Usability *

Привет, на связи Alfa Research Center — исследовательский центр Альфа-Банка. Обычно мы занимаемся исследованиями банковских интерфейсов, но однажды нашим заказчиком стала Президентская академия (РАНХиГС). Они хотели понять, насколько Личный кабинет студента отвечает ожиданиям и как выглядит на фоне рынка. Проверить продукт на UX никогда не бывает лишним, ведь если вам даже кажется, что у вас все хорошо, то глубокое UX-исследование покажет может показать неожиданные результаты.

В этой статье расскажем, как погрузились в личный кабинет студента Президентской академии. Для этого использовали опросы, айтрекинг Tobii Pro и технологию SenseMachine, которая считывает эмоциональный отклик по микровыражениям лица. В итоге получили более 45 выявленных инсайтов и проблем, и столько же рекомендаций на 150 слайдах в отчете.

Но сначала давайте определимся с тем, что мы считаем за «личный кабинет студента».

Цифровые сервисы уже несколько лет пытаются добавлять нейросети везде, куда только могут дотянуться, и это уже стало новой реальностью. При этом, чаще всего, когда говорят про ИИ в цифровых сервисах подразумевают сервисы для пользователей – поиск, чат-боты и тд. Но бизнес-сервисы тоже активно используют языковые модели. Я в этой статье хочу поделиться наблюдениями, как в бизнес-банкинге сегодня работает ИИ. Мы с коллегами нашли несколько примеров и оценили их в рамках исследования Markswebb Business Mobile Banking Rank 2026.

Я продуктовый дизайнер. Недавно закончил эксперимент, в котором ни разу не открыл Фигму: сайт-портфолио, где вебкамера работает основным вводом. Страница собирает отражение посетителя из частиц, всё управление через жесты. Код писал Claude Code. За мной замысел, дизайн-решения и полевые тесты.

Потрогать: https://dimbo-design.github.io/dimbo_heavy-cv (десктоп, вебкамера)
Код и история решений: https://github.com/dimbo-design/dimbo_heavy-cv

Эта статья про формат работы: что происходит с дизайном, когда исполнитель ИИ, макета нет, а ревьюить код ты не можешь. Формат рабочий. Главный риск в нём не «ИИ нарисует плохо», а незаметно остаться в шаблонных решениях, которые он выдаёт всем подряд. Про это и поговорим.

Меня зовут Саша Бобков, я UX-исследователь в Контур.Диадоке. Расскажу, как мы командой исследователей сыграли в «Оракл»: вытянули вслепую по пять карт, за 15 минут собрали из них продукты — местами вполне абсурдные — и защищали их друг перед другом.

Будет полезно, если вы ищете лёгкий формат для встречи команды и хотите размять продуктовое мышление без серьёзных слайдов и долгой подготовки. У нас вышло шумно, весело и неожиданно по делу :)

Прохожу полный путь новичка на Хабр от регистрации до заполнения профиля и отмечаю критические ошибки в интерфейсе с позиции UX/UI дизайна и принципов эвристики доступности

Можно ли подключить AI-агента за минуту? Смоделировали путь клиента по самостоятельному подключению известного агента без помощи менеджера и специалиста, и вот что у нас получилось.

Я продуктовый дизайнер. И мне захотелось поэкспериментировать: можно ли уже сейчас сделать полноценное управление сайтом с помощью жестов. Да и ИИшки уже стали достаточно мощными. Так родился этот эксперимент. Для контента взял свое портфолио.

Получилось вот что. Страница встречает полем из частиц. Разрешаешь камеру, и частицы собираются в твоё объёмное отражение. Разделы висят вокруг силуэта и открываются рукой: наводишь палец, пункт заполняется и раскрывается. Текст листается щипком, фотографии берутся в кулак и растягиваются двумя руками. Дизайн при этом намеренно тихий: монохром, костяная типографика на чёрном, единственный цвет живёт внутри 3D-формы. Вся выразительность отдана взаимодействию.

Дальше — грабли по порядку наступания.

Я занимаюсь исследованиями цифровых банковских сервисов много лет. И уже 10 лет мы исследуем мобильные банки для бизнеса.

Мобильные банки менялись под влиянием сразу нескольких факторов: цифровизации бизнеса, изменений в регулировании и налоговом законодательстве, роста конкуренции, развития технологий и появления ИИ.

За это время изменился и рынок. Он прошел путь от приложений с ограниченным набором операций до многофункциональных платформ, в которых предпринимателю доступно 40+ продуктов и услуг.

В этом году мы представили результаты исследования Markswebb Business Mobile Banking Rank 2026 и решили вспомнить, какими были сервисы 10 лет назад. В этой статье хочу поделиться своими наблюдениями.

Видели ли вы, как пользователи объясняют неудачи в продукте собственной глупостью? Может, слышали в кулуарах, как разработчики соглашаются с пользователями и не знают, чем помочь, — ведь «всё предельно понятно», «для дураков сделано». А бизнес-команда между тем опускает руки и задаётся вопросом, не дураки ли они сами, если не могут донести логику продукта до пользователя?

Меня зовут Анастасия Лестова, и я социальный антрополог с инженерным бэкграундом, а сейчас исследую опыт пользователей в Контур.Маркировка. В своём докладе на CodeFest 2026, опираясь на социальные науки и нейробиологию, я рассказала, что жизненный контекст и плохие интерфейсы делают с психикой и мозгом пользователя (спойлер: буквально снижают его когнитивные способности). А в сегодняшней статье раскрою тему более детально. Понимая психофизиологические механизмы происходящего, мы разберёмся, как всё это лечить с помощью конкретных инструментов в интерфейсе. 

Триангуляция — это принцип, позволяющий получить более полную и точную картину за счёт сочетания разных методов в одном исследовании. Например, можно объединить интервью, юзабилити‑тестирование и количественный немодерируемый тест. В UX-исследованиях этих методов не обязательно три — всё зависит от задачи и ресурсов для решения. Наша задача — по-максимуму сочетать методы и строить сложные подходы для таких исследований. Особенно, когда сама команда не знает, какое исследование они хотят, в условиях ограничения сроков и ресурсов.

Привет! Мы — Юля, Лика и Настя – UX-исследователи из Alfa Research Center, профессионально ломаем голову над креативными проектами. Разберём, как работает этот метод на примере одной истории, в которой исследователи разрываются между внешними ограничениями и желанием «сделать хорошо». На нашем примере покажем, как работает триангуляция и чем полезнее простого юзабилити-тестирования зрелых сервисов.

Интерфейс можно описывать не только через доступные действия, но и через продолжения, которые он делает более лёгкими. В статье предлагается рамка “архитектуры продолжений”: как после действия один следующий ход становится естественным, а другие остаются возможными, но требуют отдельного усилия.

Привет! Хочу рассказать вам о том, как мы применили продуктовый подход к исследованию опыта разработчиков при работе с Figma, чтобы создать единый стандарт оформления макетов в компании.

На Хабре уже есть несколько отличных разборов того, как разные команды наводят порядок в Figma: аннотации, стрелки, сценарии, раскладки макетов и так далее. Я видел материалы Ozon Tech, t2, Иннотех — это классные справочники правил, можно брать и пользоваться. Но, когда в 2024 году я взялся за задачу подготовки стандарта для нашей компании, то столкнулся с вопросами, о которых нигде ничего не нашел. Как разработать единый подход? Что считать правильным и почему? Как упаковать эту идею и «продать» остальным членам команды, а главное: что делать дальше?

В этой статье поделюсь нашим методом поиска ответов на эти вопросы.

Всем привет! Мы — команда Облака Mail: редактор Наташа, дизайнер Саша и исследователь Лена.

Мы вместе работаем над улучшением сервисов Mail: проводим исследования пользовательского опыта, много дискаверим, проверяем гипотезы, проектируем интерфейсы и пишем тексты, которые помогают пользователям лучше ориентироваться в продукте.

В этой статье подробно разберём, как столкнулись с нетипичной проблемой заметности элементов в интерфейсе и как через исследования, анализ поведения пользователей и системный дизайн пришли к созданию масштабируемой механики фокусировки.

Я объясняла, что такое доступный дизайн, наверное, сто раз. В статьях, на созвонах, в комментариях. И каждый раз ловила одну и ту же реакцию: люди кивают, соглашаются, что это важно, — и через неделю выкатывают серую кнопку на сером фоне.

Дело не в том, что они плохие дизайнеры или им всё равно. Дело в том, что доступность невозможно понять головой. Её можно только почувствовать. А пока проблема не твоя — ты её не чувствуешь.

Я долго думала, как это починить. И в итоге перестала объяснять словами. Я сделала штуку, которая даёт побыть тем самым пользователем — на несколько секунд. Расскажу, как она устроена и почему чек-листы не работают.

Пожар в Нотр-Дам-де-Пари в 2019 году часто представляют как трагичный случай, разрушивший исторический памятник. Но для проектировщика в этой истории важен ещё один слой: система обнаружила проблему, выдала сообщение с зоной и номером датчика, а человек не смог быстро превратить эти данные в действие. Формально информация была передана. На практике интерфейс не помог понять, где именно возник пожар и что нужно сделать дальше.

Пользовательские ошибки часто воспринимают как проблему плохого обучения, невнимательности или недостаточного опыта: кто-то не туда нажал, не прочитал подсказку, выбрал не тот пункт или пропустил обязательное поле. Но в сложных системах ошибка не всегда возникает только на стороне пользователя. Чаще она появляется на стыке интерфейса, задачи, контекста и ментальной модели человека. 

Меня зовут Елизавета Давыдова, я UX-исследователь в экосистеме Лукоморье. Под катом расскажу, как теории человеческой ошибки и методы когнитивной эргономики помогают смотреть на интерфейс через потенциальные сбои в действиях пользователя. На нашем кейсе покажу, как мы применили методологию SHERPA и иерархический анализ задач к интерфейсу таск-трекера: разложили пользовательский сценарий на шаги, классифицировали возможные ошибки и использовали эту модель как основу для проектировочных решений.

В детстве меня каждый раз поражало, когда в фильмах виртуозно набирали текст на клавиатуре, не отрывая взгляда от экрана. Как только у меня появился свой компьютер, я несколько раз пытался освоить слепой десятипальцевый набор. Возвращался к этой идее с интервалом в несколько лет, но каждый раз бросал: прогресс шел медленно, нервной энергии тратилось много. Хотеть-то хотел, а вкладываться в это не был готов.

Позже я занялся эргономикой и эстетикой рабочего места. И неожиданно для себя все-таки осилил этот навык. Только пришел к нему не через тренажеры, а через минималистичный сплит на 36 клавиш. В статье расскажу, что мне мешало в стандартной клавиатуре и что помогло минимизировать затраты на освоение сплита.

Свежее исследование Стэнфорда (Nature Health, январь 2026) связало дальтонизм с поздней диагностикой рака мочевого пузыря — у пациентов-дальтоников смертность за 20 лет на 52% выше. Причина в том, что главный ранний симптом, кровь в моче, они просто не видят: цвет для них не считывается. Это медицинская история, но она точно описывает ошибку, которую дизайнеры делают каждый день — кодируют критическую информацию одним только цветом. Разбираю, как устроена эта ошибка в интерфейсах и что с ней делать на практике.

Привет! Я Катя Ильиных — UX-исследователь в Контур.EDI. От наших читателей поступил вопрос:

Можно ли делать выводы на основе ответов 8 клиентов?

Короткий ответ: можно, но не всегда. В статье разберемся, в каких случаях 8 ответов будет достаточно, а в каких случаях придется увеличить выборку.

LLM уже умеют быстро собирать мобильные макеты, и на первый взгляд результат часто выглядит убедительно. Кнопки похожи на кнопки, bottom sheet на bottom sheet, экран не разваливается, и его можно показать на обсуждении. Но на практике это всего лишь аккуратный черновик, который ещё нужно как следует доработать: посмотреть компоненты, состояния, навигацию, safe area, длинные тексты и поведение на маленьком экране.

Поэтому предлагаю разобраться, где LLM-инструменты действительно снижают стоимость первой итерации, а где просто переносят сложность на следующий этап: дизайн-ревью, разбор состояний и ручную адаптацию под мобильный контекст. Зафиксируем практические границы применимости LLM при работе с мобильными макетами.

UI-kit, которым пользуются несколько продуктовых команд, нельзя просто отправить в будущее и переписать под новый дизайн. За ним тянется прошлое: старые CSS-переменные, публичный API, кастомизации у потребителей и независимые релизные циклы. При этом бренд уже меняется, дизайнеры приносят новую палитру, типографику, motion, скругления и тёмную тему и всё это нужно аккуратно посадить на компоненты, которые продолжают работать в продакшене.

Привет, Хабр! Меня зовут Амир, я Senior Vue.js Frontend Developer в экосистеме Лукоморье. Уже шесть лет я развиваю фронтенд большой внутренней ERP-платформы, в том числе внутренний UI-kit: около 50 компонентов на Vue 3 и TypeScript, которыми пользуются несколько продуктовых команд в Ростелекоме.

В этой статье расскажу, как мы устроили для UI-kit такое «назад в будущее»: в одной долгоживущей ветке sova провели редизайн поверх работающих компонентов, сохранили публичный API для команд-потребителей и перевели визуальный слой на новую архитектуру. Мы внедрили 3-tier-систему дизайн-токенов, собрали pipeline на Style Dictionary и Tokens Studio for Figma, оставили старые CSS-переменные через legacy-алиасы, а заодно закрыли несколько долгов библиотеки: типизацию шаблонов, встроенный SVG-спрайт на 816 иконок, утилиту темизации и вынос runtime-зависимостей с сокращением бандла с 940 до 150 КБ.

Материал будет полезен инженерам дизайн-систем, фронтенд-архитекторам и тимлидам, которые поддерживают UI-kit для нескольких продуктовых команд и думают, как провести редизайн без поломки потребителей. Внутри — код, архитектурные решения, компромиссы и честные выводы по итогам миграции.