Python *

Смотрю на этот текст и понимаю, что все пользуются ИИ, просто кто-то это хорошо скрывает.

Сейчас всё больше рабочих задач имеет смысл не просматривать вручную, а сначала прогонять через ИИ. Закупки — хороший пример такой задачи.

Проблема не только в том, чтобы открыть сайт ЕИС и вбить пару фильтров. Проблема в том, что нужно быстро понять: подходит закупка или нет, относится ли она к нужной теме, есть ли там нужные работы, стоит ли тратить время на документацию.

В закупках есть отдельная большая работа — постоянно просматривать новые публикации, отсекать нерелевантное и выбирать то, что стоит разобрать детально. На один подходящий договор могут уходить недели такого просмотра. В компаниях это нередко отдельная роль: человек ежедневно мониторит площадки, проверяет закупки, открывает документацию и решает, что передавать дальше специалистам.

ИИ с такой первичной сортировкой может помочь. Но для этого ему нужно дать нормальные данные: таблицу, где есть номер закупки, заказчик, регион, наименование, цена, сроки, ОКПД2, ссылка и дополнительные поля.

Мне был нужен не просто “поиск на сайте”, а программа, которая создаёт Excel для последующей загрузки в ИИ и ручного анализа.

Так появилась идея сделать локальную программу, которая:

TL;DR: Привет, Хабр. С 2 по 12 мая я в режиме нон-стоп писал Doday — кросс-платформенный todo: web, Telegram Mini App, чат-бот. Получилось 317 коммитов, ~40 000 строк кода, 633 теста, 38 модулей в app/. Стек — FastAPI + HTMX + Alpine.js + Tailwind, без единой строчки React. Писал в паре с Claude Code, и не скрываю этого — расскажу как именно и какая часть кода реально моя голова, а какая — клавиатура. Грабли, цифры, ссылки внутри.

Разбираю, как я отделил жизненный цикл задачи от владельца следующего действия, чтобы AI-агент видел не просто список дел, а очередь: что можно брать в работу, что ждет человека, что требует ревью и что заблокировано.

Это продолжение первой статьи про Briefka — там я описывал самого бота и базовую архитектуру каскада LLM-провайдеров. За прошедшие 4 месяца бот органически вырос с 59 до 84 пользователей, и именно на этом масштабе бесплатный каскад начал срываться на платного провайдера. Расскажу, почему так вышло и как я вернул расходы к нулю — с цифрами и кодом.

Код ниже — реальные фрагменты из боевого Briefka, слегка сокращённые для читаемости: убраны логирование и сбор статистики.

Алерты кричат о 100% загрузке CPU, API лежит, но сетевой трафик на нуле? Знакомьтесь, это ReDoS — атака, при которой безобидная строка из 30 символов и одна неоптимальная регулярка заставляют сервер уйти в вычисления на десятилетия.

В этой статье разбираем «катастрофического возврата» (backtracking) под капотом Python, пишем эксплойт для зависания собственного процессора и разбираем правила, которые спасут ваш бэкенд.

В этой статье я шаг за шагом расскажу, как дообучить LLM под свою задачу. В качестве примера возьму open-source модель Qwen2.5-0.5B и дообучу её извлекать информацию из текста в формате JSON по заданной схеме. Сначала дам короткую вводную по этапам обучения языковых моделей, а затем перейдём к практике: подготовим данные, настроим LoRA, обучим модель в Colab и сравним метрики до и после — заодно проверим, насколько сильно модель забывает прежние знания. Рассказ будет сопровождаться кодом на Python.

MacBook M3, 16 ГБ, никакого облака. Поставил свежую Gemma 4, написал инструмент: кидаешь картинку с графиком или таблицей — получаешь CSV. Три кейса из семи — идеально. На остальных модель начала врать, причём аккуратнее, чем говорила правду: вместо рваных реальных чисел подсовывала гладкие выдуманные. Разобрал по шагам — сетап на маке, грабли с llama.cpp, сам инструмент — и собрал карту, где локальному зрению можно верить, а где оно тихо галлюцинирует

Привет, Хабр! Меня зовут Андрей, как и многие, я уставал от красных сообщений в консоли, где не видно значений переменных. Приходилось ставить print(), гуглить – терял кучу времени. Поэтому я написал crashprobe – библиотеку, которая делает отладку простой и наглядной.

В восьмой части мы завершили изучение SVM и разобрались с Kernel Trick. Теперь пришло время познакомиться с деревьями решений — одним из самых популярных и интуитивно понятных алгоритмов машинного обучения.

Идея дерева решений достаточно проста. Алгоритм последовательно задаёт вопросы о признаках объекта и, в зависимости от ответов, движется по ветвям дерева, пока не придёт к итоговому решению. Именно благодаря такой структуре деревья решений считаются одними из самых интерпретируемых моделей машинного обучения.

FastAPI окончательно закрепился в стеке Python-разработчиков, а значит, на собеседованиях вас точно будут гонять по корутинам, Pydantic и Dependency Injection. Я собрал 10 реальных вопросов (включая коварные подвохи от сеньоров!), которые сейчас задают джунам и мидлам. Никакой сухой теории из доков — только практика. Го под кат — проверим, насколько вы готовы к следующему интервью!

Не всегда стоит патчить ответ от внешнего HTTP-сервиса через mocker.patch. В таких тестах приложение возвращает ожидаемый ответ, но важная часть логики остаётся непроверенной: какой URL собрал клиент, каким методом ушёл запрос, какое тело было отправлено и как обработался ответ внешнего сервиса. В статье показываю другой подход: мокать не метод клиента, а сам внешний HTTP-сервис. Для клиентов на requests используем requests-mock, для клиентов на httpx — pytest-httpx. Так тесты остаются быстрыми и без реальной сети, но при этом проходят через настоящий код клиента и позволяют проверять состояние фейкового внешнего сервиса, тем самым улучшая качество тестов.

Когда я начал пользоваться Claude Code, у меня было ощущение, что я дал умному человеку доступ только к одной папке на компьютере. Он видит код, помогает с задачами — но не знает, что происходит снаружи. Нет доступа к чатам, к базе данных, к GitHub issues. Всё это приходилось копировать руками и вставлять в контекст.

Потом я узнал про MCP.

Если вы работаете с базами данных и используете ORM, вы, вероятно, сталкивались с той же проблемой, что и я. ORM отлично подходят для отображения таблиц на объекты. Но они начинают мешать, когда запрос становится сложным: агрегации, тщательно продуманные JOIN’ы, формы отчетов, которые не соответствуют одной модели на таблицу. Вы боретесь с ORM, переходите на сырой SQL, а затем вручную пишете связующий код (маппинг).

Не каждый SELECT возвращает то, что подходит под одну ORM-модель. SQL - это лучший язык для доступа к данным. Лучшие ORM, которые я использовал, такие как Drizzle, побеждают, потому что они остаются близки к SQL. Я хотел пойти дальше: хранить SQL в системе контроля версий и генерировать из него типизированный Python.

Именно поэтому я создал nORM (no ORM - не ORM) и выпустил версию v0.1.0 на этой неделе (мой первый опенсорс проект).

Вчера pypi.org несколько часов был недоступен из российских сетей. Для кого-то это «подождём», а для CI/CD, прода и просто рабочего дня — это вставший pip install и красные сборки.

Причина системная: pypi.org и хранилище пакетов files.pythonhosted.org живут на CDN Fastly, у которого нет точек присутствия в России и доступ к которому уже не раз ограничивался. Вчерашняя недоступность — не первая и почти наверняка не последняя.

Хорошая новость: чтобы застраховаться, не нужно зеркалировать весь PyPI (это терабайты и постоянная синхронизация). Достаточно поднять лёгкий реверс-прокси на nginx. В этом гайде соберём такой с нуля — с кешированием и прозрачным переключением для pip.

Не хотите хостить сами? Есть уже готовое зеркало — pypi.depkit.ru. Оно работает на российских IP, имеет большой объём кеша под пакеты и отдаёт их очень быстро. Можно просто подставить его в index-url (как — в конце статьи) и пропустить всю настройку. Дальше — для тех, кому интересно поднять своё.

Недавно делал учебный проект про автоматизацию документирования инцидентов. Поначалу планы были грандиозными: инциденты, таймлайны, интеграции с мониторингами, чатами, постмортемы, подсказки дежурным инженерам.

Но довольно быстро стало понятно, что с временными и ресурсными ограничениями лучше не пытаться написать маленький PagerDuty. Поэтому я сузил задачу до более реалистичного ядра: локального RAG-сервиса, который ищет по документации, ранбукам и коду, а затем передаёт найденный контекст в LLM.

Так появился llmortem — FastAPI-сервис, который можно подключить к OpenWebUI как OpenAI-compatible backend.

В статье расскажу, как устроена архитектура, почему я начал с BM25, зачем индексировать docstring’и и какие ограничения у такого подхода.

Как бы мы ни пытались отказаться от этого инструмента в поисках более изящных алгоритмических решений, каждый раз мы к нему возвращаемся.

В прошлой статье про Гамма-флип я вскользь касался механики работы с отклонениями, но не раскрыл тему до конца.

В этой статье мы углубимся в стохастический анализ и рассмотрим методы определения стационарности временных рядов в реальном времени. Разберем математический аппарат расширенного теста Дики-Фуллера (ADF), причины его интеграции в ядро нашей торговой системы и особенности реализации на Python при работе с большими массивами данных.

Когда пишешь библиотеку, рано или поздно упираешься в движок. Не в красивый внешний интерфейс и не в обёртки, а в ту часть внутри, которая гоняет процесс. Пара флагов, цикл while, большой if посередине, и через месяц вы уже сами не помните, какие переходы там вообще возможны и почему одна из веток недостижима.

Недавно я пробовал собрать ровно такой движок и наткнулся на библиотеку, которая делает эту работу заметно аккуратнее. Называется pydantic-graph. Про неё почти не пишут, хотя на ней стоит весь pydantic-ai, агентский фреймворк от авторов Pydantic. Дальше я расскажу про неё на конкретном примере, харнессе надёжности для слабых языковых моделей.

Сразу оговорюсь про термин, потому что он сейчас на слуху. Харнесс это не только MCP, скиллы и память. Это все что заставляет модель работать хорошо как агент. Именно эту часть я и беру за основу. Но статья не столько про модели, сколько про сам подход и библиотеку. Основной посыл в том, что это интересный способ собрать движок для чего угодно, где есть состояния и переходы, и при этом не утонуть в собственном цикле.

Весь код оформлен в библиотеку и, вместе с бенчмарком, доступен на GitHub.

В ML‑проектах проблемы часто начинаются не с выбора алгоритма, а с предобработки: один трансформер забыли применить к тестовой выборке, другой обучили до кросс‑валидации, третий сломался при передаче проекта коллеге.

В статье разберём, как Pipeline в sklearn помогает собрать обработку данных и модель в единый воспроизводимый конвейер, снизить риск data leakage и упростить работу со сложными ML‑сценариями.

Тема экономии токенов сейчас дико популярна, и мы с ребятами в Гильдии AI-инженеров знатно её пообсуждали. Напомню краткую суть: там связка Serena (LSP) + Semble (векторные эмбеддинги) + Ripgrep (поиск координат) показала себя абсолютным топом для точечной навигации.

Но в комментариях и личке мне тут же начали советовать: «Нахлобучь сверху еще rtk для сжатия вывода терминала и context-mode для полнотекстового индекса репозитория! Тема прокси-экономии сейчас на пике хайпа, сэкономишь еще больше!». Я подумал за**ись.

И решил провести душный чек. Взял популярный open-source проект supermemory (~180 файлов, JS/TS) и замерил: действительно ли добавление rtk + context-mode дает реальный профит поверх моего текущего сетапа, или это просто карго-культ и оверхед, который утянет бюджет в минус?

Привет, Хабр!

Так уж вышло, что майские праздники я провёл дома — залечиваю травму после катания на длинной доске с колёсиками. Развлечений в такой ситуации не очень много, а одно из немногих, которое всегда со мной, — разработка программных проектов.

Этим я занимаюсь на работе, дома, в отпуске — везде. Такой уж человек.

И вот появилась возможность спокойно заняться старыми пет‑проектами и наконец реализовать давнюю идею: написать простую базу для создания AI‑агента, максимально упростив архитектуру и сделав её удобной для быстрого расширения под собственные задачи.

Если коротко — хочу сделать не «революционный AGI», а понятный конструктор, на основе которого любой разработчик сможет собрать своего личного ассистента.