JD» торопливо хлюпали по лужам и обдумывали свой первый день в корпорации «Святые Технологии». Работа мечты и бесконечных возможностей! Небоскребы из стекла и металла, огромные пространства, в кабинетах которых творят будущее легенды отрасли. 

Дойдя до двери с надписью: «Малый Ад. Архив», они остановились в нерешительности: всё складывалось слишком удачно. Сосед по кабинету пробил им проходку на ежегодный прокрастинейт-шабаш, куда официально новичков не пускают.

Дождь усиливался. Преодолев страх, кеды осторожно пнули дверь, и зашли внутрь. Они спустились по темному коридору и вошли в комнату, где царил приятный полумрак. 

В углу на полках было свалено старое «железо», отчеты, провода и прочий хлам. Рядом с погасшим терминалом пульта шептались вязанный платок и очки в роговой оправе. На потолке мерно гудели лампы дневного света.

Очки водили дужками по выцветшей перфокарте, силясь вспомнить, что это такое. Рядом с платком лежали спицы, клубок оптоволокна и недовязанные лучезапястные ортезы.

В 1936 году в СССР был сформирован уникальный, первый в истории полностью женский воздухоплавательный экипаж. Лётчицами на самолётах к этому времени было никого не удивить, они стали появляться ещё до Первой мировой войны, в том числе в Российской империи — но дирижабли долгое время оставались сугубо мужским царством, где женщины появлялись лишь в роли пассажирок. Свежепостроенный СССР В-1 «Первое мая», помимо основного экипажа, состоявшего из мужчин, со временем получил и второй, сугубо женский. Командиром стала Вероника Митягина, старпомом и штурвальным — Людмила Эйхенвальд, бортмехаником — Евгения Ховрина. Увы, сведений об их биографиях в сети меньше, чем хотелось бы, хотя и имеющееся однозначно характеризует их как людей большой отваги и силы воли. И в процессе написания подумалось, что очень хотелось бы однажды увидеть памятник им в столице отечественного дирижаблестроения Долгопрудном.